не могу торчать здесь весь день, а этого... — Мой брат жестом указывает на меня. — ... можно держать на поводке только до тех пор, пока он не потеряет терпение.
Я улыбаюсь, и лицо Джо бледнеет. Да, ублюдок, ты должен бояться. По-настоящему, блять, бояться.
— Они там, — говорит он, указывая себе за спину.
— Пошли. — Марсель идет за Джо в подсобку, а я остаюсь следить за дверью.
Когда я слышу, что вокруг начинает что-то греметь, я подхожу и заглядываю в комнату. Марсель держит Джо за горло, ноги ублюдка едва касаются земли.
— Пусть это будет предупреждением. В следующий раз мы не будем так снисходительны, — говорит мой брат и наносит ему удар в живот, после чего бросает его тело на пол.
— Знаешь, я бы сам это сделал.
— Я в курсе. — Марсель хватает сумку с соседнего стола и засовывает ее под мышку. — Давай убираться отсюда.
— За что он вообще задолжал Джио деньги? — Спрашиваю я, когда мы садимся в машину.
— Погашение кредита. Он занял деньги, чтобы открыть свой маленький магазинчик, — рассказывает мне Марсель.
Моя рука лезет в карман, и пальцы потирают маленький камушек в форме сердца, который я стащил. Камми он бы понравился. Не факт, что я когда-нибудь смогу подарить его ей.
Мой телефон вибрирует на центральной консоли машины, на экране высвечивается имя Дэша.
— Не ответишь? — Спрашивает Марсель.
— Нет, он может подождать, — говорю я, не обращая внимания на звонок, но вскоре он повторяется снова. Я хватаю телефон и нажимаю на зеленую кнопку. — Что, блять, произошло, что ты разрываешь мой телефон?
— Она вернулась, — говорит Дэш, и мое сердце учащенно бьется. Нет. Он говорит не о Камми.
— Кто вернулся? — Медленно спрашиваю я.
— Камми. Она вернулась в Мельбурн. Видел ее сегодня в студенческом центре, — говорит он мне.
Она вернулась. Она здесь. В Мельбурне. Там же, где и я. Она должна держаться от меня подальше. Я не могу быть рядом с ней. Блять. Он может ошибаться. Скорее всего, это не она.
— Эй, Вин, ты там, братан? — Спрашивает Дэш.
— А, да. Ты уверен, что это была она? — Спрашиваю я его.
— Уверен. Она спрашивала о тебе. Но я бы не сказал, что она желала тебе зла и надеялась, что у тебя все хреново. Скорее, это было похоже на надеюсь, что с ним все в порядке, потому что он, в некотором роде, небезразличен мне.
— Ладно. — Вздыхаю я. Не может быть, чтобы Камилла Тейлор все еще заботилась обо мне. Я сделал все, чтобы она меня возненавидела. Я игнорировал все сообщения и телефонные звонки. Она даже вернула мне машину, и когда я нашел письмо в бардачке, то не стал отвечать.
— Ну, я хотел, чтобы ты знал. Поэтому, когда увидишь ее в кампусе, не думай, что тебе мерещится всякая хрень. Все реально, — говорит Дэш.
— Как она выглядела? — Спрашиваю я его, жалея, что вообще задал этот вопрос.
— Думал, тебе все равно. — Смеется он.
— Да, все равно. Забудь об этом. — Я уже собираюсь повесить трубку, когда его голос останавливает меня.
— Она похудела... и выглядела очень грустной, — говорит он.
— Похудела? — Повторяю я.
— Да. — Вздыхает он. — Не знаю, чувак. Тебе следует пойти и повидаться с ней или что-то в этом роде.
— Я не могу этого сделать. Спасибо, что дал мне знать, — говорю я ему и кладу трубку.
— Она вернулась в город? — Спрашивает Марсель.
— Похоже на то, — ворчу я.
— Я знаю, что ты изображаешь мученика, Вин. Но ты должен очнуться и понять, что причиняешь боль только себе и ей. Может, я и не очень хорошо знал эту девушку, но за то короткое время, что я провел с ней, было видно, как сильно она тебя любила, — говорит он.
— Любила, в прошедшем времени. И я никогда в этом не сомневался. Именно эта любовь затмила ее разум, и она не могла ясно видеть, что на самом деле значило бы для нее быть со мной. — Я провожу рукой по волосам. Мне нужно выйти из этой машины. — Остановись. Высади меня здесь.
— Здесь? Куда ты, блять, собрался? — Спрашивает Марсель.
Я убираю телефон в карман и отстегиваю ремень.
— Подальше отсюда. Я попрошу Маркуса или Дэша приехать за мной. — Мы уже в центре города.
Марсель притормаживает и свирепо смотрит на меня.
— Не делай глупостей, Вин, — предупреждает он.
— Есть, капитан. — Шутливо отвечаю я, открываю дверь и выхожу на тротуар.
Я жду, пока брат уедет, и только потом разворачиваюсь и иду по улице. Я знаю, куда иду. Через десять минут я вхожу в новый тату-салон Маркуса. Он купил это место два месяца назад, к большому неодобрению своих родителей. Мне тут нравится и он, черт возьми, отличный художник.
— Ты записывался? — Он отрывает взгляд от своего альбома и смотрит на меня.
— Мне не нужно записываться, — говорю я ему, направляясь к креслу. Я снимаю футболку и ложусь, устраиваясь поудобнее.
— Чувствуй себя как дома. — Усмехается Маркус.
— Я хочу кое-что набить.
— Что именно хочешь? — спрашивает он, подходя и становясь рядом со мной.
— Эйфелеву башню. Прямо здесь. — Я показываю на чистый участок кожи на левой стороне грудной клетки.
— Ты хочешь чертову Эйфелеву башню?
— Я так и сказал, — ворчу я.
— Ладно. Дай мне десять минут. — Он уходит и начинает делать наброски.
Мне нравится жить в фантазиях. Когда становится слишком тяжело, я возвращаюсь к тому моменту, когда поцеловал Камми под Эйфелевой башней, словно она только что сказала "да" на мое предложение руки и сердца. Чего я никогда ей не говорил, так это того, что мне чертовски хотелось, чтобы это было по-настоящему. Я желал этого больше всего на свете, чтобы я мог сделать ее своей женой.
Я достаю телефон и запускаю приложение GPS. Я давно не отслеживал ее местоположение. Маленький красный огонек загорается, зависая прямо над домом ее родителей. Она так чертовски близко, но в то же время так далеко. Я мог бы легко пойти и залезть к
