Старуха пересказала разговор Сагаши с русскими парнями, а Владислав и Алексей передали его Алексу.
— Готовимся к борьбе? — спросил Фостан, подразумевая, что к такому повороту рождённые в Бэйвиле никогда не готовились.
— А почему в мире так много агрессии? — философски спросил Алексей. — И кажется, тебе это нравится…
Перехватив настороженно-удивлённый взгляд юноши, Алекс вопреки ожиданиям довольно потянулся в кресле. Он не произнёс ни слова, только представил себя пещерным человеком, почему-то обороняющим своё жилище от узкоглазого мамонта. У огня, в глубине каменных сводов сидела очень похожая на Жанну хранительница очага.
18. НАКАЛ СТРАСТЕЙ
После возвращения в город, Сьюзан выглядела растерянной и неуверенной в себе. Секретарь была озадачена, увидев начальницу в подавленном состоянии, и не услышав ожидаемых упрёков и требований. Сотрудники отдела зашептались, путаясь в догадках неожиданного поведения Сарански. Удивительно сбивчивым голосом Сьюзан попросила соединить её с Миллером, остальным говорить, что она занята, уехала, всё, что угодно.
Офицер полиции, узнав кто звонит, приготовился выслушивать очередные нападки, но так же был обескуражен непривычным тоном; женщина просила о помощи. Узнав о проблеме Сьюзан, Грегори посоветовал надеяться на лучшее и объяснил, что вмешиваться в дела другого округа, у него нет никаких полномочий. Тогда Сарански перебрала несколько вариантов причин пропажи сына, включая самые фантастические и неправдоподобные.
— Я поговорю с управлением в том округе и попрошу их держать меня в курсе событий, — пообещал Грегори. — Я знаю случаи, когда скауты бродили по лесу неделю, а потом благополучно возвращались.
— А если его похитили? — не унималась Сьюзан. — Что, если за ним охотились из-за наследства? Русская мафия…
Миллер не стал возражать, чувствуя близость женщины к истерике. Положив трубку, он вспомнил о Джоше и его способностях. Осталось дождаться приезда экстрасенса и попросить о содействии для соперницы в деле наследства. Полицейский почесал затылок: «Как непредсказуемы пути твои, Господи!»
Сьюзан машинально перебирала бумаги на столе и наткнулась на зелёную папку с неподписанным контрактом на услуги адвоката. Безучастно глядя на листы, она почувствовала сомнение в правильности своих поступков. Рука потянулась к телефону.
— Мама, Боб пропал, — грустно сказала Сьюзан.
Клаудия не сразу поняла, о чём говорит дочь, но когда до неё дошел смысл рассказа, сердце опустилось к желудку. После продолжительной паузы, женщина высказалась:
— Бог всё видит, Сьюзан. Это тебе за рвение к богатству и обман.
— Мама, ты со своим Богом ещё… Что мне делать?
— Подумать и покаяться, — донеслось из трубки. — Ты ведь не вспомнишь, когда в церкви была последний раз. Про Господа вспоминаешь, только читая напоминание на купюрах.[3] А сына проморгала!
Сьюзан не ответив, разъединила вызов, нажав на рычажок аппарата пальцем. Откинулась на спинку кресла и просидела некоторое время, не замечая доносящийся из мембраны телефона частый гудок. Она ощущала внутреннюю пустоту, от непонимания, как поступить, за что хвататься и к кому обращаться за помощью.
Опомнившись, от оцепенения, Сьюзан подумала, что даже, если мать и права, то молить Господа о благе — поздно. Как всегда всё придётся делать самой. Посмотрев в зеркало, Сьюзан рассердилась, увидев припухшие и покрасневшие веки. Так не пойдёт! Даже если всё идёт не так как хочется, нужно крепкой хваткой держать жизнь за горло и не отпускать. Хрен с ней, если задушится, главное что бы никуда не делась! Звонок в лагерь и полицейское управление округа, привычные крики на сотрудников, вернули Сьюзан в привычный ритм. Только теперь она нещадно топтала всех вокруг, видя в каждом встречном потенциального похитителя своего сына.
Джош связался с адвокатом на подъезде к городу и немедленно договорился о встрече. О’Брайан с нетерпением ждал документов, привезённых клиентом из Бэйвиля. Многолетний опыт работы и привычки юриста заставили Мая воздержаться от преждевременных действий. С началом сезона отпусков, работы в адвокатской конторе стало заметно меньше, и он уединился в кабинете, включив настольную рацию на полицейскую волну.
«…шеф занят личными делами, — донёсся из динамика молодой голос патрульного. — Что-то с сыном Сарански».
«Знакомая фамилия».
«Дело о наследстве. Слышал?»
«Понял. А что там?»
«Вроде как мальчика похитили».
«У нас?»
«Да нет, в лагере, где-то в соседнем штате».
«Слава Богу! Вы уже обедали?»
О’Брайан с горящим взором выскочил из кабинета и попросил секретаря срочно вызвать помощника. Приглушив звук на рации, он набрал номер своего знакомого тележурналиста.
— Я тебе новость такую сообщу, что упадёшь! — волнительно быстро говорил в трубку адвокат. — Половина гонорара моя, идёт? Нет, ты сначала соглашаешься или нет, а то я позвоню Роберту на пятый канал. Вот так-то! Умничка, поворчи, поворчи, — Май выслушивал некоторую брань. — А теперь слушай: у Сарански похитили сына. Да, чёрт возьми, претендента на наследство Ала Брейкмана. Откуда знаю? Не важно! Половина гонорара моя, ты сам это подтвердил.
О’Брайан мысленно отблагодарил судьбу за то, что она послала ему такой шанс. Быть адвокатом интересно, но адвокатом в центре событий, ещё лучше! Джош уже сообщил главную новость из Бэйвиля, и осталось лично увидеть заключение экспертизы.
Но Май был не единственным, кто ждал приезда Джоша Фостана. Миллер позвонил другу, заставив экстрасенса остановиться на заправке, разведя руками в стороны.
— Мистер Фостан, — спросил Виктор, — что-то ещё случилось?
— Боб Сарански исчез.
— Опа! — Виктор откинулся на спинку сиденья.
— Да. Опа, не то слово. Нас ждёт Май О’Брайан и Грегори. К кому ехать первому?
— Вы бы поехали к своему другу, — глядя сквозь лобовое стекло, констатировал юноша. — А я бы выбрал адвокатскую контору.
— Почему?
— Адвокат вас раскрутит.
Джош посмотрел на попутчика с вопросом в глазах. Мысленно он увидел свою физиономию в экране телевизора.
— Да не знаю я, почему так сказал, — начал оправдываться Виктор.
Джош тронулся в направлении офиса адвоката и попросил Миллера подъехать туда же. Маю он сделал предупредительный звонок, сообщив, что шеф полиции тоже будет присутствовать на встрече. Адвокат возликовал и вызвал съёмочную группу к себе в контору. Его звёздный час был близок.
— Ты главное скажи, что репортаж ведётся из моего офиса, — наставлял журналиста Май О’Брайан.
