Я старалась держаться с краю от танцоров, тем не менее, они все равно врезались в мои крылья. Парочка извинились, но большинство раздраженно поглядывали на меня из-под своих масок, или вообще не замечали. Я почувствовала себя дурой, из-за того, что вырядилась во что-то столь громоздкое.
Я сознательно сделала круг по рынку и почувствовала, что за мной следят.
А я так хотела остаться неузнанной.
Видимо, тут та же ситуация, что и с моим рождением. Все уже друг друга знали. Они жульничали, открывая свои личности под масками, и я была единственной, кого они не знали. Единственный новый человек.
Возле меня вился павлин, но не подходил. Что-то знакомое было в сове и богомоле, что шли рядом со мной, но я их не признала.
Должно быть, Сэм попросил своих друзей приглядывать за мной. Раньше меня бы это взбесило, но после встречи с Ли, я была даже рада. Возможно, мне следовало прийти с ним. Я не должна была так резко реагировать ранее. Не то чтобы я ждала, что он скажет, что выбрал бы меня, а не Циану, даже до того, как я узнала, что они встречались.
Серо-белый сорокопут отвернулся, когда я почувствовала его взгляд, и направился к Дому Совета. Впереди стояла охотничья собака, тоже смотревшая на меня.
Я завернула на юго-западный край рынка. Все было прекрасным, как и зрелище сотни танцующих людей — великолепно. Тем не менее, я была одна, не считая парочки друзей Сэма, наблюдающих издалека.
Или, возможно, это Ли. Понятия не имею здесь ли она или в чем может быть одета. Внезапно, я начала подозревать каждую высокую и стройную фигуру.
Хорек коснулся моей руки.
— Потанцуем?
Я подпрыгнула от неожиданности, но узнала голос. Арманде.
Я увидела его улыбку, скрывающуюся под маской и усами, а затем он начал танцевать, позволяя мне использовать те шаги, которым я научилась у Стэф. Мы протанцевали гальярду, а потом он отвел меня в буфет, который я не видела раньше, полный крошечных сэндвичей и пирожных. Так же, там были стопки бумажных чашечек и самовары с кофе и горячим сидром. Столы накрывали кружева, а на них стояли десятки портретов каких-то парочек. Думаю, это были Тера и Эш, хоть и в разных обличьях.
— Должно быть, они действительно любят друг друга, — выдохнула я до того, как вспомнила, что я в костюме. Я покосилась на Арманде, чтобы посмотреть заметил ли он, но тот просто улыбался.
— Твой секрет в безопасности со мной. Но тебя довольно легко узнать, даже в таком облике, — он пожал плечами.
— Ох, — мои щеки покраснели под маской. Я взяла кофе, которое он предложил.
— Сколько жизней они уже вместе?
— Пятьдесят, — сказал он и сделал глоток от своего напитка. — Почти с самого начала. У нас не часто проводятся такие вечеринки, но Тера и Эш всегда устраивают одну. Каждое поколение.
Если за каждую жизнь они доживали до семидесяти пяти, то, тогда, они провели вместе 3,500 лет. Даже представить себе не могу такую любовь.
— Поначалу они не выдерживали, если были разного возраста или одного пола, потому убивали друг друга, чтобы переродиться в одно время. Никто не мог отговорить их от этого.
Я думала, что любовь не должна нести за собой столько смертей. Не то чтобы у меня был опыт в этом.
— Но они обе женщины в этой жизни.
Он кивнул.
— Они решили, что постоянно умирать — слишком больно, и если они любят друг друга, это не должно иметь значения. И все же, — он наклонился ко мне, — когда одна умирает, вторая тоже. Думаю, сложно быть физически старым, пока твоя любовь только учится ходить.
— Еще бы.
Я допиваю свое кофе и бросаю чашку в мусорную кабинку.
У нас с Арманде было еще пару танцев прежде, чем он передал меня вороне в блестяще-черной маске и одежде с перьями. Я не знала кто это, но он сделал комплимент моему наряду, а потом на смену пришла женщина, одетая лосем.
Некоторых из своих партнеров я узнала — Стэф и Вит вырядились как украшенная камнями стрекоза и лев — но большинство были незнакомцами, как на мой взгляд. Но было весело. Я смеялась и приглашала других людей на танец, не тратя время на ожидание, пока меня все узнают.
Может, анонимность не была столь важной, как мне казалось.
Я нашла Сарит, из ее черных волос торчали серые перья, а яркая маска прикрывала верхнюю часть лица. Оранжевые щеки выделялись на фоне желтого шелка. Складки длинной серой ткани, накинутой на ее руки, создавали крылья — гораздо лучше, чем мои.
— И кто это?
Я не видела таких птиц в Сфере.
— Корелла. — Она ухмыльнулась под широким, крючковатым клювом. — Они с другой стороны планеты.
Даже южная часть Сферы казалась мне далекой. Надо будет позже спросить ее о птицах, а сейчас, она взяла меня за руки и потащила в сторону ступенек в Дом Совета, где виднелась череда арок. Они были повсюду, поставлены в разброс.
— Что это?
— Арка марш-броска! — Она хихикнула. — Но только не вздумай называть ее так при посвящающихся. Они сердятся, потому что звучит глупо.
— Могу поспорить, что название пошло от тебя.
— Возмо-о-ожно. — Протянула она. — Тем не менее, идея довольно милая. Они начинают с первой арки, расположенной у основания лестницы, а затем должны пройти через остальные, пока не дойдут до вершины. Все это время, они будут с завязанными глазами.
— С завязанными глазами? Но ведь арки даже не выстроены в линию. Они повсюду! — Я ошарашено посмотрела на нее. — Ты все выдумываешь.
— Не-а. Это символизирует неуверенность в будущем. Они должны взяться за руки и вместе решить в какую сторону идти. И, между прочим, они все равно могли увидеть расположение арок, пока танцевали.
Все же, для меня это казалось безумным.
— Каждая арка символизирует нечто важное. Та, что обсидиановая — ночь, цветочная — учитывая, что сейчас зима, она сделана из шелка — счастье, сосновая — здоровье. Думаю, ты уловила суть.
— Что будет, если они не пройдут через все арки? — Спросила я, когда мы направились к буфету.
— Всегда проходят. — Она склонилась ко мне. — Кроме того раза, когда они прошли мимо сосновой. Скорее всего, это было совпадением, но в тот год очень многие болели...
Я вздрогнула, угадав по ее тону, что Эш и Тера недолго прожили после того посвящения. Тем не менее, их непрекращающееся воссоединение было романтичным.
А любители тусовок продолжали танцевать. Сарит впихнула меня в ближайший круг из восьми человек, которые двигались под быструю музыку. Танец предполагал столько хлопанья в ладоши, что, под конец, мои руки заболели. Затем мы перешли к другой группке, потом к еще одной, иногда меняли партнеров, но всегда приглядывали друг за другом. В случае чего, у нас всегда был запасной партнер, так что, мы удачно сработались.
