— Как все прошло? — сонно спросила она, когда он, наконец, спотыкаясь, вошел в спальню и включил верхний свет, заставив ее прищуриться.
— Просто з-здорово, — пробормотал он. — Триумф. Жаль, что тебя там не было.
Она игнорировала сарказм в его голосе.
— Лео доволен? Он думает, что все прошло хорошо? Ему понравилось?
Ну, хорошо, хватит задавать ему вопросы о Лео. Следующим будет «Хорошо ли он выглядел?» или «Не похоже ли, что он увлечен некоей дамочкой по имени Элинор?». Она сменила тему:
— Кто-нибудь из наших звезд объявился?
— Огромное количество. Шон, Дженис, Сандра…
— И Сандра была? — По некоторым причинам Хелен забеспокоилась. — Как она себя вела, а? Ты за ней присматривал?
— Н-не мое дело.
Он ухитрился заметить ее неодобрительное выражение.
— Не беспокойся, она была в порядке.
Он рухнул в постель, не сняв носки, отвернулся от нее, засопел и почти немедленно уснул. Хелен вздохнула и вылезла из кровати, чтобы погасить свет.
В субботу утром Хелен встала рано и спустилась за газетами. Разумеется, она искала статьи о модельной карьере Сандры, но, кроме того, ей хотелось проверить, попало ли открытие ресторана Лео на первые страницы таблоидов. Скорее всего, его самого на снимках не окажется — если вообще будут какие-нибудь фотографии, посвященные «Верано», — но, подобно тому как четырнадцатилетней девочке хочется пройти мимо дома мальчика, в которого она влюблена, несмотря на то что он уехал отдыхать с родителями, ей хотелось хотя бы краем глаза взглянуть на то, что связано с ним. Она нетерпеливо пролистывала газету, шагая по улице. Ничего. Войдя в квартиру, она уселась на диван и принялась торопливо пролистывать следующую. На пятой странице была фотография Сандры. Но это была не та фотография, которую она надеялась увидеть. Там не было заголовка «Сандра — девушка-модель». Фотография была сделана у «Верано» — она узнала лавровый куст в кадке у двери, изящный металлический столик и стулья. В статье ни слова не говорилось, ни о ресторане, ни о его владельце, потому что в фокусе была Сандра. Сандра держала под руку мужчину, которого Хелен не видела раньше; на ее просвечивающей белой майке красовалось огромное жирное пятно. Она высоко подняла ногу, словно собака, демонстрируя папарацци, что на ней нет трусов. Впрочем, из соображений приличия самое пикантное было прикрыто. Над снимком красовался заголовок: «Красотка, прикрой свои прелести».
Хелен покрылась холодным потом. Она пролистала другие две газеты — в обеих были одни и те же фотографии и заголовки: «Без трусов» и «Сандра — не девушка с обложки». Нигде не было упоминания о «Верано», никто не сделал фотографий других звезд, прибывающих или уходящих с вечеринки, и, конечно, после такого их профессиональные снимки, сделанные на греческом острове, можно было выкинуть в помойку. Кто напечатает их, если есть такое? Она твердила себе: наверное, в воскресных газетах появятся статейки о ее контракте с «Вог», но понимала, что теперь на это нет шансов.
Мэтью вздрогнул, когда она бросила газеты на край кровати.
— Настоящая катастрофа! — Она показывала одну статью за другой, бросая их ему в лицо.
— Ничего бы не было, если бы ты пошла на открытие, — любезно заметил он.
Она прилегла рядом, расстроенная.
— Я знаю, я знаю.
Но Мэтью еще не закончил:
— Так что теперь Лео будет думать, что я провалил все дело… Просто здорово!
— Извини, но ведь не я пригласила Сандру. Я даже не знала, что она тоже будет на открытии.
— Точно. Но давай посмотрим фактам в лицо, Хелен. Ты отказалась заниматься рекламной кампанией для Лео и потому не просматривала списки гостей. Но, даже если так, ты могла бы прийти туда вчера вечером. Ты присмотрела бы за Сандрой и не дала ей пойти вразнос. Ты бы не позволила ей напиться и вовремя отправила домой.
Хелен отчаянно защищалась:
— Но Лора ведь была там. Она должна была оттеснить Сандру.
— Совершенно верно, но Лора вчера отвечала за все. Ей забот хватало. Кстати, Сандру она передала на твое попечение.
— Наверняка ее пригласила поганка Дженни. Она знала, что статьи о Сандре должны появиться в выходные. Она, наверное, специально позвала ее, чтобы подставить меня.
Мэтью лег обратно на подушку.
— Не преувеличивай. И знаешь что? За Сандру я спокоен. Для меня гораздо хуже то, что мы подставили Лео. Черт побери, надо срочно ему позвонить.
Лео, как выяснилось, был не слишком озабочен недостатком откликов в прессе, потому что заказы сыпались на него как из рога изобилия, а он больше полагался на рекомендации знакомых, чем на прессу. Он считал, что отзывы о его ресторане будут самыми благоприятными. Он очень обрадовался, что название его ресторана не упомянуто в связи с выходкой Сандры, и не понимал, почему его отец так извиняется.
А вот Лора была просто убита. Когда Хелен беседовала с начальницей, ей казалось, что трубка вот-вот взорвется.
— Ты видела газеты, я так понимаю? — Лора разговаривала как чужая — холодно и одновременно кипя негодованием. Хелен сделала глубокий вдох и приготовилась к худшему. — Теперь у нее нет шансов получить номинацию, Абсолютно ни одного шанса. Господи, настоящая катастрофа!
Возникла небольшая пауза, и Хелен, чувствуя себя обязанной что-то сказать, вставила:
— Мне очень жаль. Лора ее не слушала.
— Ладно бы она просто напилась и упала — с этим мы бы еще как-то справились. Но она еще и выставила на всеобщее обозрение все, что только можно!
В голове Хелен пронеслась мысль о том, что ей нужно сказать: «Послушайте, вы можете забрать назад свое предложение работы. Я пойму», — но все, что она смогла произнести, было снова «Мне жаль» и потом снова «Мне действительно очень жаль».
Лора, наконец, перевела дух.
— Чего ты извиняешься? Ты ни в чем не виновата.
— Нет, виновата. Если бы я не отказалась рекламировать ресторан Лео. Или если бы я пришла вчера вечером…
Лора перебила ее:
— Но ты его не рекламировала, в том-то все и дело. Наверное, ты должна была бы этим заняться, но я с тобой согласилась, что не стоит. Нет. — Она сделала паузу. — Провал — дело рук той стервы, Дженни. Имени Сандры не было в списке в последний раз, как я его проверяла, так что она, должно быть, пригласила ее сама, зная, что, стоит Сандре дорваться до бесплатной выпивки, она становится невменяемой. Я даже не знала, что Сандра там, пока не стукнуло десять вечера, к тому времени она была уже вся в кусках. Я велела Дженни позаботиться о ней — незаметно вывести черным ходом и запихать в такси. Черт побери! Я должна была проследить лично…
— Все равно, во всем виновата я… Дженни поступила так нарочно, потому что она меня ненавидит: Она хотела, чтобы Сандра облажалась, а виноватой то буду я.
— Перестань принимать все на свой счет. Конечно, она поступила так нарочно, чтобы подставить тебя, но Сандра — моя клиентка, так что она сама выставила меня в дурном свете. Я звоню тебе, чтобы пожаловаться на нее, а не для того, чтобы упрекать тебя.
Облегчение, которое охватило Хелен, было почти материальным. Она уселась за кухонный стол и заставила себя дышать нормально.
— И что вы теперь собираетесь сделать? Лора тяжело вздохнула.
— Если окажется, что она самовольно пригласила Сандру, я поставлю на совете директоров вопрос о ее увольнении. «Глобал» не может доверять служащим, которые ведут себя подобным образом.
Почти сразу же после того, как Хелен повесила трубку, ее мобильник зазвонил снова. Сандра! Хорошо, что у нее стоит АОН, иначе она ни за что не признала бы голос клиентки в заунывном вое. Похоже, было, будто ей звонит расстроенный дельфин.
— Значит, ты уже видела газеты?
Ей показалось, будто она расслышала слова «Боже мой». Хелен так и подмывало отругать Сандру за тупость. Почему она приняла приглашение, зная, что там будут папарацци, — притом, что они собирались скормить газетам ее новый позитивный имидж? И если уж она решила идти, почему бы ей для разнообразия не остаться трезвой (глупый вопрос) или, во всяком случае, не надеть трусы? Самым грозным врагом Сандры была она сама, но она, если честно, была так безнадежно тупа и настолько испорчена, что мало что понимала. Зато все прекрасно понимала Дженни.
— Сандра, успокойся.
— И-и-и-и-и! — вернулся к ней шум, как будто Флиппер попытался предупредить ее об опасности.
— Послушай, тебе стоит сегодня залечь на дно. Не отвечай на телефонные звонки — говори только с теми, кого знаешь. Не выходи никуда, хорошо? Осталась еще пара недель до того, как объявят номинации, мы что-нибудь придумаем, — добавила она, понимая, что у них абсолютно нет шансов.
Она восприняла последовавший за этим звук как согласие.
— Сандра, кто пригласил тебя вчера вечером? Я хочу сказать, я не знала, что ты собираешься там быть.
