остальные успокоились тоже.
Следовало исправить вынужденное зло. Магия сращивала поврежденные ткани, выталкивая нож наружу. Металл глухо упал в траву. Глаз животного восстановился полностью, зрение вернулось. Это было справедливо. Самец в неверии мотал головой в разные стороны. Убитых животных вернуть к жизни не могла, я не некромант. Подняла нож, верну владельцу при случае. Вожак прохрюкал что-то на своем остальным, пошел вперед.
Мою тушку подтолкнули в середину, окружив плотным кольцом, и неспешно двинули в лес. Проходя мимо крепкого дерева, убрала свой запах и встала вплотную за стволом, сделав одному из животных на час запах детеныша. Подмена прошла успешно, борки ушли. Я выдохнула и вернулась обратно.
Ги лежал звездочкой на поляне, смотря в облака. Села рядом с ним. Помолчали.
– Прости меня, – понуро опустила голову. – Сила затуманила, почувствовала себя всемогущей. Ты мог пострадать. И мне очень стыдно за это…В следующий раз буду планировать лучше. Или рассказывать заранее. Если будем на одной стороне, – закончила уже тихо.
– Хочешь чудить – валяй, – сказал, когда появилась в поле его зрения, – но всегда предупреждай, если должны тебя охранять. Что делаешь? Какие последствия? Ты тут не одна. С нами полно людей. Хочешь сдохнуть, убейся в поместье на глазах хозяина, тогда остальные не огребут. Я должен защищать тебя, а не ты, – с укором взглянул на меня. – Ты госпожа, я слуга. Много чести охраннику, чтоб приходить ко мне каяться.
Встал и пошел вперед.
– Поняла, – сказала ему в след.
– Рассказывай, как обманула их, – сказал Ги, вытаскивая метательное оружие из поверженных животных.
Поведала свою хитрость.
– Умно, – похвалил парень.
– Ги, – позвала его. – Посмотри на меня, пожалуйста.
Охранник просто выпрямился, вытащив последний нож из туши борка. Подойду сама, не рассыплюсь.
Ги оглядел животных.
– Я буду думать, прежде чем делать, – пообещала ему. – Подальше, где сначала было стадо, лежат двое мелких... – сказала ему, отводя взгляд в сторону.
Охранник закатил глаза.
– Один не утащу все. Пошли сначала за детенышами, пока хищники не набежали. Их тоже сможешь обмануть?
– Угу, – ответила ему.
Ориентиром служили поваленные деревья и многочисленные следы от копыт. Поросяток было жалко…Есть тоже хотелось.
– Я их разделывать не буду, – сразу предупредила парня.
***
Ги
– Я их разделывать не буду, – заявила эта поганка.
Никто и не сомневался, не барское это дело, шкуру срезать с мяса. Хоть и опальная, но наследница. Скоро и ссылка закончится.
Она подошла и поколдовала над трофеями.
– Готово, – заявила гроза борков. – Теперь они весят, как пушинки.
Хмыкнул. И действительно, тушки годовалых детенышей стали легкими.
– Резерв то есть? До лагеря дойдем? Не свалишься? – спросил девчонку.
– Хватает, еще и тех больших дотащим, – уверенно заверила мелкая. – Мне потом надо будет посидеть одной спокойно, чтоб никто не отвлекал.
Роззи напоминала слепого щенка, что был еще глупым и путался в своих ногах. В будущем, она вырастет красивой и умной девушкой. А пока будет расти, характер и навыки тренировать будет на всех нас.
Было приятно. Не бросила, подумала обо мне, защитила, как смогла.
Было неприятно. Мужчиной был я, и защищать должен был я.
Магичка, только это оправдывало перед самим собой. Расслабляться нельзя. Покалечит ненароком, потом будет виновато сопеть.
Не стал рассказывать, что чудом остался жив. Если бы она получила сильное ранение по недогляду, довел бы до остальных и тут же сдох от магической клятвы хозяину.
“Придем обратно, попрошу Вигмара сделать послабление. Может случиться так, что все парни будут нужны для защиты. Убить всегда успеет”.
***
Роззи
Туши взрослых особей захватили на обратном пути, тогда же исправила наши феромоны обратно. Когда колдовала над облегчением веса больших животных, запустила волну очищения всех трофеев, дабы исключить наличие возможных паразитов. Мало ли там может быть…
В лагерь пришли эффектно: Ги в соло тащил четырех борков с безмятежным лицом. Он коротко поведал о произошедшем. По мере повествования мужчины периодически поворачивали головы в мою сторону.
Отсутствовали мы достаточно долго. Лагерь обустроили, вертел соорудили. Вилли в компании девочек продолжал ползать по траве, не теряя ни мгновения в пустую.
А у меня резко поменялось настроение, будто на плечи навалилась каменная плита. И это было не пмс. Так что охрана могла обглядеться, стало все равно. Грустить у воды комфортнее. Еще лучше делать это с чистым телом, созерцая водную гладь вон с того привлекательного холма. Да, надо еще туда бревно и плед под ноги. Будет шикарно.
– Маргарет, – устало обратилась к няне. – Давай пойдем, искупаемся? Вдвоем. Только я и ты.
Няня была за. Мы взяли все нужное, захватив пару фруктов, и пошли к воде. По пути позвала одного из мужчин рабов и отдала соль, попросив передать тому, кто будет готовить. Улыбка, что ярким кристаллом светилась на моем лице при появлении в лагере, упала в траву, потеряв былой блеск, затерлась и хрустнула, рассыпавшись в пыль под ногами. Шла и жевала на ходу, абсолютно не чувствуя вкуса. Разбираться в причине такого состояния было лениво.
Ги бросил все и двинулся за нами. Скользнула по нему безразличным взглядом. Сам остановится, когда станет неприлично.
Кусты надежно скрывали нас, ненужной стыдливости после Земли не было и в помине. Ничто не мешало наслаждаться свежестью реки. Вода была комфортной для купания. С удовольствием скоблила с себя грязь, пытаясь стереть и плохие воспоминания. Оказывается, чистая голова – это отдельный вид блаженства. Никогда бы не подумала, что такое простое действие может подарить столько положительных эмоций. Но насладиться сполна этим не могла. Это как нюхать цветы с заложенным носом. Вид красивый, а запах долетает только отголосками.
Маргарет, выйдя на берег, сразу ускакала за Вилли. Я же завернулась в плотный отрез ткани и сидела на песке. Вилли – лекарь. Мое тело теоретически прикрыто. Желания двигаться не было. Было плаксивое состояние. Слезы, словно партизаны, ползли незаметно вперед, чтоб дружно скатиться из глаз.
Что-то со мной не то.
Такой и нашли, сидящей на песке. Вилли присел на корточки, загородив вид. Шикнула на него, чтоб не мешал. Он поводил руками рядом с моей головой и полез в сумку. Послушно проглотила его гадость, по ошибке именуемой лекарством.
– Давно с ней это? – спросил он у Маргарет.
– Как вернулась, сразу и поменялась в лице. Никто не огорчал, не подходил,
