затратной. Из двадцати пяти гостей моих было меньше половины. Машину мне подарили за год до брака. Эта квартира принадлежит не только мне, но и вашим внукам. В чём ещё вы можете меня упрекнуть? Я прожила с вашим сыном девять лет и не заслуживаю ваших упрёков. Знаете что, вы прожили свою жизнь, а я проживу свою. Мне четвёртый десяток и учить меня поздно. Либо мы с вами остаёмся в прежних отношениях, хотя это вряд ли теперь возможно, либо мы их прекращаем.
– Ты можешь пожалеть об этом.
– Я могу пожалеть и приняв ваши доводы. Чтобы этого не случилось, нам не стоит вообще видеться. Так будет спокойнее и вам и мне. В конце концов, от вас не зависит наше финансовое благополучие. Извините, Соня проснулась.
Виктория не рассказала Илье о визите его матери. Видимо, и Тамара Васильевна скрыла от сына свой визит.
Родители прилетели четвёртого июня. Виктория отметила, что отец слегка похудел и осунулся. Рассказав дочери всё о последних событиях, сели к столу. Здесь же за столом и состоялся семейный совет.
– Вика, ты сама собираешься возвращаться в Питер? Ты не могла не решить этот вопрос для себя.
– Пап, я не знаю. За десять с лишним лет я привыкла жить здесь и меня всё устраивает. На новом месте придётся начинать всё заново. Вы сами, что по этому поводу думаете?
– Теперь нас с мамой в Питере ничего не держит. О живых нужно думать, а на могилу к родителям будем летать раз в год. Память, она в душе, в сердце. Как ты смотришь на то, что мы переедем сюда? Вступлю в права наследства, продадим квартиру бабушки, а здесь купим пусть и однокомнатную, но поблизости, а лучше рядом. Я по интернету нашёл варианты. Нашу квартиру на Выборгской я сдал на год, а вещи мы с мамой перевезли. Их оказалось не так и много, а Танюшины почти все приехали с нами.
– Пап, когда ты всё успел?
– Да, я сам ничего и не делал. Позвонил в агентство, они приехали, посмотрели, проверили. Теперь это их работа. Продажа долгая песня. Будет реальный покупатель – дождётся, пока приеду. Я и машину свою продал.
– Скажи мне, что я не сплю, пап. Я и не мечтала, что мы сможем жить рядышком, – Вика обняла отца. – Ты меня жалеешь?
У меня всё нормально. Жизнь удалась, пап. Пусть с небольшими погрешностями, но удалась. Я неплохой специалист, у меня двое замечательных детей и любящие родители. У меня нет бытовых и финансовых проблем, и я не одинока. У меня за спиной такой тыл в чине подполковника.
– Мы с мамой тобой и внуками гордимся. Я иногда думаю, не попади ты в историю с Лесниковым, всё сложилось совсем иначе. Вот что значит судьба. Да, Вика, мама не упомянула вас с ребятами в завещании, но написала тебе письмо, – отец протянул ей лист бумаги. – Прочти.
Виктория читала, и на глазах её наворачивались слёзы. Софья Михайловна писала о том, что её сын не сможет обделить свою единственную дочь и внуков. Что не стоит горевать и надо жить дальше. Что лучше всего жить рядом и помнить родных, пока они живы. «Я тебя очень люблю, девочка моя, и горжусь. Спасибо тебе за Сонечку. Она не позволит тебе меня забыть. Всё у вас будет хорошо, а дату уточнять я не буду. Ваша Софья», – писала бабушка в конце. Отец обнял дочь за плечи и прижал к себе.
– Не грусти. Бабушка бы этого не одобрила. Ты знаешь, я голову себе сломал, думая, откуда у неё на счёте миллион рублей? Чем она «приторговывала»? Пенсия у неё была хорошая, но она и жила не особо ограничивая себя в чём-то.
– Бабушка говорила о подарках второго и третьего мужа. Она боялась, что узнают о ценностях и украдут их. Я не придала этому значения, но посоветовала продать, а деньги положить на счёт. – Мам, вам удобно будет с папой в комнате Серёжи, а я заберу его к себе.
– Мы с Сережей останемся в его комнате, а папу устроим в гостиной. Серёжа к деду привыкнет, я уступлю им место. Будут два Сергея жить в одной комнате, а я с девчонками.
Уложив детей спать, Петровские расположились за столом на кухне перед ноутбуком, рассматривая объявления о продаже квартир. Сергей Павлович показал дочери те объявления, которые он просматривал.
– Я не в восторге от вашего района, но здесь всё под боком: твоя работа, сад, школа и не одна. Купим автомобиль, и проблем с отдыхом на природе и рыбалкой не будет.
– А чем моя машина тебе не нравиться? Можешь хоть завтра отправляться на рыбалку.
– Не позорь мои седины, дочка. Целый подполковник на красной «дамской» машине. Ты представь генерала в электричке. Не потому, что не по чину машина, а потому, что удивительно. Я не привык к такому вниманию.
– Пап, восемнадцатый дом по улице, а двадцать четвёртый рядом. У нас двор общий, а въезд машин в разные ворота. Это дом, где мы жили, где раньше была наша квартира.
– Если судить по фото и информации – нам подходит. Кухня пятнадцать метров, комната – двадцать. Мне нравится. – Танюша, посмотри картинки сама. Завтра можно позвонить и напроситься на просмотр. Если задержимся, не выгонишь?
– Буду рада, если вы задержитесь надолго. Мне так не хватало вас и так нужна ваша поддержка.
– Прорвёмся, Виктория Сергеевна.
Глава 10
«Соня, как же нам всем повезло с бабушкой и дедом. Как же здорово, что мы будем жить все вместе», – думала Виктория, провожая родителей в начале июля в Питер. Появился покупатель на квартиру бабушки. Отец, уступивший в цене, летел на сделку, а мама – заниматься багажом к переезду. За десять дней отсутствия Татьяны Ивановны, Илья стал частым гостем, точнее помощником, а Вику ждал ещё и сюрприз в лице Антона. Он появился на пороге её квартиры рано утром.
– Антон? Каким ветром тебя занесло в наши широты? – она сразу узнала его, растерялась, а голос выдал волнение. – Адрес Сергей Павлович дал? Проходи.
– Здравствуй, Виктория Сергеевна, – Антон приобнял её, поцеловав в щёку. – Это тебе, – он протянул букет. – Знаешь, хотел навестить Софью Михайловну, но не успел. Застал в квартире твоих родителей. Ничего не объясняй, я немного в курсе последних событий. Как сама? Как дети?
– Сам всё увидишь. Дети и Илья ещё спят, – Вика прошла в кухню, поставила цветы в вазу с водой. – Красивый
