Глава 33
Ильнар
Я пришел поговорить с Настей, рассказать ей о последних новостях, а вместо этого сам был пойман в самые желанные сети на свете. В кольцо рук и ног желанной женщины. Ее страсть была пьянящей и сладкой, заставляла забыть обо всем на свете. Мне так хотелось поскорее погрузиться в это прекрасное тело, завладеть им. Настя просила, умоляла меня об этом. Пожар, что горел у меня внутри, только усилился от ее слов, став нестерпимым.
Я накрыл Настю собой, и она покорно закинула ноги мне на бедра. Обвила руками. Я целовал ее сильно и страстно, жадно, как будто в последний раз. Ласкал ее грудь и бедра, упиваясь нашим обоюдным желанием. Приподнявшись, Настя потерлась о мой напряженный член.Изогнулась подо мной, стремясь поскорее слиться в экстазе.
Я перестал контролировать себя.
В последний момент вспомнил о защите и натянул презерватив.
— Сейчас, Огонек. Я буду весь твой.
Снова устроился между ее широко разведенных ног. Одним мощным толчком вошел, погрузившись до самого основания. Настя была тесной и влажной, податливой и страстной. Жар ее тела сводил меня с ума. Я двигался в ней все быстрее, а она обхватила мои ягодицы и приподнималась навстречу, покусывая губы от напряжения.
— Да, еще!.. — выкрикивала она, словно в бреду. — Пожалуйста, Ильнар, еще…
Исчезло все: проблемы, тревоги, сомнения. Исчез сам мир вокруг. Остались только я, мой Огонек и эта кровать, готовая, кажется, развалиться под нами в любую секунду. Никакая мебель, даже самая прочная,не смогла бы выдержать такого напора страсти.
— Как пожелаешь, — хрипло произнес я и поцеловал Настю в висок.
Мои движения стали резче, быстрее. Мы метались по кровати и в какой-то момент свалились с нее. Я только успел поддержать Настю, не дав ей удариться головой. Мы оба усмехнулись, а после продолжили. Я уже с точностью не мог бы сказать, где заканчивалось мое тело и где начиналось ее. Мы как будто слились воедино. Смешались наши запахи, биение сердец, мысли, чувства. Я был так близок к финалу. Но не мог позволить себе закончить, лишив Настю радости единения. И только когда она вскрикнула, вцепившись коготками в мои плечи, полностью утратил контроль. Два мощных выпада, ― и я бурно кончил, запрокинув голову и испустив животный рык.
Удерживая вес своего тела на руках, коснулся губ Насти. Этот поцелуй, в отличие от предыдущих, был нежным и ласковым. Мне хотелось показать, как много она для меня значит. Как я благодарен ей за эти минуты близости. В такие моменты я не просто получал удовлетворение. Я становился другим человеком. Настя делала меня другим. Более спокойным, добрым, щедрым. Понимающим. Я больше не хотел быть Дьяволом, не собирался защищать подлых толстосумов, делаясь все более похожим на них с каждым днем. Встреча с Настей что-то поменяла во мне. Мои желания, цели, стремления – теперь они стали иными. И я был действительно благодарен ей за это.
— Ты так странно смотришь на меня, — проговорила она, обняв мое лицо ладонями. — Как будто собираешься убить.
Она коротко хохотнула, но тут же посерьезнела. Ведь я не улыбнулся в ответ. Вместо этого перекатился на бок и привлек ее к себе. Но когда она собиралась уткнуться мне в плечо, подцепил пальцами ее подбородок, вынуждая смотреть мне в глаза. Я мог бы пообещать, что никогда не причиню ей вреда. Но это не было правдой. Ведь именно сейчас мне придется доставить ей боль. Нанести душевную рану, которая еще не скоро заживет. Все что я мог, так это сделать это как можно более аккуратно, почти нежно.
— Я не убью тебя, но должен сказать одну новость. Тебе она не понравится.
Настя шумно сглотнула. Плотно закрыла глаза, скрывая нарастающую панику.
— Я так и знала… — проговорила она. — Как только ты вошел, поняла: что-то не так. Ты ведь пришел пораньше не для того, чтобы заняться сексом, верно? И не для того, чтобы пообедать вместе…
Черт! Обед… надо было сначала поесть, накормить Настю прежде, чем она узнает о случившемся. Аппетит у нее после пропадет наверняка. Однако сейчас уже поздно отступать. Она распахнула глаза, смотрела на меня как на палача, который ее вот-вот прикончит.
— Говори, — попросила она. — Говори сейчас, иначе я сойду с ума от ожидания. Тимур Лисовой что-то наговорил тебе? Это связано с моей сестрой? С ней все в порядке?
Настя уперлась в мою грудь ладошками и затаила дыхание.
— С Лизой все в порядке, как и с ее детьми, — торопливо признался я. — Дело в Павле.
— Лисовой до него добрался? — охнула Настя. — Причинил ему вред? Его… его пытали? Заставили признаться, куда пропали деньги со счетов фирмы?
— Нет, — отозвался я. — Деньги так и не найдены. А Павел отравлен. Следователи утверждают, будто он сделал это сам, по собственной воле. Но я в это не верю.
— Это… Это сделал Тимур Лисовой? — предположила Настя.
Ее подбородок дрожал, а в уголках глаз блестели едва сдерживаемые слезы. Я погладил ее по спине, пытаясь хоть немного снять напряжение и разрядить тревожную обстановку.
— Не думаю, что это он. Не в его интересах. Павла отравил сообщник, которого тот так и не выдал. Дело запуталось окончательно. Перед якобы самоубийством Павел написал прощальное письмо, снова признавшись в краже. Но о том, куда делись средства — ни слова.
