Читаем без скачивания Мыльная сказка - А. Котенко

– Любава, Любава, уже дюжину дней от тебя ни слуху, ни духу, неужто кинула ты меня? Променяла!? И ради кого я разводился с той, которая любит меня почти тысячу лет!

– Фи, Яга, - сморщились русалочки, - нашел по кому слезы лить!

– Заткнитесь! - рявкнул на них Кощей и уселся на собственный трон.

Он недолго сидел там, подперев щеку кулаком, а потом заорал на весь зал:

– Собирайте Горыныча! Летим в Москву!

– Есть, б**, за***сь! - отчеканил гномик, скрываясь в коридоре.

После он несколько раз пытался безрезультатно прогнать назойливых русалок и спящего в уголке серого оборотня-волка и злобного медведя. Но никто не слушался правителя тридевятого государства.

– Что за***? Сказал бы мой гном, - фыркнул Кощей, глядя на кланяющегося ему в ноги Васю-гонца.

– Любава… - задыхаясь от радости крикнул тот. - Любава ваша вернулась… С Иваном-дураком! И к вам идет! Звать?

– Ты идиот или только притворяешься? - рявкнул Кощей. - Звать!

Вася тут же вскочил и пулей вылетел из залы, а Бессмертный, подойдя к зеркалу, начал прихорашиваться: корону поправлять, седые патлы причесывать, бородавку на щеке пластырем заклеивать.

Только он закончил, как к нему вошла она, его любимая.

За ней, понурив голову, связанный по рукам, плелся высокий блондин в белой вышитой рубахе, синих летних штанах и красных сапогах.

– Любавушка, - не замечая пленника, старик кинулся ей в объятья.

Она, поправив платок на голове и солнцезащитные очки, чмокнула его в щечку, а потом отвернулась, чтобы сплюнуть вонючий тысячелетний запах престарелого муженька.

– Что с тобой, родненькая? - Кощей попытался снять платок, но она противилась и отводила взгляд в сторону. - Тебя что, подменили?

– Нет, нет, Кощеюшка, - тихо сказала она, стрельнув глазками из-под очков, - просто Иван-дурак - такая бестия, еле изловила. Устала я, миленький.

– Ой, не пойму, дорогая, - ласкал девушку Бессмертный, а она всеми правдами и неправдами старалась вырваться из его объятий и встать подальше от пропахшего мхом и гнильцой древнего тела, - зачем только тебе этот пацан понадобился.

И тут в беседу вступил пленник. Не обратил внимания Кощей, что Иван-дурак был слишком спокоен для заложника.

– Я ей прошлую жизнь изрядно подпортил, вот и мстит.

– Аааа, - протянул старик, - понятно теперь. Я, к слову сказать, тоже Иванов-дураков не жалую, потому что в пророчестве сказано, будто один из них добудет мою Смерть, и тогда придет конец моему царствию, и настанет начало покою. А я жить хочу, я ведь мужчина в самом расцвете сил.

– Жаль, что не в меру упитанный, - съязвил Дурак, - а то я бы вас с Карлсоном перепутал.

– Но-но! - возмутился Бессмертный. - Я хоть и люблю малиновое вареньице, но с коллегой из шведского мирка себя путать не позволю!

Он топнул ногой и ударил по полу посохом так, что завистливые русалки от страха вжались в спинку стула.

– Кощеюшка, - Любава обняла его, прижимаясь головой к груди и морща нос от запаха, - давай отведем Ивана-дурака в погреб к нашим девицам-москвичкам, а наутро казним…

Взгляд мужа вмиг подобрел, и в желтых яблоках его глаз блеснула слезинка. Он так соскучился по любимой, что был готов к каждому ее предложению. Он даже не замечал, как в его грудь упиралось нечто острое, вдруг появившееся над ухом его ненаглядной Любавушки, что жена ведет себя подозрительно, что стала она выше на полголовы и что даже форма лица ее округлилась, да нос стал более острым, а глаза - серыми вместо красных. Но как мог старик заподозрить неладное, если девушка знала абсолютно все из их личной жизни.

Кощей, недолго думая, оставил русалок в компании спящих волка и медведя. Сам он отправился со своей ненаглядной в темницы. Ему не терпелось бросить туда пойманного Ивана-дурака.

– А еще, милая, - хвастался Бессмертный, - у меня для тебя сюрприз есть. Пока ты в мире большом пропадала, я авиакомпанию организовал, 'Горыныч-эйрлайнз' называется. Мой друг там подрабатывает. И теперь мы с тобой сможем в Москву хоть каждый день летать! Ты рада?

Девушка подозрительно посмотрела в глаза Кощею, а потом скорчила недовольную гримасу.

– Почему тебе не нравится моя затея? Змей-то ради нее даже со своего юбилея сбежал! Давай так, - старик всей душой хотел сделать приятное молодой жене, - с дураком расправимся, и в Париж полетим!

– Хорошо, - буркнула под нос Любава, не сбавляя шага.

Она пинала Ивана под зад и иногда ругалась на непонятном для Кощея языке, который она сама называла 'кеметским'.

– Внучка Создателя, - мечтательно говорил старик, глядя в потолок, - я всю жизнь грезил о такой жене! Яга тебе и в подметки не годится, Любава!

– О чем это ты? - девушка обернулась, держа пленника за веревку.

Но Кощей не стал распространяться. Не знает девчина о своих предках - он это понял еще давно, в те дни, когда она только пришла в себя и попросила первой крови.

Спустившись на добрый десяток этажей в подвал, Бессмертный затащил Дурака в просторную комнату, внутри которой стояло семь хрустальных гробов. В каждом из них лежало по девушке, одетой по моде двадцать первого века. Только двух из них знал Иван Дурак - Наташу и Аню, вожатых из его смены. Остальные пятеро, как он догадался, были жертвами из предыдущей. И одна из них - Оксана Барсукова, о которой говорил Шаулин. Жаль, что жертв не подписали.

В отличие от обычных трупов, что начинали терять товарный вид на второй день после смерти, все семь девушек не казались протухшими мертвецами. Скорее, они были похожи на красивых кукол, а гробы стали для них вакуумными упаковками. Подойди к ним, поцелуй, и они оживут, как невеста королевича Елисея из сказки Пушкина.

– Куда его? - не проявляя никаких эмоций, заметила Любава.

– К стене приковать, чтоб не сбежал, - иного Кощей придумать не мог.

Девушка прошла по комнате, разглядывая девиц, пустые три гроба и еще одно сооружение.

– А зачем к стене? - не поняла она. - Давай его развяжем, да в гроб на колесиках положим!

– Неееет! - завопил Иван Дурак, остановившись взглядом на дубовом погребальном футляре, ко днищу которого были прикручены колеса от садовой тележки.

А Любава в ответ ехидно улыбнулась, бросив:

– Теперь мы квиты, хе-хе-хе!

Что она вложила в эту реплику, Бессмертный не понял. Он решил, что эти слова относятся к долгому визиту его ненаглядной в Москву и утомительным битвам, в результате которых она и пленила Дурака.

Престарелый муженек не хотел перечить ненаглядной и сделал все так, как она и просила: положил Ивана в гроб, развязал и накрыл тяжелой крышкой. Как ни странно, но пленник не сопротивлялся. Он покорно, когда его освободили от веревок, залез в предложенное ему место для упокоения и, сложив руки на груди, закрыл глаза. Пленник подозрительно смирно лежал в гробу и не двигался, изображая мгновенно умершего сказочного персонажа.

– А теперь, - хищным взглядом он уставился на упругие груди Любавы, - развлечемся?

Она, стиснув зубы, отступала к выходу из темницы. А Кощей, цокая языком, приближался к супруге.

– Л…ладно, - процедила она. 'Ваня, ты тут с мертвыми красавицами побыстрее разбирайся, пока этот ходячий скелет не отымел меня!' - воспользовалась мыслесвязью Любава, покидая комнату.

Стоило Кощею закрыть дверь в комнату с девушками, крышка гроба на колесиках приоткрылась, и оттуда вылез Иван Дурак в обнимку с беснующимся Чебурашкой. 'Прям иллюстрация анекдота какая-то', - подумал программист, сажая на лакированную крышку передвижного заупокойного средства персонажа Эдуарда Успенского. Жаль, что апельсинов не было, парень не предполагал, как можно еще отвлечь сказочное существо от созерцания проводимой операции 'Спасение вожатых'.

Правда, спасибо Эдуарду Николаевичу, ушастый пушистик оказался смиренной зверушкой. Чебурашка, хлопая глазами, молча сидел и смотрел, как Дурак обошел всю комнату, открывая крышки хрустальных гробов. 'Теоретически, чтобы девушки ожили, мне надо их перецеловать!' - понял программист.

Делать это надо было как можно скорее, пока Кощей не заподозрил подмену молодой женушки, не то спасать девиц будет некому.

С кого бы начать? Парень посмотрел на рыжую Натаху, в которой явно не было воздыхателя, и которая боялась оказаться охмуренной прекрасным принцем. Потом его взгляд перешел на музыкантшу Аню, которую ждал рязанский парнишка Костик. И еще пять незнакомых девочек - крашеная в фиолетовый круглолицая кнопка, кудрявая грудастая блондинка, толстушка в пестрой бандане, мелированная остроносая красотка и неприятная на вид девушка с черным ёжиком. Их кто-то ждал, кто-то любил. Но сейчас достаточно одного лишь поцелуя, чтобы они открыли глаза, вернулись в жизнь.

– Приступим! - потер руки Иван, прижимаясь к вишневым губам самой неприятной особы, девушки с ёжиком, чем-то напоминающей Лолиту Милявскую.