жив, — поняв к чему я клоню, ответил он. — Ярар, выбираемся вместе?
— Разумеется, — ответил я.
После чего наша колонна объединилась. В отличие от нас, Долгоруковы отходили более организованно. У них были всадники, телеги и даже кареты, в которые с разрешения деда я поместил детей.
— Почему вы ехали без разведки? Если бы на нашем месте был враг, вы понесли бы большие потери или были разбиты!
— У меня нет людей способных так ловко прыгать по крышам, — произнёс он, глядя как параллельно нам бегут по крышам мои энергетики. — Поэтому впереди ехал Дрейк, и пока такая тактика срабатывала. Но я просто не заметил, что его раны могут поставить его жизнь на кон. — И ворчливо добавил: — Это же надо, выехать на перекресток и заметить засаду в последний момент.
Я уже исцелил учителя, и Долгоруков отправил его к Ставру замыкать колонну. Спереди же остались ехать я, дед и Анри. Этого должно было хватить на случай, если мы встретим отряд противников.
— Кажется Романов решил утопить столицу в крови, — произнёс дед, смотря на улицы, залитые кровью.
— Горе побеждённым, — процитировал я предводителя галлов, захватившего Рим.
Долгоруков не стал ничего отвечать. Примерно через пятнадцать минут мы добрались до окраин. Пришлось потратить некоторое время чтобы разобрать завалы из людских тел.
— Тебе не кажется, что здесь слишком много воинов, — спросил я у деда. — Неужели столичные гарнизоны смогли так быстро среагировать на угрозу.
— Кто их знает. Думаю, со временем мы узнаем ответ. В любом случае они не справились, — печально добавил дед.
— Ярар, — произнесла Аяна, — в том лесу засада. И их там не меньше тысячи.
Я нахмурился. Других дорог не было. А значит придётся прорываться с боем.
— Дед, ты знаешь про зелье полнолуния? — спросил я.
Дед не сразу понял мой вопрос. Вероятно, он обдумывал как нам поступить дальше.
— Читал о нём. Почему ты вспомнил о нём?
— Думаю, будет лучше если мы оба ненадолго станем сильнее, — ответил я, протягивая последнюю склянку.
Он, словно не веря в то, что жидкость в небольшом сосуде и есть то зелье, про которое я говорил, взял его.
— Я даже спрашивать не буду откуда ты взял это сокровище.
Мы подождали пару минут пока зелье начнёт действовать, после чего построили воинов клином, и под прикрытием щитов пошли вперед.
Когда до леса оставалось около ста метров мы с дедом создали заклинание, которое покрыло почти всё небо над ним.
Стал слышен треск ломаемых деревьев. Огромные градины на большой скорости, словно флешетты, били в то место. Активировав магическое зрение, я заметил, что алого сияния больше не было. «Наверное, это побочный эффект из-за принятого зелья» — подумал я. И сейчас я наблюдал за тем, как множество аур начали темнеть.
Но когда в воздух ударила молния, наше заклинание было развеяно.
Я посмотрел на деда. Для обоих стало понятно, что в лесу находится сильный маг.
Поняв, что засада раскрыта, вражеские воины стали организованно выходить из леса.
— Ярар, отходи! — прорычал дед.
— Нет, — возразил я. Я смог разглядеть, что вражеский маг имеет ранг старшего мастера.
— Вы напали на воинов императора! — усилив голос магией сказал маг и добавил. — Сдавайтесь и вашу судьбу будет решать Николай I.
— Это же я могу сказать и тебе и твоему сброду! — ответил Долгоруков.
За спиной мага уже выстроились воины, ощерившись копьями в нашу сторону. Но когда вышел знаменосец, я понял, что даже если мы сдадимся, в живых нас вряд ли оставят.
— Герб Солженицыных! — констатировал я факт.
Дед наверняка тоже узнал форель на красно голубом фоне. И у меня были подозрения, что именно этого мага летом встретил Матвеев, когда готовил покушение на наследника их рода. Однако во вражеском строю и среди всадников, стоявших рядом с магом, я не увидел ни его, ни главу рода.
Дед создал огромный по силе вихрь, который дул в спину нашим воинам и в лицо противнику.
— За Славянскую империю! В БОЙ!
Держа равнение, наши воины стали наступать на вражеское войско. Но нам было не до того, что там происходит. Почти сразу в нас полетела молния, которую я принял на щит. Дед ещё раз посмотрел в мою сторону, наверное, думая, что со мной делать.
Но я не стал дожидаться, что он мне что-то скажет.
Сосредоточившись, я поднял огромное количество снега, образуя из него огромные копья, которые отправил в мага. Но он словно играючи уничтожал их воздушными лезвиями. И тогда я оставшиеся копья обрушил на вражеское войско и всадников, что собирались зайти с фланга на наше войско. В созданную мной просеку тут же ударили огненные заклинания. «По любому это Анри и Матвеев» — подумал я.
Мы, как и наш противник, слезли с лошадей, на которых сложно вести магический бой. Ведь приходилось ещё отвлекаться на управление. И сложно предсказать как поведёт себя животное во время сражения.
— Колья — ледяное лезвие — снежная волна! — прокричал я и сотни ледяных орудий ударили в воздушный щит. Очень много воздушник отклонял от себя ещё на подлёте. Именно поэтому я бил со всех сторон. Волной я надеялся сбить воздушника с ног, но он очень ловко подпрыгнул и, как мой противник во время турнира, ударил молнией.
Щит снова выдержал, и я заметил, как дед бросил на меня удивлённый взгляд. Но отвлекаться от боя он не стал.
Он вскинул руку вверх и над ним появилась большая пентаграмма. Я наблюдал магическим зрением за тем, что он творит. Стоило конструкту вспыхнуть:
— Метеоритный дождь! — воскликнул дед. И ледяные шары полетели в воздушника на огромный скорости.
— Ледяная тюрьма, — подключился я, заметив, что маг собирается уклониться. От меня до воздушника потянулась покрытая льдом тропинка, которая меняла своё направление так, как я захочу.
Об этом заклинании я впервые услышал от Меньшикова, когда он подумал, что я применил его против Романова. И, разумеется, я изучил его. Но в боевых условиях использовал его в первых раз.
Когда снег немного осел, мы увидели, что воздушник ещё стоит на ногах. Однако его мантия была вся изодрана, а изо рта лилась кровь.
— Даже и не вспотели! — усмехнулся дед, при этом провёл ладонью по лицу.
— Но он же ещё стоит! — произнёс я.
— А ты своим *зрением* проверь, — ответил дед. И когда я ещё раз посмотрел на противника, я понял, что маг мёртв. — Последним заклинанием ты остановил ему сердце!
Я кивнул, и в этот момент мы увидели, что после того, как воздушник был повержен, воины противника трусливо побежали.
Несмотря на то, что мы хотели быстрее покинуть окраины столицы, пришлось потратить около часа на то, чтобы оказать помощь раненным. Но даже с моей помощью потери были очень большими. Семьдесят
