Читаем без скачивания Темный любоник - Дж. Уорд

И выскользнул из спальни, чтобы окончательно не потерять лицо.

Воины не умоляют. Они даже просят нечасто. Просто берут, что хотят, и убивают ради этого, если потребуется. Так было всегда.

Ему оставалось только надеяться, что она будет дома, когда он вернется. Мысль о том, что Бэт будет спать в его постели, согревала сердце.

Бэт пошла в ванную, чтобы смыть горячей водой тяжелые мысли. Выйдя из-под душа, она взяла полотенце и заметила на крючке халат. Недолго думая, натянула его на себя.

Уткнувшись носом в черный отворот, Бэт прикрыла глаза. Запах был таким знакомым: сочетание мыла, лосьона после бритья — и…

Мужчины-вампира.

Боже мой! Неужели все это происходит на самом деле?

Бэт вернулась в спальню. Шкаф был не заперт, и ей захотелось заглянуть внутрь. Обнаружив склад оружия, она замерла от ужаса и посмотрела в сторону двери.

Мысль о побеге показалась очень даже заманчивой. Но как бы ни хотелось ей улизнуть, Бэт понимала, что остаться будет куда безопаснее.

К тому же и спальня отца притягивала ее как магнит.

Она надеялась, что не слишком испугается того, что там скрывается. Бог свидетель, Рэт обрушил уже достаточно открытий на ее голову.

Выйдя в холл, она потуже стянула полы халата. В мерцающем свете газовых ламп стены казались живыми. Бэт набралась храбрости, подошла к двери и повернула ручку.

Ее встретила непроглядная тьма — казалось, что по ту сторону двери притаилась бездонная пропасть. Бэт протянула руку, надеясь, что ее никто не укусит. Пошарила по стене в поисках выключателя.

С выключателем не повезло, но руке, похоже, ничто не грозило.

Шагнув в пустоту, Бэт медленно двинулась налево и уперлась во что-то большое. Судя по звяканью латунных ручек и запаху воска, это был комод. Ощупывая все вокруг себя, она медленно продвигалась вперед, пока не отыскала лампу.

Выключатель громко щелкнул, и Бэт зажмурилась, ослепленная ярким светом. Основанием лампы служила хрупкая восточная ваза на резном столике красного дерева. Вся комната была декорирована в соответствии со вкусом владельца дома, в том же изумительном стиле, что и помещения наверху.

Как только глаза привыкли к свету, Бэт огляделась.

— Боже… мой.

Повсюду были ее фотографии. Черно-белые, цветные, снятые крупным планом. Они отражали каждый эпизод ее жизни. Младенчество, детство, юность, учебу в колледже. Один из снимков был сделан совсем недавно, на пороге офиса «Колдуэллского курьера». Она помнила тот день. Шел первый зимний снег, и она смеялась, глядя в небо.

Это было восемь месяцев назад.

Мысль о том, что они с отцом разминулись на какие-то полгода, больно сжала сердце.

Когда он умер? Как жил?

Несомненно одно: у отца был превосходный вкус и безупречное чувство стиля. И еще — он определенно любил красивые вещи. Его личные покои были просто великолепны. Темно-красные стены украшала коллекция пейзажей Гудзонской школы в золоченых рамах. Пол был устлан персидскими коврами, их яркие узоры переливались синими, красными и золотыми красками, как витражи. Но самым внушительным предметом мебели была кровать. Резная, громоздкая, под темно-красным бархатным балдахином. Слева, на ночном столике, стояли лампа и опять ее фотография. Справа — часы, книга и стакан.

С той стороны он и спал.

Бэт подошла и взяла книгу. Та оказалась на французском. Под книгой лежал журнал «Форбс».

Отложив их, она перевела взгляд на стакан. В нем оставалось еще на дюйм воды.

Либо кто-то живет в этой комнате… либо ее отец умер совсем недавно.

Она огляделась, высматривая одежду или чемодан — что-нибудь, что подтверждало бы присутствие гостя. Ее внимание привлек письменный стол из красного дерева, стоящий в другом конце комнаты. Бэт подошла и уселась в кресло с резными ручками, похожее на трон. Возле бювара лежала небольшая стопка счетов. Электричество. Телефон. Кабельное телевидение. Все — на имя Фрица.

Все так… обыкновенно. Похожие квитанции лежат и у нее на столе.

Бэт оглянулась на стакан, оставленный на ночном столике.

Его жизнь прервалась внезапно, догадалась она.

Чувствуя себя незваным гостем, но не в силах справиться с любопытством, Бэт выдвинула маленький ящичек. Ручки «Монблан», скоросшиватели, степлер. Задвинув ящик обратно, она потянулась вниз и заглянула в другой, побольше. Тот доверху был забит папками. Она выбрала одну наугад. Выписки со счетов…

Мама дорогая! Похоже, у папочки была куча денег.

Она перевернула страницу. И не какой-то там жалкий миллионишко, а куда больше!..

Пихнув папку на место, Бэт задвинула ящик.

Вот теперь ясненько, откуда этот особнячок, картинки, машинка и дворецкий.

На столе рядом с телефоном стоял ее портрет. Бэт взяла в руки фотографию в серебряной рамке и попыталась представить себя на месте отца.

«А где же его собственный портрет?» — удивилась она.

Можно ли вообще сфотографировать вампира?

Она вновь обошла комнату, не пропуская ни одного снимка. Только она. Везде она. Одна…

Бэт нагнулась.

И дрожащей рукой потянулась к золоченой рамке.

В нее была вставлена черно-белая фотокарточка темноволосой женщины, застенчиво смотрящей в объектив. Будто смущаясь, она прикрывала лицо рукой.

«Эти глаза, — изумленно подумала Бэт. — Я каждый день вижу их в зеркале».

Ее мать.

Она провела по стеклу пальцем.

Плюхнувшись на кровать, Бэт поднесла карточку к самым глазам, пока лицо на снимке не стало расплываться. Будто бы это могло повернуть время вспять и соединить ее с этой милой женщиной.

Ее матерью.

Глава 28

«Вот теперь совершенно другое дело». Мистер Икс взвалил потерявшего сознание вампира на плечо и потащил из переулка к минивэну. Свалив добычу, как мешок с картошкой, через заднюю дверь на сиденье, он накинул поверх черное шерстяное одеяло.

Мистер Икс знал, что придуманный им способ охоты рано или поздно сработает, нужно было только правильно подобрать препарат. Решение перейти от человеческих успокоительных к лошадиным транквилизаторам оказалось верным. Хотя последний вампир отключился только после второго дротика с ацепромазином[11].

Перед тем как сесть за руль, лессер внимательно осмотрелся. Проститутка лежала в водосточной канаве, ее кровь, насыщенная героином, стекала в канализацию. Глупышка одолжила ему свою иглу, не подозревая, что получит слоновью дозу.

Полиция обнаружит ее только утром, но не найдет никаких следов. Он принял меры: резиновые перчатки, шапка и обтягивающая нейлоновая одежда.