- Да, я знаю. - Ее подбородок приподнялся. - Я сделаю все возможное.
Сочувствие в глазах Галена почти что успокоила ее.
- Мне жаль, Габриэлла. Это не совсем честно по отношению к тебе.
- Что значит нечестно? - спросил Родос, его высокий голос полоснул ножом по ее натянутым нервам. - Мы охраняем ее, - пробубнил он себе под нос, - она ничем не рискует, кроме возможности простудиться от нехватки одежды.
Габи заметила яростный взгляд, которым Бьюкенен наградил Родоса. Гален покачал головой в сторону своего партнера и ответил Членоголовому мягким голосом, разящим как лезвие, в точности, как у Маркуса.
- Ты будешь проявлять к ней уважение, также как и к любому добровольцу, и тебе лучше охранять ее очень-очень хорошо, Родос. Я ясно выражаюсь?
Лицо Родоса побледнело.
"Да, идиот, нелегко находиться напротив разъяренного Дома, не правда ли?" Габи тяжело вздохнула. И на это она подписалась на следующие две недели. Даже хуже. После ночи, которую они провели вместе, Маркус не поймет ее. Совсем.
Глава 13
В субботу Маркус, постукивая пальцами по подлокотнику кресла, без энтузиазма наблюдал за Калленом, который несильно порол Андреа в близлежащей зоне, огороженной канатами. После целой недели нетерпеливого ожидания встречи с Габи, ее к нему отношение в пятницу ночью и этим вечером стало пренеприятным сюрпризом. В минувшее воскресенье в его доме она была восторженной и любящей, и он нашел ее дерзость как милой, так и веселой. Саба своим хрипловатым смехом наполнила его дом жизнью. Маркус захотел большего.
И он думал - черт, он знал - она чувствовала то же самое. Но в воскресенье, когда он вернул ее в Царство Теней, она прыгнула в свою машину и... что ж, он мог сказать - это выглядело как побег. Бегство.
Маркус покачал головой. Прошлой ночью она обращалась с ним так, будто между ними ничего не произошло, и вернулась к своему вызывающему поведению с удвоенной силой. Почему? Ей нравилось подчиняться ему. Он был Домом достаточно долго, чтобы отличить, была ли ее покорность настоящей или что многое из ее поведения в клубе было притворным. Но он еще точно не понял, что с этим делать.
Крик со сцены привлек его внимание, и он улыбнулся, когда Каллен отбросил плеть в сторону. Большой бармен расстегнул свои кожаные брюки и первым взял Андреа в рот, потом в попку, используя пару интересных игрушек, гарантирующих, что они оба хорошо проведут время.
Все получилось как нельзя лучше, учитывая, что прелестная саба даже не могла стоять, когда Каллен отвязал ее от скамьи. Пока бармен заботился о своей сабе и чистил оборудование, Маркус мысленно проверял своих стажеров. Он дал разрешение Даре подняться наверх с новым Домом, что казался загипнотизированным ее пирсингом.
Остин, который в течение нескольких месяцев мечтал о пожилом Доме, наконец, набрался смелости для флирта. Причем довольно успешно. Дом прошел проверку у Маркуса, потом потащил восторженного сабмиссива к темнице. Маркус улыбнулся. У них могли завязаться отношения.
Узури закончила рано, и так как Таннер уже играл с парой, которая желала третьего участника, он завершит вечер, подавая напитки в тематических комнатах. Видимо, Салли уехала домой навестить свою семью до начала занятий. Удивительно, что маленькая шалунья не упомянула о планируемом отъезде; хоть Салли и была нахальной особой, она очень серьезно относилась к своим обязанностям.
Габи подавала напитки, чем вызывала беспокойство. Она спросила у Дома, хотел бы он добавить лед в свой напиток, и опрокинула содовую на его колени. Стажерка надула презерватив и хлопнула его позади двух беседующих доминантов. А потом она сказала Дому, застегивающему наручники на щиколотках своей сабы, что он прекрасно смотрелся бы на коленях. Да уж... Маркус еле успел выйти за пределы слышимости, прежде чем разразился смехом.
Он протрезвел. Грубые шутки могли быть терпимы, но Габи становилась все более наглой, намеренно пытаясь спровоцировать негативную реакцию.
Он вообще не продвинулся вперед. Черт возьми. Его челюсть сжалась от чувства разочарования. Он перевел взгляд, посмотрев на Каллена, который закончил с уборкой и расставлял по местам моющие средства.
Бармен подхватил Андреа с пола, где она ожидала, укутанная одеялом. В зоне отдыха он резко опустился в кожаное кресло, чем заработал громкий возглас со стороны сабы. Она свирепо посмотрела на него.
- Не могу поверить, что Вы тащили меня, как какую-то куклу.
Разразившись смехом, Каллен скользнул рукой под одеяло.
- Ты моя куколка, дорогая, не забывай.
Растаяв от его прикосновения и нежного взгляда, она прильнула ближе.
Маркуса окатило волной зависти, и он отогнал ее прочь. Он прекрасно знал, что боль от любви к неверной женщине перевешивает все выгоды. Прежде чем он развелся с Патрицией, она либо осыпала его любовью с ног до головы, чтобы получить желаемое, либо закатывала истерики. На самом деле, он больше предпочитал ее приступы сильного гнева – по крайней мере, разгневанная, она искренне делилась своими эмоциями.
Он думал о Габи и ночи, которую саба провела с ним. Вспоминал, как она прижалась к нему в постели, как мятежная искра в ее глазах сменилась капитуляцией, как она касалась его... Те эмоции были искренними. Или нет? Может, он неправильно истолковал ее?
- Ты в порядке, Маркус? - спросил Каллен.
Не время витать в облаках. Он вспомнил любимую поговорку деда: "Дела, как сажа бела".
- Как твоя бунтарка?
- У моей бунтарки, кажется, есть кнопка, нажав которую, та вызывает из себя демона.
Каллен расхохотался.
- Серьезно, она, как побитая собака, в одну минуту облизывает твою руку и нападает – в следующую.
Маркус нахмурился.
- Думаю, она знает почему, но не скажет мне.
Маркус заметил сабу в неоново-голубом коротком топе и юбке из латекса; тело Габи украшала бегущая по ее плечам татуировка дракона, и серьги, похожие на золотые когти, охватывающие изгибы ушей. Его маленькая саба-дракон по-прежнему пререкалась с членами клуба.
- Ты когда-нибудь встречалась с ней, Андреа?
- Только выполняя ее заказы на напитки в баре.
Маркус изучал собеседницу. Саба Каллена была стажером и сострадательной женщиной.
- Может быть, она будет откровеннее с тобой.
- Познакомь нас, - произнесла Андреа после секундного раздумья. - Я не буду вторгаться в частную жизнь, но поговорю с ней, если застану наедине.
- Годится.
Когда Габи приблизилась к группе, Маркус кивком указал ей присоединиться к ним. При виде него ее глаза засверкали, но затем ее губы сжались. Когда она напрягла плечи и вздернула подбородок, он уже понял, что она решила демонстрировать неуважение. Да, у него получалось читать ее, даже если он не мог понять мотивации.
