— А что сказал Тимур, когда вы предъявили ему обвинение в получении письма? — спросил Дидима.
— А я не стал упоминать о письме, — сказал Калазарис. — И позволил ему солгать. Он утверждал, что ничего не слышал о Протарусе с тех пор, как они дружили мальчиками. Он также заявил, что сомневается, помнит ли вообще о нем его старый друг.
Умурхан фыркнул.
— Веселенькая история, — сказал он. — Это письмо ясно доказывает, что Протарус не раз уговаривал Тимура присоединиться к нему в его злодейском приключении. А посмотрите сюда… — Он постучал пальцем по одной из фраз письма. — Протарус говорит, что направил суммы для Тимура в гильдию торговцев.
Калазарис фыркнул.
— Разумеется, я их перехватил, — сказал он. — Сотня золотых.
Крылья бровей Умурхана удивленно затрепетали.
— Так много? — сказал он. — Вот вам и еще доказательства, если нужно. Случайно такие суммы не выдаются.
Дидима склонился вперед.
— Как вы думаете, почему Тимур не соглашается на просьбы Протаруса?
— Это очень просто, ваше величество, — сказал Калазарис. — Он выторговывает большую часть трофеев.
Умурхан задумался. Затем сказал:
— Я уверен, это часть игры. Однако я также уверен, что он хочет выкрасть мои самые важные магические секреты, чтобы уйти с ними. Я уже заставал его в моей личной библиотеке. Именно из-за этого я чуть не исключил его. Эти книги и рукописи запрещены. К ним имеют доступ лишь мои самые доверенные жрецы и ученые.
Откровение породило затянувшееся молчание. Первым его нарушил Дидима:
— О каком это сражении упоминает Протарус? В том куске, где речь идет о демонах? Как вы это понимаете?
— Какое-нибудь мальчишеское приключение, надо полагать, — ответил Калазарис. — Разумеется, преувеличенное.
Дидима кивнул:
— Да, да. Что же еще?
Он на минуту задумался, затем спросил:
— Так что будем делать с прислужником Тимуром?
— Сейчас ничего, — сказал Калазарис. — Пусть пока ходит с головой. В нужный момент мы выставим его перед публикой и палачом, чтобы ему сняли голову. — Из рукава он достал свиток и развернул его на столе Дидима. — С этой целью, ваше величество, мне нужна ваша подпись, санкционирующая казнь Тимура и его приятелей-заговорщиков, когда придет время схватить их. Нам ни к чему задержки, которые могли бы их сторонникам дать время организовать общественную поддержку.
Король хихикнул, взялся за гусиное перо и обмакнул его в чернильницу.
— Но я вижу здесь имя только Тимура, — сказал он.
— О, будут и другие, ваше величество, — сказал Калазарис. — Как видите, на листке места более чем достаточно.
Король одобрительно кивнул.
— Тулаз охвачен желанием улучшить свой рекорд, — сказал он. — Мы посвятим этому целый день, а? Общественный праздник. С бесплатной выпивкой и закуской. Подобие карнавала в ознаменование такого события. — Он вывел имя на бумаге, разговаривая: — Чтобы успокоить граждан, необходима массовая экзекуция.
Калазарис улыбнулся, подул на влажную подпись и передал документ Умурхану.
— Прошу вас засвидетельствовать, — сказал он. — Просто ради формальности.
Умурхан не колеблясь расписался.
— Жаль, — сказал он. — Я на этого парня возлагал большие надежды.
Спустя несколько часов Калазарис готовился ко сну. Пока хорошенькие служанки расстилали покрывала и взбивали постель, он попивал свой любимый сладкий напиток, приправленный каплей бренди и легким снотворным.
Он не принадлежал к числу тех людей, которые спят спокойно. Но вовсе не пролитая им кровь тревожила его сон, а, беспокойство о том, не пропустил ли он чего-либо. Мошенников и предателей было много, а враги столь многочисленны, что он не мог терять бдительность. Он был мастером великой лжи и потому постоянно выстраивал конструкцию из неправд и полуправд. Днем-то ему некогда было расслабиться, а ночью его одолевали разные замыслы и страхи, что планы могут быть разрушены из-за какой-нибудь ошибки или по недосмотру. Без вечернего ритуала он проснулся бы настолько измученным ночными кошмарами, что его добили бы сомнения. И все же, несмотря на поздний час, приняв напиток, он позволил служанкам доставить ему удовольствие. Затем они его помыли и одели в ночную рубашку из черного шелка.
Он отпустил их, потянулся за маской из черного шелка, которую надевал, чтобы его не побеспокоил случайный свет. Но перед тем, как нацепить ее, он вспомнил о документе об экзекуции, покоящемся на туалетном столике. Несмотря на снотворное и внимание служанок, он понял, что не заснет, если документ останется без присмотра. И не важно, что никто бы не осмелился пробраться в дом главного шпиона, не говоря уж об ограблении его личной спальни. Его недремлющий мозг проявлял такую активность, что после метаний и ворочаний с боку на бок во время сна он утром проснулся бы с таким количеством сценариев случившегося, что один из них мог стать и реальностью.
Полусонный, он встал и взялся за документ. Калазарис не зря позаботился заполучить подписи своих собратьев-правителей на смертном приговоре Сафару. Свое имя он там не поставил, проявив замечательную предусмотрительность. Калазарис свернул документ в трубочку вместе с другой бумагой, на которой его подпись как раз стояла. Эта бумага представляла собой официальный протест против первого решения и восхваляла Тимура как молодого человека, наделенного множеством благородных качеств. Калазарис запер бумаги в особый тайник, скрывавшийся за третьей от входа в спальню панелью.
У Калазариса не было других амбициозных желаний, помимо желания удержаться в нынешней позиции соправителя Валарии. Он вовсе не желал видеть короля Дидима смещенным с трона, на котором восседал бы сам. Но, как сказал Дидима, времена ныне были опасные. И если бы вдруг, в один из дней, пусть по невероятной случайности, этот юный выскочка, Ирадж Протарус вдруг стал мстить за смерть своего друга, он, Калазарис, представил бы доказательства того, что являлся защитником Тимура. Главный шпион не колеблясь поддержал решение Валарии встать на сторону врагов Протаруса. Но всегда оставался шанс, что этот альянс потерпит крах и в один прекрасный день Протарус и его армия окажутся у городских ворот. И тогда Дидима и Умурхан поплатятся головами за их преступление. Честь совершить эту экзекуцию наверняка предложат тому же Тулазу, поскольку опытного палача найти совсем не просто, так что заплечных дел мастер сразу же окажется на службе у нового короля. Как и Калазарис со своим запасом документов, подтверждающих его невиновность. Протарусу наверняка понадобится главный шпион — а кто же справится с этой работой лучше самого Калазариса?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
