комнаты. Кровати тут двухъярусные. В Зеоне трехъярусные. Голодные?
— Нет, — сказали, но чувствую это не правда.
Настаивать не стала, пусть привыкают.
— Завтрак в 7:30. Потом будут уроки. Будете заниматься с другими детьми. Сейчас много кто из детей только учиться писать, читать и считать. И никто на вас косо смотреть не будет.
— А какие наказания тут приняты? — спросил мальчик.
Я немного опешила.
— Честно говоря давно никого не наказывала. Хватало обычного разговора. Раньше наказанием было убрать и починить то, что разнесли. Если это вообще можно считать за наказание. Теперь это правило. Поломали, придерите за собой. И потом помогать в починке. Часть детей, кто приходит с улицы, долго отучаются от воровства. Но я не ругаю, даю понять, что тут никто голодным не будет и воровство прекращается. Большинство детей часто прячут еду в комнатах. Потому можно поесть даже ночью. Всегда на кухне есть булочки и яблоки. Мальчишки регулярно бегают ночью поесть. У вас были магические выплески?
— На нас были артефакты блокирующие такие выплески.
— Ясно. На всех? — мне все кивнули — Завтра тогда еще азы магии будем осваивать.
— Нам уже поздно, говорят нужно с шести лет заниматься.
— Не верьте тем, кто это говорит. Я начала азами заниматься в шестьдесят шесть лет и в это же возрасте поступила в академию магии на боевой.
— Почему не раньше.
— Раньше, давайте присядем тогда поговорим. Малыши у вас скоро уснут.
Сели на диван. Поместились все.
— В шестнадцать лет меня выдали замуж. А супруг запер меня в поместье и его землях. Магическим щитом. Таким что не выйти не зайти никто не мог. Там я была абсолютно одна. Как-то выжила и даже рассудок сохранила. И только после его смерти смогла покинуть то поместье. И чуть позже начала ощущать выплески магии и пришлось учиться. Быстро и многому. Одинокая женщина слишком лакомый кусочек для многих подонков. Благо статус вдовы давал свободу и не обязывал быть собственностью чей-либо. Спросите почему пока была заперта не пользовалась магией. Не могла, была ослаблена физики. Там было слишком сложно выжить. Когда ни будь расскажу, мне не очень приятно вспоминать это время. И магию я ощущала, но слабо.
— Мы хотим уехать из этого города, чтобы нас не призирали за наше прошлое.
— Нам будут ставить в вину что мы были шлюхами.
— Это только если вы будете каждому говорить, где вы били. Главное, чтобы вы сами себя не призирали за свое прошлое. Вы выжили и это главное. Учиться я пошла уже не невинной девушкой. И часть парней, предлагали свое покровительство и просто интим. С таким заездом ты ж не девка, чего кочевряжишься. А последнее время, знаю это от своих приемные детей, которые отучились в академии на разных факультетах. Мало кто бережет себя до свадьбы.
— Легко говорит, когда вас не принуждали.
— Пытались, поплатились, — сказала с легкой улыбкой. — Скажу вам одну мысль, которую мне когда-то наставник сказал, она оправдала себя полностью. Все что нас не убивает, делает сильней. Для вас главное, что вы выжили, у вас руки, ноги на месте. Вы сохранили рассудок. Вы, наверное, научились понимать людей и чувствовать их.
Не этом мне кивали, правда молча.
— Приобретенные знания по пониманию людей вам в будущем помогут возможно избежать неприятностей.
— Вы нас не осуждаете?
— Нет. Зачем мне вас осуждать? Я понимаю, что вы не по доброй воле там оказались. Или это не так?
— Каждого из нас продали, родные. Им всем были нужны деньги на что-то. И пока мы там были это приносило им доход.
— Вот этого я не понимаю и не поддерживаю. Кушать и спать?
Мне кивнули и даже немного робко улыбнулись. Утром дети знакомились с новенькими. Пришлось немного вмешиваться и попросить ребят не расспрашивать о болезненных воспоминаниях. Но это же дети…
— Вас тоже в рабство продали? — спросил мальчик семи лет — Меня батя продал господину за долги. Нас там заставляли траву обрабатывать. Ребята постарше из нее наркотики варили. А господин ее продавал. А вас что заставляли делать?
Девочки на меня посмотрели нерешительно:
— Ребята есть то, о чем им бы не хотелось говорить и вспоминать.
— Почему? — не унимался ребенок.
— Потому что даже воспоминания делают больно, — сказала одна из девочек.
— Вас там били?
— Били, — сказала та же девушка.
— И что в этом плохого.
— То, что часть девушек и ребят после этого просто не выжили, их забили до смерти. Только потому, что некоторым извращенцам нравиться причинять боль другим. Этого достаточно?
Спросила у любознательного ребенка, он просто кивнул и обнял девочку. Сам то по росту невысок и лбом уперся ей в живот. Девочка погладила его по голове.
— Госпожа Алита говорит, что наймет нам учителя по боевым искусствам и мы научимся защищать себя. Я буду тебя защищать!
— Я бы, и сама хотела научиться.
— Значит научишься.
Глава 14.
Утром, явился отец одной из девочек, забранной из дома удовольствий. С порога кинулся обвинять:
— Как вы посмели забрать мою дочь?!
— У вас дочь никто не забирал.
— Вы не смели забирать ее из дома удовольствий! Она зарабатывала для семьи деньги!
Дети кто слышал, это были в шоке. Нянечки попытались их увести, но не вышло, любопытство было сильней.
— Вы не похожи на безрукого и безного калеку, сможете сами обеспечить свою семью, — сказала резко. — А то, что вы сделали карается арестом на десять лет как минимум. Мне вызвать следователя? Наговорили вы достаточно, чтобы вас арестовали.
Мужчина молча вылетел из дома,
