И с каждой минутой этот грохот будет нарастать.
Второй Герцог не стал бросать на купирование прорыва рыцарей, ведь у него был куда более подходящий инструмент. Чудовище, высотой с крепостную стену. Чудовище, покрытое костяными пластинками брони с ног до головы.
Гора плоти на горизонте, что медленно перебирает лапами, приближаясь к месту прорыва — вызывала у генерала резкое чувство фрустрации.
И всего одно орудие против такого монстра…
Глава 21
Рыцарь — это минимум наполовину его конь. Для магов металла не было большой разницы, носить доспех в двадцать килограмм или целую сотню, но вот для коня…
Простая лошадь, которую и по сей день можно было встретить в сельской местности, сломалось бы пополам, если бы на нее взобрался опытный рыцарь.
Вековая селекция, магические манипуляции, алхимия. Год за годом рыцарские лошади становились быстрее, крепче, выносливее. Но и доспехи становились все массивнее, если лошадь может нести больший груз, она будет его нести.
Даже конные оруженосцы не выходили в бой без полных лат, даже у них кони были защищены кольчужными, а то и панцирными попонами. Лишь гонцы могли в полной мере ощутить, насколько быстрыми могут быть кони без доспехов.
Гонцы и… мы.
Несколько десятков всадников за считаные минуты очутились глубоко в тылу. Ничтожное количество. Словно песок сквозь пальцы, они просачивались через ровные баталии перестраивающихся пикинеров.
Резервы с обоих флангов снимались с позиций и спешили в центр, вот только потребуются десятки минут, чтобы вновь сомкнуть фронт.
— Нас никто не пытается остановить. — Замечаю я, продолжая вести конный отряд к кругу.
Это тревожило. Химера, посланная заткнуть прорыв, пехота — всё это понятно, но неужели Герцог не видел в нас угрозы?
Единственное, что он сделал — развернул каре пикинеров прямо перед кругом. За воронеными доспехами даже перестали мелькать разноцветные балахоны.
Каждую минуту я ждал, что круг сделает что-то, но… всё, что я дождался — это мерзкое хихиканье внутри черепа.
Кручу головой, пытаясь понять, что развеселило Астатора. Эскадрон оруженосцев, что, наконец, поднялся на наш перехват с левого фланга? Ни он, ни осадная химера нас просто не догонят. Это могла бы сделать легкая кавалерия, но этот род войск вообще не был в чести у здешних полководцев.
Более легкую кавалерию в открытом бою всегда перебьет более тяжелая, а любые средства дальнего боя — были крайне неэффективны против копытных танков, которыми являлись рыцари. Конные стрелки умерли как класс сразу после эпохи раздора. Не только потому что это было малоэффективно, но и потому что это считалось бесчестным. Грабители и бандиты — вот где еще можно было встретить конных стрелков, но не на поле боя.
Лишь для наездников на грифонах было социально приемлемо использовать стрелковое оружие… Но это был особый случай.
Кавалеристы натягивают поводья, заставляя коней встать на дыбы прямо перед остриями пикам. Гремят выстрелы. Один уверенный в себе солдат встает прямо на спину коня, выцеливая за стеной пикинеров нашу главную цель. Магов.
Каре колеблется. Пусть они и предназначены останавливать кавалерию, но сейчас ровным счетом ничего не могут поделать. Сколь бы длиной не была пика, она не может бить также далеко, как пуля.
Этот род войск стал бесполезен в тот момент, когда рыцари отложили копья и взялись за пистоли. Позже и рейтарам настал закономерный конец, когда уже пехота отложила пики и взялась за ружья…
К счастью, конкретно у этих пикинеров шанса взять ружья не будет.
Стучат барабаны. Падают тела.
Кавалеристы тщательно прицеливаются перед каждым выстрелом. Ни одна пуля не должна промазать. Выстрел! Выстрел! Стена пик становится все реже и реже, пока не разваливается полностью. Внутрь устремляются всадники.
Подкованные копыта цокают на гладком камне, маг земли уже хорошо поработал, подготовив хорошую платформу для круга.
Но дальше основы они не продвинулись. Мозг рефлекторно отмечает пустые желоба там, где должны быть золото, пока глаз выцеливает паникующие фигуры в балахонах. Палец вдавливает спусковой крючок. Рукоять врезается в руку. Выстрел!
Расплескав брызги крови из разорвавшей груди, на каменную платформу падает маг. Его красный балахон темнеет, капюшон спадает, открываю взгляду самые обычные, черные волосы… Вот оно!
Взгляд мечется по полю боя, выхватывая умирающих «магов».
Ни одного красноволосого аширца.
— Назад! Прекратить огонь по «магам»! Экономьте патроны!.. Так и знал, что тут что-то не так. — Уже тише добавляю я, опуская револьвер.
Кровь ручьями стекает по каменной площадке.
Командир пикинеров пытается восстановить порядок, замкнуть окружение вокруг пробившихся в фальшивый круг, всадников. Сейчас у них есть на это шансы.
Вернее, были. Единственная настоящая аширка уже направляет на него револьвер. Бах!
Пуля проносится над головой капитана, проделав дырку в полковом знамени. Девушка ругается, целится вновь… Щелк! Барабан пуст. Сплюнув, она направляет руку в сторону противника.
Полковое знамя вспыхивает вместе с капитаном. Пламя змеей обвивает окружающих солдат, окончательно ломая их дух.
Я тем временем пытаюсь понять, что происходит. Дьявол, с этой позиции вообще нихрена не видно. Куда я бы отправил настоящих магов, будь я Герцогом?
Мой взгляд устремился вверх, где летали грифоны. Но нет, всадники не несли на себе пассажиров. А значит остался еще один вариант.
Баржи. Не зря же они охранялись лучше, чем стоило бы?
— Recte. — Одобрительно ворчит Астарот.
— Почему не предупредил заранее?
— Пока они не ударят — мы не можем поглотить их магию. — Рассудительно рычит он. И не поспоришь, сука.
— Все ко мне! Настоящие маги находятся на барже! Мы должны…
— …кстати, это произойдет вот-вот. — Перебивает меня внутренний демон и начинает отсчет. — Duo, unys… nulla.
Огненный цветок вспыхивает там, откуда мы прискакали пять минут назад, прямо среди масс ополченцев. Горят пики, люди в стеганках вспыхивают, как спички… Но тут же тухнут. Вспышка пламени сжимается до одного маленького угля. Обожженные люди разбегаются, испуская странную смесь из дыма и морозного пара. Их обгоревшая одежда хрустит, как лед.
Баржи вспыхивают красным светом, а вместе с ними вновь пытается вспыхнуть уголек.
— Ааа, скотина! — Ругается Аша, безуспешно пытаясь сбить кругу каст.
Огонь разрастается. Несмотря на ее борьбу, языки пламени начинают свой хоровод. Метр в диаметре. Два. Десять. Сто. Заминка дала части пехоты отсрочить свою смерть, но не более того. Смерч сформирован и засасывает в себя всех, кто не успел сбежать.
Полк мушкетеров оказывается в ловушке. Впереди — приближается бронированная гора мышц. Позади — бушует огненный смерч, что уже сожрал не меньше тысячи ополченцев.
Что ж, должен признать — неплохой ход. Смерч отрежет дорогу к отступлению, а химера растопчет.
— Хватит! Проморозь проход к барже по реке! Смерч возьму на себя я! — Приказываю
