хоть как-то успеть закупиться, доставить, обучить, если получится. Эх, мне бы раздвоиться!..
Данные его мысли вслух напомнили нам троим, про предстоящие испытания очередного образца голема, которые были назначены на эту ночь. Белый тоже принимал участие, как эсперт-оборотень. Именно он в этом образце отвечал за правильность набора массы в момент превращения оболочки в нормального полноценного носителя копии сознания Иного.
Копии делал Игорь, естественно, со своего сознания. Однако он их каким-то чудесным образом урезал так, что они не осознавали себя личностями. Он утверждал, что на чистоте экспериментов это не сказывается, а некоторые серьезные моральные аспекты снимает.
Лично я, как Иной не понаслышке знающий, о чем идет речь, был всеми руками «за». А остальным, и подавно, было не принципиально.
Пока мы втроем переписывались в нашем рабочем чате, Ден убедил Серегу, что любая победа должна быть отпразднована, дабы удача нам и впредь не изменяла.
Сергей согласился лишь с тем условием, что его празднование будет сугубо символическим, раз того требует ситуация!
- Если удача существует, то ссориться с ней нельзя! – глубокомысленно заявил Серега, сворачивая к нашей любимой пивной. – Бокал пива нас взбодрит и придаст нам сил!
Надеюсь, что хотя бы сегодня он отдохнет, как следует.
4
Вечером на тренировке Макса не было. Видимо, переезд крупного канала – дело затратное, как минимум, в плане времени. А ночью мы отправились на испытания.
Игорь давно все подготовил и теперь маялся от временного безделья и неопределенности. Игорь-2 флегматично трудился над какими-то несущественными мелочами, вяло отмахиваясь от вопросов Людочки.
В итоге от остановился, тяжело посмотрел на нее и попросил составить опросник и выдать ему. Люда тут же с готовностью вручила ему объемную кипу листов, но с расспросами не отстала. По-моему, Игорь-2 в этот момент тихо, но от души ругнулся.
Я же, пользуясь тем, что у Игоря возникла пауза, подступился к нему с расспросами по поводу Макса.
Коллега по Цифровому дозору внимательно меня выслушал и посмотрел на часы.
- У меня к тебе есть предложение, подкупающее своей новизной, - ответил он мне, - предлагаю работу по схеме: «ты мне, я тебе».
- То есть, общедоступной информацией просто так ты делиться уже не хочешь? – улыбнулся я.
- Дело не в сырой информации, а в моих аналитических потугах. Я, находясь в жестком временном цейтноте, умудряюсь добыть и обработать громадный информационный массив…
- Все-все! – приподнял я руки, как бы сдаваясь. – Я тебя понял, я на все согласен! Что от меня требуется?
- То же, что и от любого полноценного гражданина – добросовестно выполнять свои обязанности! Дай мне, наконец, результат по естественному переносу магической энергии из цифры к нам!
- Как? – осторожно уточнил я.
- КАК?! – неожиданно очень громко переспросил Игорь таким тоном, что я внутренне вздрогнул. – Это самое «КАК?» ты просто должен сделать! А потом максимально доступно объяснить мне, как ты это гребанное «КАК?» сотворил! Доступно изъясняюсь?!
- Вот только плеваться совсем не обязательно, - тихо и спокойно ответил я товарищу, - знаешь, у на в зале есть парень, который, когда бьет мощные панчи, так выдыхает во время удара, что плюется. Так вот все стараются его победить до того, как он начнет плеваться, а это мешает обоим бойцам гармонично развиваться. Потому что нужно давать друг другу работать на тренировках.
- Ну, и к чему ты мне это рассказал? – несколько опешил Игорь.
- К тому, что оплеванный коллега может дать не тот результат, который от него ожидают, - улыбнулся я, несколько демонстративно вытирая низ лица.
Но Игорь был не из тех Иных, которых можно так легко смутить.
- То же мне, неженка нашелся! – фыркнул он, правда, уже с улыбкой. – Утерся и пошел себе работать! Пошел, я говорю!
И мы двинулись заводить старую порядком уже надоевшую шарманку. Я, как обычно, нахлобучил на голову шлем, встал в центр очерченной зоны, за которую не должен выпадать, находясь в реальной виртуальности, и принял излюбленную боевую стойку.
Так уж сложилось из-за моего первого визита в новую реальность, что лучше всего у меня шла боевая цифровая магия, причем она крепко завязалась на мои еще человеческие рефлексы. Поэтому тот же Огненный шар я запускал ударом кулака, а Заморозку – блоком с раскрытой ладонью.
Поначалу мы пробовали все отрабатывать в специальном кресле и даже в подвешенном состоянии, но лучше всего дела шли при контакте ног с ровной жесткой поверхностью.
После первого же сеанса работы оказалось, что получены какие-то новые результаты. Причем, они оказались несколько неожиданными, и мощнейшая рабочая станция запросила сразу несколько минут, чтобы их обработать.
- Пойдем покурим? – предложил Игорь.
Я пожал плечами и направился, было, к выходу, но коллега жестом отозвал меня в сторону. Подойдя к глухой на вид фасадной стене, Игорь сделал скупой жест правой рукой и перед нами появился дверной проем. За дверью оказался небольшой аккуратный балкон с легкомысленного вида перилами.
- Хорошо, что ту невысоко, - сказал я, опасливо глядя вниз, - Игорь, а ведь на фасаде здания нет балконов.
- Забей, - выдохнул Игорь слово одновременно с клубами дыма.
Какое-то время мы оба смотрели на этот дым. И, скажу я, смотреть было на что. Игорь сделал из внезапного перекура целое представление в стиле сотворения мира, от Большого взрыва до наших дней.
- Видел, как все менялось? – прервал он молчание. – Это Жизнь.
Я кивнул, ожидая продолжения.
Игорь второй раз затянулся из чего-то непонятного и снова выпустил вверх огромное облако дыма. На этот раз оно висело в воздухе без малейших изменений.
- А это, - кивнул он на статичное облако, - Договор. Он всеобъемлющ и неизменен. Жизнь меняется, а он нет. Как думаешь, это правильно?
- Ты подталкиваешь меня к определенному ответу, думаю, что это не слишком корректно с твоей стороны.
- Ты не ответил из чувства протеста, потому что в душе согласен со мной? – догадался Игорь.
- Допустим, - решил вступить я в непростой разговор, - на первый взгляд, естественно, кажется, что документ, регламентирующий все стороны сосуществования и взаимодействия Иных друг с другом и с человечеством, должен иметь возможность корректировки. Но, насколько я понимаю, история Договора гораздо моложе истории человечества и Иных. Возможно, еще просто рано делать какие-то выводы?
- Две мировых войны, Рома! Две мировых войны! – снова едва не
