правом плече. Как будто ей ножом расковыряли дыру.
"Хотя почему "как будто" наверняка так и было".
Она помнила, как её обожгла пуля. И это действительно было в районе ключицы. Она еще тогда подумала, что повезло, не в живот.
С трудом повернув голову, заметила как справа от больничной койки, на мягком стуле в крайне неудобной позе дремлет Кирилл.
Кстати палата вроде другая, более просторная и не такая убогая. Точно, вон, штукатурка не отваливается.
Геля с придыханием смотрела на парня, заново исследуя взглядом каждый миллиметр любимого лица.
Сейчас он был уставшим, даже во сне брови слегка хмурились, а лоб пробороздила складка. Да ему тоже пришлось нелегко…
Интересно как он воспринял новость о беременности? Был ли рад?
Несколько мгновений думала, будить его или нет, но в итоге эгоистичное желание увидеть глаза, дотронуться до кожи, победило.
— Кирилл, — тихонько позвала она, так как голос до конца не восстановился.
Брюнет сразу встрепенулся, как будто только этого и ждал.
— Лина, — выдохнул облегчённо и, поднявшись с кресла, пересел к ней на край кровать, беря за руку, — ты как? Давай я дежурную медсестру иди врача позову, если он не успел уйти домой. Хотя ничего, вернётся.
Только сейчас Геля заметила, что за окном глубокий вечер.
— Не надо, все хорошо. Давай побудем вдвоём. Расскажи, что случилось.
— Тебе сейчас нельзя нервничать, давай потом? — с надеждой спросил он.
— Я могу наоборот надумать себе лишнего и занервничать ещё больше. Так что лучше расскажи сам.
Он и рассказал вкратце о том, как Гоша сообщил о её пропаже, как обратился к дяде (обалдеть, этот мужик его дядя), как они искали и подбирались к Сокольскому. Выжимка сухой информации без лишних эмоций. Но даже при такой подаче, ясно, как он переживал все это время.
— Лина, тебе надо больше отдыхать, — закончил он свой краткий рассказ, поглаживая её руку.
— Я совсем не хочу спать, — честно ответила она.
— Тогда, — замялся он, — скажи, где ты была. И как…ну, с тобой ничего не делали? Я видел синяк на лице…
Ангелина прикрыла веки. Воспоминания о пленении не вызвали ужаса. Её не били и не насиловали. Если не считать последний приход Сокольского, все было вполне… терпимо.
Перед глазами встал кадр как пуля пробивает голову бизнесмена. Да… а вот это, пожалуй, пару тройку раз в кошмарах приснится. Было ли ей жаль его? Сложный вопрос. С одной стороны он действительно был уродом, исковеркавшим наверняка не одну жизнь, вспомнить хотя бы бывшую жену… с другой, настолько ли был ужасен, чтобы заслужить смерть? Ответа она просто не знала, возможно, да, возможно нет.
Скорбеть по нему правда точно не будет.
— Лина, — выдернул её из воспоминаний Кир. — Если не готова пока об этом говорить, то не надо.
Сейчас он надумает себе всяких ужасов.
— Кир, ничего ужасного со мной не было. Правда. Когда только похитили, Дмитрий пришёл, стал угрожать, что уничтожит тебя, Катюшу, подругу мою, Марину… если не стану послушной куклой. Приставил мордоворотов и сообщил, что вернётся через пару часов за моим согласием. А потом… не появился. Охрана относилась… нейтрально. Совру, если скажу, что не было страшно, но мы в основном переезжали с места на место. Было сложно из-за токсикоза, и боялась что поймут про беременность. Правда, когда пришёл Соколький во второй раз, он был взбешен и попытался… взять меня, но малыш решил что нефиг и изверг из моего желудка содержимое прямо на него. Получила пощёчину за это… а потом он меня увёз к тебе… В общем, все могло быть намного хуже.
Кир до побеления костяшек сжал кулаки и уставился невидящим взглядом в одну точку.
— Кирилл, ты что? — аккуратно спросила Геля, дотронувшись до его плеча.
Он, как будто очнувшись, тряхнул головой.
— Прости меня. Что не смог уберечь. И мне чертовски жаль, что не переломал ему все пальцы на руках. Перед смертью.
Ангелина вздрогнула. Она не привыкла видеть Кира таким… да и в целом думать о смерти Дмитрия не хотела.
Кир заметил её реакцию и тут же покаянно опустил голову.
— Прости меня. Я идиот.
С минуту они молчали, погруженные в свои мысли.
— Ты рад? — спросила она и, поймав недоуменный взгляд парня, пояснила. — Беременности. Я знаю, мы даже не разговаривали на эту тему, но так получилось… Ты не думай, я не скрывала, сама поняла лишь после похищения. Но знаешь, я рада. А ты? — и затаила дыхание, ожидая, как он сейчас широко улыбнётся и станет говорить, что самый счастливый на свете.
Но вот проходит секунду, другая… а реакции нет. Сердце ухнуло, и улыбка сползла с лица. Его вид был скорее загнанный, чем счастливый.
Неужели не хочет? Быть такого не может…
— Лина, нам надо поговорить…
Глава 59
— О чем? — настороженно спросила она.
— О беременности.
— Кир, я ничего от тебя не требую. Не буду врать, надеялась, что ты тоже обрадуешься. Но нет, так нет…, - помимо воли от обиды сдавило грудину. Геля с трудом сохранила видимое спокойствие, не ожидала от него такое. Правда, она же любит его и казалось что он тоже. Да все произошло не запланировано, но как же так… малыш же часть его, так же как и её. Это обидно, досадно, неприятно, в конце концов! Брюнет сейчас оставит их? Ну глупость же! Они столько уже пережили, и ребёнок наоборот должен был принести радость, а Кир морозится… что вообще происходит? Да и боль в теле не даёт сосредоточиться.
— Лина, послушай же ты! — резко сказал брюнет, и Геля притихла, смотря на него. Кир выглядел продавленным. — Блять, — выдохнул он.
Что-то не так… совсем не так… но он же сказал, что ребёнок жив? Это она и спросила вслух.
— Жив, — подтвердил он и встав с кресла подошёл к окну. Всегда подходит к окну перед важным разговором. Собирается так с мыслями.
— Дело в другом. Ты потеряла много крови,
