если бы ты целыми днями сидел перед монитором, изучая записи с камер.
Он передает мне коричневый конверт.
– Принес тебе кое-что сегодня. Подумал, чего тебе мотаться лишний раз к постамату, раз уж я все равно сюда еду. Только не закладывай меня.
Я не скрываю облегчения.
– Наконец-то. И не волнуйся, я твой секрет не выдам. – Я уже готова разорвать конверт, но замечаю, что Джордж еще стоит в прихожей. – Что-то еще?
Кивнув, он говорит, понизив голос почти до шепота:
– Поскольку это твое первое задание, когда ты общаешься напрямую с ним, если тебе кажется, что это проверка, так и есть.
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, молча умоляя рассказать еще что-нибудь. Но с этими загадочными словами он исчезает.
Я спешно открываю конверт.
Кэмерон должен быть смещен со своей должности без негативных финансовых или публичных последствий для него, для университета, его спортивной программы или перспектив на будущее. Никакого скандала.
У меня было много предположений насчет того, что мне поручат сделать, но это не входило в первую десятку. И хотя желаемые результаты и критерии описаны очень четко, инструкции все равно слишком расплывчатые.
Если тебе кажется, что это проверка, так и есть.
Ладно, поехали.
Несколько дней я перебирала разные варианты дальнейших действий и прикидывала, насколько велики шансы добиться успеха, при этом не нарушив ни одного из изложенных мистером Смитом правил.
Я не могу залить порно с несовершеннолетними на компьютер Митча и шантажировать его, чтобы он ушел, потому что, во-первых, нет гарантии, что это не обернется каким-то скандалом, и во-вторых, в случае ухода он не получит остаток суммы, причитающейся ему по контракту, – шесть миллионов долларов, – а это причинит ему финансовый ущерб.
Шантаж его жены приведет к таким же результатам, а при шантаже любого из сотрудников колледжа они могут оказаться вовлечены в скандал, а также понесут финансовый ущерб, поскольку будут вынуждены выкупить его контракт.
Я чувствую себя в загнанной в ловушку.
Похоже, я не пройду его проверку.
Единственный вариант – вернуться в самое начало. Он бы не подставил меня таким образом, чтобы я полностью провалила задание, – видимо, я что-то упускаю. Он хочет, чтобы я доказала свою состоятельность, а значит, есть способ выполнить это задание – мне просто нужно его найти.
Новый дилерский центр «Форда» сияет чистотой, а главный торговый зал представляет собой открытое пространство с обилием стекла и хрома. Менеджеры по продажам кружат у входа как акулы, но я иду напролом, не сбавляя шага и не встречаясь глазами ни с одним из них.
За стойкой ресепшн сидит молодая блондинка; быстро смерив меня взглядом, она нацепляет на лицо широкую улыбку.
– Добро пожаловать в южное представительство «Форд». Чем могу помочь?
– Мне нужно поговорить с Филом Робинсоном.
– Я не уверена, что он свободен…
– Дайте ему это. – Я кладу перед ней на стойку белый конверт. Фил владеет пятью дилерскими центрами «Форда», разбросанными по центральной Флориде, но главный офис у него здесь.
Через считанные мгновения секретарша возвращается и проводит меня к нему. Фил встречает нас у дверей. Его взгляд скользит по моему телу, от кончиков пальцев до макушки. Я хочу, чтобы он увидел и запомнил меня именно такой, как я выгляжу сейчас. Я хорошо одета, но без лишних изысков: мой жакет выглядит так, словно его шили на заказ, но моя юбка явно куплена в обычном магазине. На мне недорогие, но со вкусом подобранные украшения. Волосы зачесаны назад, а на лице чуть больше «штукатурки», чем в обычной жизни. Мне легко можно дать все тридцать.
Подойдя к нему, я протягиваю руку, и после секундного колебания он сдается.
– Мистер Робинсон, спасибо, что приняли меня, – говорю я, когда мы пожимаем руки.
Он жестом предлагает мне войти в свой офис, и я быстро осматриваю комнату. Он оголтелый фанат и один из крупнейших спонсоров колледжа. Футболки в рамках соседствуют с футбольными мячами, фотографии игроков – с фотографиями тренеров, среди которых и Митч Кэмерон. Фил опускается в кресло и указывает мне на стул, стоящий по другую сторону его рабочего стола.
– Что все это значит? – спрашивает он. Он открыл конверт и вынул оттуда фото, на котором запечатлены пачки наличных, лежащие в кузове грузового «Форда», на заднем стекле которого красуется наклейка с логотипом одного из его дилерских центров. Мне некогда вести светские беседы.
– Я пришла поговорить о Роджере Макбейне.
На лице Фила отражается замешательство, но шея под накрахмаленным воротником заливается краской.
– Я не знаю никого по имени Роджер Макбейн.
Я морщу лоб, словно его ответ меня озадачил, затем достаю еще несколько фотографий. На них запечатлены Фил и Роджер вместе.
– Хм, а здесь вы с ним так тепло общаетесь.
Я кладу свой айпад на стол, чтобы ему было видно экран, и включаю воспроизведение заранее подготовленного видеофайла. Это запись обеда с участием Фила, Роджера и еще нескольких других мегаспонсоров. Видео начинается с того момента, когда присутствующие обсуждают, кого из перспективных спортсменов-старшеклассников Роджер должен окучить и сколько денег они предложат каждому из них. Фил даже предлагает подкинуть пару машин, если понадобится. «Что угодно, лишь бы они не пошли в Университет штата Флорида», – говорит он. Не обходится и без бахвальства – они вспоминают, как в прошлом году им удалось заполучить несколько самых крутых спортсменов. Я останавливаю воспроизведение видео сразу после того, как Фил говорит: «Подаренный F-250 стоил двенадцати забитых голов».
Фил неотрывно смотрит на экран и бледнеет на глазах.
Единственная группа, о которой ничего не говорилось на том листе бумаги, – это спонсоры. Объект: под защитой. Школа: под защитой. Программа: под защитой. Перспективы на будущее: под защитой. И ни слова об этих обеспеченных людях, проявляющих к спортсменам повышенный интерес.
Мистер Смит знал, что я не только увижу разговоры игроков с тренерами, но и застукаю людей, подобных Роджеру Макбейну, за попыткой провести с ними переговоры от имени спонсоров – таких, как Фил Робинсон.
– Роджер работает на вас. Вы сообщаете ему имена игроков, которых хотите склонить на сторону своей альма матер, и даете ему деньги, чтобы он переманил их у конкурентов.
У меня есть доказательства, и он это знает. Не произнося ни слова, он крутит в руках черную шариковую ручку.
– У меня еще куча ваших фото со спортивным директором, президентом университета и половиной тренерского состава, так что я не ошибусь,
