Я развернулся и пошел прочь.
— Может быть, в один прекрасный день я снова узнаю, что такое любовь, Рэйч, но это точно будет не с тобой.
Она побежала за мной и схватила запястье.
— То, что ты чувствуешь к ней, это из-за Катреи!
Я стряхнул ее руку.
— Катрея здесь абсолютно ни при чем.
— Ее глаза нихрена не значат, Джеймс, она никогда не будет ею!
— Но я не хочу, чтобы Лидия была Катреей, — сказал я, шокируя себя самого настолько же, насколько и Рэйчел. — Лидия чертовски идеальна такой, какая есть.
***
На пути к бару с разъяренным выражением лица меня ждала Ребекка.
— Все разрешилось, — сказал я. — А теперь мне, черт возьми, нужно выпить.
— Ты идиот, — отрезала она, пихая свой телефон прямо мне в лицо.
— Что за черт?! — я забрал мобильный из ее рук.
«Я огромная гребаная ошибка. Ушла домой, пожалуйста, не иди за мной. Х»
— Она ошибка? Это действительно то, что ты думаешь? И ты сказал ей это? — прошипела Ребекка.
Я мысленно застонал.
— Гребаный Иисус, она подслушивала.
— Да, она все слышала, это я отправила ее туда. Не обманывай меня, Маска.
— Дай мне объясниться. Это не то, что я сказал, эта фраза вырвана из контекста.
Она прикрыла глаза рукой.
— Это просто огромный чертов кошмар.
— Отношения всегда такие, именно поэтому я держался от них подальше.
— Значит, она не ошибка? — спросила Бекс, скрестив на груди руки.
— Посмотрим… — я отодвинул стакан с виски в сторону, проклиная свою удачу. — Дай мне свои ключи.
— Она не хочет с тобой разговаривать, она расстроена.
— Ключи, Ребекка, — огрызнулся я, но моментально взял себя в руки. — Пожалуйста...
Надув губы, она уставилась на меня, но потом, наконец, сдалась и передала их мне.
— Только посмей облажаться на этот раз, Маска!
Я и не собирался.
***
Поднявшись по лестнице, я вставил ключ в замочную скважину и тихо открыл дверь. Проскользнув внутрь, я осмотрел комнату в поисках хоть каких-то признаков жизни. Был только тусклый оранжевый свет от настольной лампы в углу гостиной. А затем я услышал пронзительный голос Лидии, такой безжизненный, словно ей чертовски больно.
— Тебе не следовало приходить домой, — прохрипела она. — Я должна была догадаться, что была всего лишь глупой ошибкой. Ему плевать на меня, почему я думала, что все иначе? Эта женщина выглядит, словно богиня.
— Богиня прелюбодеяния, возможно, — сказал я, появляясь у нее на виду.
От неожиданности она подскочила, широко раскрыв глаза.
— Я действительно должна прекратить делать это.
Я присел рядом с ней.
— Прекратить делать что?
— Принимать других людей за Ребекку. Хотя ты мог бы понять, почему я так делаю, учитывая, что обычно мы здесь с ней только вдвоем.
Я улыбнулся.
— Злоумышленники частенько здесь появляются, не так ли?
— Только ты и Джез. Она была здесь на днях.
— Это проясняет некоторые моменты.
— Как я уже сказала, я подумала, что она — Ребекка, и сказала кое-что, чего, вероятно, не должна была говорить.
— Мы все иногда говорим то, чего, вероятно, не стоит говорить, Лидия.
Я увидел грусть в ее глазах.
— Ты не должен извиняться за правду, Джеймс. Что ты вообще здесь делаешь?
Я упивался ее видом: бледная красота ее ног, прижатых к груди, мягкий наклон плеч, беспорядок темных спутанных волос, собранных в высокий хвост. Она одета только в крошечные трусики и выцветший розовый лифчик. Она еще никогда не выглядела такой обнаженной, даже тогда, когда ее киска была раскрыта перед всем миром. Ее глаза красные и опухшие. Возможно, я, наконец, разрушил ее, просто не так, как мне этого хотелось. Протянув руку, я провел кончиками пальцев по ее лодыжке.
— Ты в этом обычно ходишь по дому, Лидия? Должно быть, Ребекка тебя к этому приучила.
— На мне значительно больше одежды, чем обычно на Ребекке, — сказала она. — Моя привычка наготы не таких масштабов, как у нее, — она нервно прикусила губу. — Серьезно, Джеймс, почему ты здесь?
— Ты не дослушала то, что я говорил, — я как можно спокойнее посмотрел в ее глаза.
— Я услышала достаточно, — вздохнула она. — Это моя вина, так или иначе, мне должно быть все равно.
— Если бы ты задержалась еще хотя бы на минуту дольше, ты бы услышала то, что я имел в виду на самом деле. Ты была ошибкой, Лидия, но я не сожалею, что совершил ее. Я сказал Рэйчел то же самое, на самом деле я сказал ей многое.
Ее дрожащие губы разбудили во мне зверя, и я захотел ее снова.
— Тебе не нужно оправдываться.
— Я знаю, что не должен.
— Наши отношения не выходят за рамки Explicit. Я знала это и меня это устраивало.
Я расположил ее ноги на своих коленях.
— Все меняется. Это запутано, наши отношения всегда были опасными.
— Я в порядке, — сказала она. — Я могу справиться с такого рода отношениями, я знаю, что смогу. Я хотела этого.
Я приподнял брови.
— Я не хочу, чтобы ты справлялась с этим.
На ее глаза навернулись слезы, но она снова сморгнула их.
— Значит, все? Это конец?
Я улыбнулся.
— Я уверен, это было бы самым мудрым шагом, но не хочу этого. И после того как ввалился в твой гостиничный номер, никогда этого не хотел.
— Я тоже, — она протянула руку, и я переплел ее изящные пальчики со своими.
— И что теперь?
— Понятия не имею, — признался я. — Я не привык находиться в таком положении и не могу сказать, что мне сейчас комфортно.
— Мы могли бы продолжить... — сказала она. — Остаться в тех же отношениях.
Я приблизился к ней, желая ее тело больше, чем когда-либо.
— Не знаю, получится ли у меня стать мужчиной, который сможет предложить тебе больше. Лидия, я не уверен, что могу это сделать.
— Так не становись им, — она мягко улыбнулась. — Просто оставайся таким, какой ты есть, — она склонила голову на мое плечо. — Я не хочу потерять то, что у нас есть, Джеймс. Благодаря тебе я чувствую себя такой живой.
От ее слов мой желудок сжался.
— Я не могу предложить тебе отношения, Кэт. Я слишком скрытен, слишком привык к одиночеству. И не могу позволить себе лишиться карьеры, я так чертовски много работал для этого. Это то, что я полностью контролирую, такой образ жизни — мое спасение.
Ее глаза блестели, словно лунная пыль, и были такими бледными, как у призрака.
— Пожалуйста, поговори со мной. Что с тобой случилось? Это связано с Рэйчел? Все было так плохо?
Я вздохнул.
— Это было не самое лучшее время.
