Ветерки понеслись прочь, выполнять её поручение. Вздохнув, Трис зажгла дешёвую масляную лампу, затем села на кровати, прислонившись спиной к стене. Глаки пододвинулась ближе и примостилось у Трис под левой рукой. Медвежонок подполз к ним, пока не оказался зажат между Глаки и стеной, затем снова задремал.
‑ Знаешь, я потеряла свою мать, когда была маленькой, и некоторых моих тёток, ‑ поделилась Трис.
Она решали не упоминать того, что её мать и тётки были для неё потеряны не из-за смерти.
‑ Было страшно, переезжать из одного дома в другой. Все всё делают по-другому, и орут на тебя, если ты делаешь не так, ты не замечала?
Глаки кивнула, не вынимая большой палец изо рта.
‑ Но животные всегда дружелюбны, если не делать им больно, ‑ сказала Трис. ‑ И всегда можно рассказывать самой себе сказки, как тебе рассказывают их мама и тётки. Можно рассказывать себе сказки о том, какая у тебя однажды будет семья. У меня теперь чудесная семья. И ты знаешь, Глаки, что твои мама и тётя по-прежнему любят тебя, где бы они ни были.
Глаки вытащила палец изо рта.
‑ Ты плакала? ‑ спросила она.
‑ Я плакала так же, как и ты, забравшись туда, где никто на меня на наорёт и не ударит, ‑ тихо ответила Трис.
‑ Расскажешь мне о своей семье? ‑ спросила девочка.
Трис рассказывала Глаки о дне, когда Браяр украл миниатюрное дерево, когда вдруг осознала, что на пороге комнаты стоит Кис. Она бросила взгляд на девочку, которая уже крепко спала.
‑ Остальные как? ‑ шёпотом спросила у него Трис.
‑ Неистовствуют, ‑ бросил Кис. ‑ Ярятся. Поговаривают о том, чтобы с утра всей толпой нагрянуть в Учётный Холм и сказать Хранителям, что перестанут работать, если ничего не будет сделано. Капик приносит городу солидный доход; именно его обычно посещают иностранцы. Может, Хранители прислушаются.
Трис нахмурилась. Если это было правдой, что квартал приносит городу доход, то какова была вероятность того, что Дэйме удастся заставить Хранителей закрыть Капик?
Кис потёр белое пятно у себя на голове:
‑ Слушай, я найду паланкин, чтобы отнесли тебя домой. Ты…
Трис его перебила:
‑ Ты с ума сошёл, ‑ прямо заявила она. ‑ Эта девочка недавно потеряла двух самых важных людей в своей жизни. Я отказываюсь забирать её из единственного знакомого ей дома, и я уж точно не оставлю её с этим сбродом. Эта Поппи, она залепила девочке оплеуху, о Мила! Я уже послала весточку Нико. А пока что я останусь здесь.
‑ Но она — не твоя забота, ‑ возразил Кис. ‑ Ты не обязана это делать.
‑ Я знаю, что она чувствует, ‑ ответила Трис. ‑ Я была на её месте, или по крайней мере на очень похожем месте. Если Медвежонок и Чайм могут её утешить, то я их не заберу. Есть какие вести от Дэймы?
‑ Трис, в этом нет необходимости, ‑ упрямо заявил Кис.
Трис вперила в него гневный взгляд, отказываясь делиться с ним остальными подробностями её личных невзгод, чтобы объяснить, почему в этом была необходимость.
‑ Я спросила: есть какие вести от Дэймы?
Он может и не знал о её детстве, но выражение её лица понял.
‑ Никаких.
Он подошёл к окну и высунулся наружу, позволив дождю падать себе на голову:
‑ По крайней мере не так уж много яскедаси работают в такую погоду.
Ему в голову пришла идея, и он обернулся к Трис:
‑ Ты можешь сделать так, чтобы дождь лил в течение нескольких дней? Чем меньше будет людей на улице, тем меньше будет целей.
Трис покачала головой:
‑ Гроза уже проходит.
‑ Так останови её, ‑ ответил Кис.
‑ Грозы нельзя просто брать и останавливать, ‑ объяснила она. ‑ Их можно подгонять, вести по пути, который они бы и сами выбрали, но нельзя останавливать. Поэтому у вас и была до этого засуха — кто-то удерживал все дожди в одном месте по ту сторону моря. Кроме того, Кис, дождь не остановит убийства. Если он не сможет найти кого-то на улице, то будет искать в другом месте.
Кис сунул руки в карманы:
‑ То есть, ты хочешь сказать, что он перейдёт на милых, тепличных обитательниц остальной части города. Женщин с семьями, которым небезразлично, что с ними произойдёт. Женщин, которые не такие сомнительные, как яскедаси.
Она лишь имела ввиду, что убийца попробует искать в закоулках, примется за яскедаси во дворах, или даже начнёт нападать на женщин Капика в их собственных домах. Ничто в этой комнате не мешало войти кому угодно; замок на двери Яли был даже хуже, чем к Кислуна. Трис не приходило в голову, что убийца может покинуть Капик, чтобы найти себе жертвы в других частях города.
Но как только он это упомянул, истина стала очевидна.
‑ Они ему откажут, так ведь? Хранители Дэйме. Учитывая приносимый этим местом доход и риск того, что убийца перейдёт в другое место, они не позволят Дэйме закрыть Капик.
Кис упал на единственный, расшатанный стул в комнате.
‑ Нет. Я не думаю, что позволят.
Он посмотрел на свои сжатые ладони:
‑ Я не знаю, что Дэйма сможет сделать, если не помогут Хранители.
Трис запрокинула голову, глядя в потолок.
‑ Я тоже, ‑ призналась она.
Какое-то время Кис молчал. Наконец он произнёс:
‑ Мне нужно вернуться к работе над молниевыми шарами. Я заставлю их проясниться скорее. Я сделаю шар, который покажет нам его лицо.
‑ Тогда поспи, ‑ посоветовала Трис. ‑ По крайней мере попытайся. Завтра нам предстоит долгий день.
Её ветерки всю ночь докладывали ей об услышанном. Но ничего стоящего Трис не принесли.
Утром Трис удостоверилась, что Глаки, Чайм и Медвежонок удобно устроились с Кисом в мастерской «Базальтового Стекла». Он согласился присмотреть за ними, пока Трис ходит по необходимым делам. Купив им завтрак, Трис пошла обратно вверх по Улице Стекла, уклонившись от двух дерущихся прасмуни, чьи тележки столкнулись друг с другом. Другие пешеходы и верховые огибали драчунов так, будто даже их не видели.
Небо прояснилось; тёкшие по сточным канавам ручейки стали мельче. Город сверкал, ненадолго отмытый дочиста. На вершине двух холмов перед ней подобно овеществлённым надежде и достоинству блестели мраморные здания Хескалифоса и Ассамблеи. Трис в сотый раз задумалась, как обстоят дела у Дэймы с Хранителями Общественного Блага. Она была почти уверена, что они с Кисом были правы, что Хранители не закроют Капик, но она отчаянно желала ошибиться.
У Джумшиды Трис обнаружила хозяйку сидящей за столом и читающей книгу.
‑ Нико ещё спит, ‑ сказала она Трис. ‑ Он вчера задержался допоздна в Доме Спокойствия.
Трис нахмурилась:
‑ Что он там делал?
‑ Тот арурим даской, Номасдина? Он пришёл к нам за подмогой, для своего вчерашнего разговора с Хранителями. Я ему сочувствовала, ‑ сказала Джумшида, чистя апельсин, ‑ но он так одержим поимкой Призрака, что забывает о том, что в Тариосе имеет значение на самом деле. Я пыталась напомнить ему о долге перед его кланом, но он и слушать не хотел. Он убедил Нико пойти вместе с ним к Хранителям. Те их приняли только после полуночи. Думаю, Нико вернулся к нам часа через три после этого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
