- и того менее. Берега и склоны почти на треть поросли еловым лесом, что создает сумеречное освещение. Не видно ни палатки, ни людей. Поднялся по склону повыше и еще раз внимательно все осмотрел в бинокль. Нет ничего, только в глубине долины за озером как будто мерцает огонек. Взял винтовку и осторожно, покрикивая, пошел туда. Подошел, вижу - горит небольшой костерок, на нем на прутке печется хариус, а людей нет. Нет поблизости и чума. Видно, люди испугались и скрылись. Походил кругом, приглашая выйти, но так никто и не показался. После мне долганы говорили, что то был «дикий» человек. Оказывается, в те времена в глубине гор, по озерным долинам встречались люди, жившие самым первобытным образом. К русским они никогда не выходили и только у долган выменивали на пушнину порох, свинец и простейшие предметы обихода.
Вернулся обратно и близ устья Деме встретился с Павловским и Рожковым. Они были у палатки, нашли записку, все забрали и поехали меня искать. Они рассказали, что нашли еще ряд выходов вкрапленных руд норильского типа. Вернулись мы по северному берегу озера. Всюду выступают только базальтовые лавы и их туфы, попеременно сменяющие друг друга. Лавы, как более стойкий материал, на выходах образуют ступени, придающие склонам гор террасовидный облик, но это, конечно, не террасы, как может показаться с первого взгляда. Уклон вся лавовая толща имеет на восток, где выступают самые верхние ее горизонты. А нижние с подстилающей тунгусской угленосной серией и рудоносными диабазами могут встретиться только в западной части озера. Поэтому решили осмотреть еще и озеро Глубокое, особенно его западную часть. Эвенки называют его Омук, но почему-то у долган это название не привилось. Впрочем, и название Глубокое тоже не подходит. Оно много мельче Ламы, глубин больше 50 м там не встречается. Чтобы попасть на оз. Глубокое, надо вернуться на Мелкое, найти там протоку в Глубокое и ею подняться до озера. Протока оказалась в отличие от Ламской узкой, с быстрым течением и каменистым галечным дном. Ее мы назвали поэтому тоже Глубокой. Поднялись мы с большим трудом. Во многих местах наш старый, изношенный мотор не выгребал и приходилось ему помогать веслами. На одном перекате и этого не хватило. Ребята высадились, взялись за бечеву, я правил, помогая мотором. На озере нас встретил лобовой с востока штормовой ветер. Пришлось спешно искать какую-либо бухточку под ветром для укрытия. Чтобы полнее охватить площадь, решили разделиться. Каждый будет осматривать свой участок берега озера с долинами ручьев и речек, в него впадающих. По вечерам обмениваемся наблюдениями и намечаем маршруты на следующий день. Диабаз с бедным сульфидным оруденением попадается нередко, но более богатого не видно. Во всяком случае вся эта территория заслуживает серьезного внимания и в дальнейшем потребует детальных крупномасштабных геологических съемок.
В один из маршрутов с Павловским произошел случай, который мог для него окончиться неприятностью. Я и Рожков из маршрутов уже вернулись, сидим у костра, варим обед, ждем запоздавшего. Вдруг видим, мчится наш Евгений Владимирович и кричит: «Спасайся, кто может!» - и падает в изнеможении у костра. Мы вскочили в тревоге и спрашиваем: «В чем дело?» - «Медведь!»
Схватили винтовку, ружье и помчались вверх по ручью, откуда прибежал Павловский. Отправился и он, вместе обошли все кругом. Медведя и след простыл. Вернулись к палатке, и Е. В. Павловский рассказал, что с ним случилось. Шел он по борту верхней террасы ручья, смотрел обнажения, записывал. Присел в одном месте на камень, чтобы сделать зарисовку, поднял голову и видит: на другой стороне лога по террасе спокойно шествует медведь, отворачивает лапой камни, что-то ковыряет, выискивая себе еду. Мы все время сидим на кашах да на сухарях, ни мяса, ни рыбы со времени отъезда не видели, а тут медвежатина да еще осенняя, жирная. Вот Евгений Владимирович и решил ее добыть. Карабин у него был японский с пулями 6 м/м, тонкими, как карандаш, в сплошной оболочке. Стрелял он, видимо, наспех, не по месту, не убил. Медведь к нему. А тут как раз второй патрон в магазине застрял, в ствол не лезет. Вот наш Павловский и пустился наутек. Медведь, по-видимому, все же был ранен, борта террасы тут крутые, до своего врага медведь сразу добраться не мог. Охотник успел удрать. Мы на другой день еще раз обошли вёю долину, искали следы крови, жалели, что нет с нами собаки, но никаких признаков подбитого медведя не нашли.
Уже половина сентября. Обследованием оз. Глубокого закончились наши работы текущего года по изучению геологии Норильских гор. Впоследствии, в 40-х годах, между оз. Глубокое и Кета на речке Имангде при детальных геологических съемках было найдено медно-никелевое месторождение уже с достаточно высоким содержанием металлов. Найдены были также руды и по р. Микчанде, впадающей в северо-западную часть оз. Лама. Теперь там ведутся крупные разведочные и буровые работы.
Отсюда, с оз. Глубокого, вернулись на базу при истоке р. Талой (Норильской) из Мелкого озера и решили к Часовне добираться не пешком, а плыть на лодке, хотя по этому участку реки из-за быстрин и порожистости никто не плавал. Течение нас мигом домчало до устья Рыбной, временами скорость доходила до 15 км/час, но глубины, по-видимому, везде достаточные, лодка нигде не задевала дна.
В Норильске новый просторный склад уже выстроен, только крыша вместо теса пока покрыта желобником. Геофизики, кроме старых аномалий, выявили ряд новых, но все они по площади невелики, хотя и интенсивны в центральных частях. Лепешинский говорит, что это могут быть просто намагниченные от природных электрических разрядов участки диабазов, как известно, содержащих среди составляющих минералов магнетит. В Норильске долго задерживаться не стали. Павловскому и Рожкову надо торопиться в Москву для сдачи экзаменов и защиты дипломного проекта. С нами уходят также группы Лепешинского и Григорьева, которые на зимовку тоже не остаются. Идем все, конечно, пешком, олени есть только под груз.
На третий день пришли в Дудинку. Здесь уже поставлен большой дом для экспедиции и второй поменьше. Заканчивается возведение и ряда служебных помещений: лаборатории, мастерской, гаража и др. Корешкову с Пальковским пришлось много поработать, чтобы все это закупить, разобрать, доставить и здесь снова собрать. Два дома для Норильска в разобранном виде лежат отдельно, подготовленные к отправке. Рейсовый караван для сбора рыбаков на низ уже ушел. В ближайшее время придет еще пароход с грузом до Дудинки. На нем и прибудут наша экспедиция, ее техническое оборудование, тракторы и пр.
В конце сентября пришел, наконец,
