Читаем без скачивания Львиная охота - Александр Щеголев

- Слушаю вас, - сказал бармен с тяжким вздохом.

Стойка также была весьма нестандартна. Строго говоря, это не стойка была, а длинный узкий аквариум: бокалы ставились прямо на стекло, под которым плавали рыбки. Попивай себе йогурт, или что они тут предпочитают пить, и любуйся на живую природу.

- Это правда, что у вас лучший в городе кислородный коктейль? спросил я.

- Аппарат уже отключен, - безучастно ответил он. - Приходите с утра.

По-моему, человек смертельно хотел спать. Жалко было дергать его по пустякам, но и в номер мне идти решительно не хотелось. В номере моем водились насекомые. Много-много "клопов" - в каждой из роскошных комнат. "Клопы-говоруны", как называли эти подслушивающие устройства в двадцатом веке. Или я давал волю своей злости? Каждый мой вдох и выдох, каждый мой шаг в пространстве и времени контролировался, но вряд ли это осуществлялось при помощи устаревших технических средств. Так что следовало тебе, Жилов, терпеливо сидеть, где сел. И думать, Жилов, тебе полагалось думать - о другом, совсем о другом...

- Да мне просто любопытно, - сказал я бармену. - Если я не путаю, кислородный коктейль - это всего лишь яичный белок, взбитый в кислородной среде. Правильно? Может, вы берете не куриные, к примеру, а перепелиные яйца?

- Вы это видели? - Он показал на пластиковые воздуховоды, спускавшиеся к каждому из табуретов. Я посмотрел.

- Освежители, - сказал я. - А что? Везде такие.

Он опять то ли вздохнул, то ли застонал сквозь стиснутые зубы.

- Нет, не везде. У нас очень богатый выбор. Хотите - освежайтесь морским воздухом, хотите - горным. Можете лесным, морозным, сухим пустынным, с садовым ароматом, можете подышать воздухом саванны или джунглей.

- Как интересно.

- Да. И те же самые природные добавки мы используем, когда готовим кислородные коктейли. Совершенно особенный вкус.

- А что же Естественный Кодекс? - подмигнул я ему.

- Ароматизаторы у нас не используются, - напрягся бармен. - Воздух только натуральный, доставляется специально.

- Ого! Дадите чуть-чуть подышать?

- Я же сказал, аппарат отключен...

Нужно решение, подумал я. Воспользоваться телефонным номером, доставшимся мне от Эммы? Попросить у бармена пультик, скромно отойти в сторонку... Позвонить я хотел только для того, чтобы отказаться, для чего же еще. А потом я бы позвонил в бюро обслуживания, чтобы заказать билеты на ближайший "Экспресс-люкс"... Эта была секунда слабости. Ушло то время, когда я мог отказаться, упустил я момент. С другой стороны, дал ли я свое согласие? Нужно было решать...

А вот разгоряченных охотников, кто бы они ни были, выводить на след "камеры хранения" было ни в коем случае нельзя, это не вызывало сомнений! Ибо если тайна сия раскроется, то вскрытыми дверцами дело не ограничится: будут трупы, будут покалеченные раз и навсегда жизни, будут десятки Кони Вардас на моей измученной совести. Что такое "камера хранения", знал пока я один. Охотники вовсе не глупы, своры аналитиков кормятся на их псарнях, но, к счастью, они до сих пор не выяснили, кто такой Покойник, кем был этот дурно воспитанный ребенок до того, как сумел повзрослеть. А я - вспомнил. Чары упали. "Вы космолаз, - сказал он мне утром возле вокзала, - вы поймете..." Однако чтобы понять, мало быть космолазом самому, нужно еще держать в голове, что автор ребуса - тоже человек Пространства... а также то, что Море Ленинграда становилось однажды его домом... и что золотая лунная молодежь обожала поединки по астробоксу, а великий и ужасный Кузмин, этот воинствующий аскет и бессеребренник, терпеть не мог гостиниц и по этой причине именовал пятизвездочную "Москву" не иначе как "камерой хранения"...

Какой из местных отелей Покойник выбрал в качестве "камеры хранения"? Очевидно, "Виту", где у меня был заранее заказан номер. Что такое "ячейка"? Один из номеров, надо полагать. Иначе говоря, оставалось мне только сползти с веселого табурета, сесть в лифт, тронуть кнопку нужного этажа... Я остался сидеть. Решение не было принято. Безумие висело в воздухе... Что за клад, думал я, спрятан у него в "ячейке"? Составные части метажмури? Шкатулка в виде черепа с лежащим в ней Солнцем Точки? Во что ни играй, все равно играешь в кубики, говорил один палач, специализировавшийся на четвертовании... Кстати, о палачах. Когда мертвецы воскресают, это не только дарит людям веру в чудо, но и говорит о чьей-то профессиональной непригодности. Заурядный функционер, превратившийся не то что в нечеловека, а в самого Покойника - он ведь более десятка лет числился погибшим! И не оттого ли вершители чужих жизней до сих пор не смогли определиться с его анкетными данными?

Был такой проект под названием "Сито", придуманный в Управлении космической минералогии. Увы, гигантская конструкция, дрейфующая в поясе астероидов, не была достроена - где-то что-то сдетонировало, и пошла цепная реакция, пожравшая металл огнем "холодной аннигиляции". В пустоте всякое бывает, особенно если кому-то из чиновных императоров поперек горла встают разведочные работы, способные нарушить их монополию по добыче сингонических метаморфоров. Впрочем, согласно официальной точке зрения, виноваты были сепаратисты с Ганимеда, якобы организовавшие эту диверсию; поймали даже конкретных диверсантов, которых срочно казнили по приговору летучего трибунала. Катастрофа превратила недостроенный комплекс в газ. Все, кто находились внутри, погибли мгновенно, им повезло, а тех, чья смена была работать в пространстве, разбросало кого куда. Среди этих несчастных оказался и он, мой знакомец по миссии на Луне. Служил он комиссаром, курировавшим несколько десятков ячеек грандиозного сита (ячеек были тысячи), и обязанности свои, вероятно, исполнял с присущим ему остервенением. Как ни крути, он же тогда Племянником был - этим все сказано. Бригады спасателей в течение года выискивали в космосе скафандры с задохнувшимися и закоченевшими людьми. Каким образом парень выжил?

Я взглянул на бармена, который обреченно ждал, какую еще глупость изречет уважаемый клиент. На другом конце аквариума скучал еще один гость. Этот невысокий, но, видимо, очень сильный мужчина листал короткими пальцами некий глянцевый каталог, обкусывая виноградную гроздь, и странно при этом поглядывал на меня. Он начал дарить мне свое внимание, еще когда я с Инной возле входа беседовал. Каталог, по-моему, интересовал его постольку-поскольку. Может, признал во мне знакомого, но имя мое забыл? По ночам бывает и не такое. Я вежливо улыбнулся ему, и он тут же, приняв это за сигнал, передвинулся вдоль стеклянной стойки и занял новое место - через одно от меня.

- А это у вас что, разве не запрещено? - громко позвал мужчина, тыча пальцем в страницу. Бармен посмотрел: