Он не верил моим словам, не знал, что еще сказать, поэтому наклонился и медленно и нежно поцеловал меня. Его руки гладили мои щеки, и я разомкнула губы.
У нас был многочасовой примирительный секс, и оставшуюся половину ночи я лежала рядом с ним. Он тут же уснул.
Его дыхание было размеренным и глубоким, я же лежала без сна и смотрела в потолок. Неуверенность и вина съедали меня изнутри. Однажды я уже кардинально изменила свою жизнь и выжила.
Почему же сейчас, переехать к своему лучшему другу, моему любимому мужчине, было тяжелее, чем оборвать все связи с родителями?
Я потерла виски, чувствуя себя размыто, как и мое отражение в запотевшем зеркале. Я думала, если я приму решение, мне станет легче, но я на собственном опыте убедилась, что это не так. И мое беспокойство только росло. Чем больше я пыталась разобраться в своих чувствах, тем хуже я их понимала. Мы еще не касались этой темы, но рано или поздно нам нужно будет это обсудить.
Тэйлор поерзал во сне, и положил руку мне на живот, и тогда я все поняла. Если он останется со мной, Тэйлор пожертвует чем-то важным, он сделает то, что мне было знакомо. Семья очень важна для него. Он сам так сказал. И он не может поступить также как и я .
Почему я решила, что он обязан лишать себя возможности завести собственного ребенка?
Мои внутренности скрутило узлом. Он так много для меня сделал, а я заставляю его пройти через это.
Как я, любя его по-настоящему, могу позволить ему лишить себя такого шанса?
Глава 18
Пока я говорила, Пит нарезал зеленый перец, время от времени кивая головой, подтверждая, что слушает. Солнце еще не взошло, но его белый фартук уже перепачкан коричневыми и зелеными пятнами.
На кухне стояла тишина, нарушаемая только звуком ножа Пита о разделочную доску. Он снова и снова стучал, словно по клавишам пишущей машинки, после чего сдвигал нарезанные кусочки в сторону и начинал сначала.
Я вздрогнула, когда по лестнице раздались тяжелые шаги. Тейлор прошел сквозь двойные двери в одних только серых хлопковых шортах и не зашнурованных ботинках. Он замер, когда Пит указал в его сторону ножом.
Тейлор посмотрел на меня.
- Не приближайся к еде, - пояснила я.
Тейлор остался на месте.
– Что ты делаешь? – Спросил он, скрестив на груди руки в попытке согреться.
Я вытерла свои мокрые щеки.
– Разговариваю с Питом.
- Но, - Тейлор вытянул руку. – без обид, приятель, - после чего его взгляд вернулся ко мне. – Пит не разговаривает.
Я пожала плечами.
– Он никому не выдает мои секреты, а я не спрашиваю, почему он молчит.
Поведение Тейлора мгновенно изменилось.
– Я тоже никому не выдаю твои секреты. По крайней мере раньше, когда ты делилась ими со мной.
Я спрыгнула со стойки из нержавеющей стали, прикрепленной к стене, и помахала Питу, прежде чем взять Тейлора за руку.
– Давай поднимемся обратно, - предложила я, потянув за его запястье.
- Ты плакала? – Спросил он. Помедлив мгновение, он позволил мне увести себя через двери и вверх по лестнице.
По его движениям можно было догадаться, он почувствовал неладное.
Я закрыла за нами дверь и прислонилась к ней.
- Фэлин, - произнес он, нервно переминаясь. – Это то, что я думаю? Одна долбаная ссора. Ты не можешь оттолкнуть меня из-за одной ссоры. Даже не ссоры. Это было… пылкое обсуждение. И последнее, что я вчера от тебя услышал, ты переедешь в Эстес. Если теперь сходишь с ума настолько, что готова бросить меня, то можем мы хотя бы обсудить варианты.
- Я не отталкиваю тебя, - заверила я.
Его переживания разбивали сердце.
- Тогда какого хрена происходит? Почему ты сбежала вниз, чтобы поговорит с Питом в пол пятого утра?
Я прошла мимо него и присела на диван, намотав волосы на руку, убрала их в небрежный пучок.
– Я никуда не сбегала. Я часто разговариваю с Питом по утрам, когда никого нет рядом.
- Но не когда здесь я, - ответил Тейлор, опустившись рядом со мной. – Что происходит, Фэлин? Поговори со мной.
- Мне нужно кое-что тебе сказать.
Он явно напрягся, в ожидании моих слов.
- У меня не может быть детей.
Некоторое время он никак не реагировал, а потом обвел взглядом комнату.
– Я… знаю?
- Если мы и дальше станем продвигаться в отношениях, начнем жить вместе и все, что последует дальше… мы будем только вдвоем. Не думаю, что ты до конца это осознаешь.
Все его мышцы расслабились.
- Черт возьми, женщина, ты меня напугала.
- А?
- Я подумал, ты собираешься бросить мою невыносимою задницу. А ты всего лишь переживала, что я не задумывался о твоей невозможности иметь детей?
- Да, - немного раздосадовано ответила я на его легкомысленное отношение.
Он откинул голову назад.
- Я уже думал об этом, детка. Не беспокойся.
- Твой ответ говорит, что не очень хорошо.
- Существует миллион других способов, чтобы забеременеть. Если ни один из них не сработает, усыновим.
- Нет, - я покачала головой. – Ты не понимаешь. Я же говорила. Так должно было произойти. Нельзя играть с естественным порядком вещей.
- Ты же на самом деле не веришь во весь этот бред… о своем наказании.
Я едва заметно кивнула. Когда он произнес это вслух, его слова звучали безумно.
- Детка, думаешь, тебя еще недостаточно наказали?
Глаза защипало от слез. Я предполагала, что разговор в любом случае окажется эмоциональным, но все равно не успела подготовиться к нему должным образом.
- Ты - лучшее, что случалось в моей жизни. Перестань пускать мне пыль в глаза.
Тейлор притянул меня к себе и крепко обнял. Поцеловал мои волосы.
- А что, если я признаюсь, что не хочу усыновлять? – Задала я вопрос, обрадовавшись, что не приходится смотреть ему в глаза.
Он задумался.
- Я… удивлен.
- Знаю, что ты хочешь детей. И не хочу лишать тебя этой возможности. У меня было много времени все хорошенько обдумать, и я просто не могу. Мне слишком страшно, даже чтобы просто попробовать. Я начну беспокоиться о многих вещах, например, кто отдал ребенка и почему. Что если один из членов семьи решит его вернуть? Я не хочу во второй раз терять ребенка. Я просто… я не могу.
- Я не думал об этом.
- Знаю.
- Я понимаю. Имею в виду, будем решать проблемы по мере их поступления.
- Это то, что нам необходимо выяснить прямо сейчас. Ты хочешь детей. Я не могу дать тебе этого и не хочу усыновлять. Это важно. Нельзя просто сидеть и ждать, Тейлор. Может оказаться слишком поздно.
