И все же после прочтения всего этого, снова захотелось позвонить родителям, узнать, как они. Номер отца я помнила наизусть, так что телефон буквально руки жег. Но я не сомневалась, что этот звонок тут же отследят, и тогда меня снова очень быстро найдут.
Не говоря о том, что отец вряд ли станет со мной разговаривать, не увидев воочию. Скорее всего, воспримет как жестокую шутку или мошенничество. Но хотя бы голос хотелось услышать!
Выдохнув, все же отмела эту мысль. Общение с ними все еще было роскошью, которую я пока не могла себе позволить. Оставалось только надеяться, что у них все хорошо.
Я буквально заставила себя включить навигатор и сосредоточиться на текущей цели. Занялась сопоставлением своих навигационных данных на браслете и местные карты. В этот раз это пришлось делать полностью самостоятельно, так что времени на это ушло значительно больше.
Оказалось, что попасть в нужную точку с шоссе не так-то просто. Ведь в прошлый раз, я поверх леса перемещалась, а тут пришлось доступные дороги искать. Извилистая тропинка, которую мне навигатор построил, мне не очень понравилась, но выбирать не пришлось.
Я решила подъехать максимально близко, а остаток все же пешком дойти.
С визором темнота проблемой не являлась, а никого крупнее кабанов и волков тут, вроде, никогда не водилось, так что с шокером не страшно. Если подумать, самым страшным зверем в наших краях являлся человек.
Я тяжело вздохнула, хозяин машины вот-вот должен был проснуться, и часа полтора мне его все же предстояло потерпеть.
***
Впрочем, очнулся он только минут через двадцать, так что я успела выбраться обратно на шоссе, и прилично отъехать от точки, где мы местами поменялись. Вопреки ожиданиям, сразу бузить и возмущаться он не стал, наоборот испугался и притих.
Я же лишь, мельком отметив его затравленный взгляд, сделала вид, что вообще не замечаю, что он проснулся. Не хотелось мне с ним общаться от слова совсем.
Но долго притворяться спящим он все-таки не смог.
- Куда мы едем? – внезапно подал он дрожащий голос.
Я не ответила. Если б он не повел себя по-свински, то мы как раз бы только что свернули бы к Дмитрову, и он бы через пять минут высадил бы меня у станции, и даже обещанную плату получил.
А так, с одной стороны, на общественном транспорте мне пришлось бы сложнее и дольше добираться, чем сейчас на машине, но просто так отбирать у него автомобиль я бы точно не стала.
Сейчас тоже не собиралась, если подумать. Доедем, выключу его последним зарядом кольца и уйду. Проспится и спокойно сам поедет домой, а я к тому времени буду уже далеко.
Но успокаивать, и рассказывать свой план действий я не стала. Не зависимо от того, собирался он что-то реально делать или просто поиздеваться-попугать, решила отплатить той же монетой. Вот пусть неизвестностью помучается, урод! Ему полезно!
- У тебя где-то подельник? Меня убьют из-за машины? – продолжал он свое жалобное блеянье.
- Если не заткнешься, то точно, - поморщившись, пообещала я, поняв, что снова злиться начинаю.
Угроза подействовала, но ненадолго. Так что в итоге пришлось включить радио.
Вкусы на музыку у нас явно не совпадали, а еще мне захотелось послушать новости, потому переключилась на бизнес волну. Перекрикивать радио он, к счастью, не стал. И то хорошо.
В итоге вполне смирно он сидел, пока мы ехали по шоссе, а вот когда съехали по навигатору в сторону, и уже там буквально через километр свернули на грунтовую дорогу, занервничал. А когда я нацепила визор, вообще в ступор впал.
Надела я его, правда, вовсе не для того, чтобы кого-то напугать, а потому что в свете фар без дополнительного освещения тут реально мало что разглядеть получалось, даже с дальним светом. А в моем приборе почти как днем. Так что в таком режиме дело куда веселее пошло.
Пока работала с базой, на голографическую проекцию, мой вынужденный спутник тоже смотрел с благоговейным ужасом. Ее пришлось включить, чтобы с визором вновь синхронизироваться, и активировать обозначение дороги.
На моей карте, которую я пару недель назад сняла из космоса, все же более точная топографическая картинка отображалась. А вот у местного навигатора явно какие-то косяки вылезали, и мне не всегда было понятно, есть там дорога или только на карте нарисована.
По извилистой лесной тропе мы ехали достаточно долго, и все это время он сопел и ерзал, причем, чем дальше, тем интенсивнее. В глазах у него уже реально плескалось отчаянье. Не знаю уж, чего он там себе напридумывал.
Так что, когда меня это уже окончательно достало, и я реально начала опасаться, что его сейчас действительно от страха Кондратий хватит, я истратила на него последний заряд кольца, решив, что пора ему уже отдохнуть.
Дорога и так оказалась не очень, требовала сосредоточения, а тут он все внимание на себя забирал.
Впрочем, судя по навигатору, до финальной точки оставалось чуть-чуть, и проснется он уже после того, как я уйду. Ну а если нет, то у меня еще шокер остался в заначке.
***
Перед уходом веревки я ему все-таки развязала, из жалости. Он же тут проснется в машине в лесу, один и темноте. Если выпутаться не смог бы, реально от страха помер бы.
Адекватности от него тоже не стоило ожидать. На то, что он догадается рассвета дождаться, прежде, чем обратно ехать, я не рассчитывала. Но вот тут сочувствия к нему уже не появилось!
Я вовсе не надеялась, что эта ситуация его в чем-то в лучшую сторону изменит, но хотелось бы верить, что по крайней мере, голосующих на дороге одиноких дам он теперь станет избегать, а может, и женщин вообще. Последнее вообще стало бы идеальным вариантом!
Кстати, обещанную тысячу я ему на торпеду положила. Не люблю неоплаченных долгов.
Сложнее всего, оказалось, оставить телефон. Интернет тут хоть и ловил не очень, но перед уходом я все-таки еще позалипала. А еще по-прежнему боролась с желанием позвонить отцу, чтобы услышать его голос.
Но все же взяла себя в руки и оставила телефон на сидение. Мне стоило двигаться дальше. От этого звонка не стало бы лучше ни ему, ни мне.
В лесу стоял туман, от которого тянуло прохладой и свежестью. Но за счет того, что
