Что касается надписей с острова Пасхи, то, похоже, их дешифровщикам могли бы помочь знатоки языков дравидийской группы. Подсказку дает история тамилов, живущих на индийском берегу как раз «напротив» Шри-Ланки. Ведь именно они в свое время изобрели катамаран. Даже само это слово из их языка и обозначает связанные вместе бревна. Индийцы, живущие ныне в Сингапуре и Малайзии, в большинстве своем – тамилы. Но все это вовсе не означает, что тамилы сами добирались до острова Пасхи. Ведь иные племена вполне могли перенять у них не только умение строить катамараны вместе с самим этим словом, но и заимствовать письмена у них или их соседей.
Опытного морехода Хейердала удивлял возможный маршрут от Ланки на восток из-за господствующих встречных ветров. Зато он предполагал, что от Мальдив в древности люди могли путешествовать на запад до Южной Африки и даже до Южной Америки. Впрочем, мы не знаем, какими парусами пользовались в то время. При умелом обращении с парусами маршрут на восток от Ланки, на наш взгляд, вполне вероятен. К тому же дорога могла быть поэтапной, когда цель достигается не за одно плавание.
Приведем один пример заимствования полинезийцами обычая и слова, характерного для Шри-Ланки. Рис, сваренный в кокосовом молоке, на Ланке называется «кири-бат». Его подносят почитаемой здесь богине Паттини. А в Полинезии есть раскинувшееся на многочисленных островах государство Кирибати. Может, это и есть след древних мореплавателей, освоивших катамараны?
Загадка ласточкиных гнезд
На всех индонезийских островах есть такие места, куда достижения цивилизации добираются с большим опозданием. В отсталых районах, в провинциальной глуши очень стойко сохраняются местные традиции и верования. Остров Сумба и южное побережье острова Ява могут служить яркими примерами удивительной верности народов древним обычаям своих предков.
Жители Сумбы, острова в юго-западной части Индонезийского архипелага, каждый год отмечают традиционными ритуалами праздник пасола, посвященный морской богине Ньяле. Главная часть ритуала – это гонки и схватка всадников. Наездники на девают ради такого случая парадное ритуальное облачение. Они вооружены старинным оружием из бамбуковых палок, которое только постороннему наблюдателю может показаться безобидным реквизитом праздничного действа. Участники праздника «входят в раж» и наносят друг другу серьезные повреждения, чтобы обязательно пролилась кровь.
Сейчас применение боевого оружия на праздничных боях запрещено властями, а всего несколько лет назад воины приезжали на праздник с настоящим оружием и бились не на жизнь, а на смерть. Даже среди зрителей часто были раненые и даже убитые. Пасть на поле боя в честь богини Ньяле считалось большой честью, и юноши не щадили жизней, чтобы прославить свой род. Кровожадная богиня может прогневаться и наказать их за пренебрежительное отношение к ней. Бескровные бои не вызывают воодушевления у народа, и всадники стараются не обмануть их ожидания.
Богиня Ньяле, дочь богини Луны, была очень разборчивой невестой и никак не могла решиться выйти замуж. Ее осаждали толпы прекрасных женихов, но нерешительная девица не полюбила ни одного из них и, чтобы никого не обидеть, утопилась в море. Островитяне с Сумбы верят, что один раз в году, обязательно в полнолуние, морская богиня показывается людям в виде светящегося силуэта. Ученые исследовали это загадочное явление и выяснили, что «светящаяся богиня» – это в действительности фосфоресцирующие части червей, плавающих на поверхности воды в период размножения. Эти черви содержат много ценного пищевого белка, и жители Сумбы с удовольствием их едят, не подозревая, что лакомятся «видимой частью» почитаемой ими морской богини.
Черви обитают в маленьких пещерах рифов, и в течение года людям до них не добраться. Раз в год жители прибрежных деревень собирают их корзинами в море. Потом на берегу местные шаманы осматривают морской урожай и ворожат над ним, чтобы узнать судьбу земляков на весь следующий год. По количеству и густоте шевелящейся массы червей они узнают, каков будет урожай риса, не посетит ли остров наводнение, засуха или мор.
У морской богини много разных имен, Ньяле – только одно из них. Эту богиню почитают на всех островах Индонезии. Она покровительствует не только рыбам и всем морским существам, но змеи, ящерицы и даже драконы острова Комодо – гигантские вараны – тоже покорны ее власти.
Когда на южном побережье острова Ява бесстрашные «охотники за сокровищами» отправляются на свой рискованный промысел, они обязательно стараются заранее испросить благосклонности морской богини и заручиться ее покровительством. На острове Ява имя богини – Рату Кидул. Самые сильные, ловкие и отважные из яванских мужчин мечтают о сокровищах, которые стоят дороже золота. Но добраться до них, найти и собрать ужасно трудно, и сборщикам ежеминутно приходится рисковать жизнью. Без незримой поддержки богини-покровительницы здесь не обойтись.
Необычные драгоценности, ради которых играют со смертью яванские храбрецы, – это гнезда ласточек. Гнездовья скрываются в глубоких пещерах, выдолбленных в отвесных скалах неутомимыми волнами океанского прибоя.
Смельчаки отправляются в опасные экспедиции без альпинистского снаряжения – с простыми лестницами, сплетенными из ротанга, с перекладинами из бамбуковых палок. Сборщики ласточкиных гнезд отважно спускаются со своим примитивным снаряжением, без сетки внизу и страховки сверху, с отвесных стометровых скал, вертикально торчащих над водой. Если кто-то срывается с плетеной лестницы, он неизбежно погибает – никто ни разу не выплыл живым из бурлящей под скалами воды.
Так выглядит гнездо ласточки
Входы в пещеры открываются только со стороны моря, и они сравнительно невелики. Внутри отвесных утесов скрываются обширные пустоты. Высота пещер доходит до ста метров, а их стены испещрены маленькими белыми пятнышками. Если приблизиться к ним и разглядеть повнимательнее, становится понятно, что это и есть гнезда ласточек. Сборщики должны успеть набрать полный мешок драгоценных гнезд и убраться восвояси до наступления прилива. Если кто-то припозднился, ему уже не спастись. Эти пещеры испокон веку известны как места гнездовий ласточек. Профессия сборщика ласточкиных гнезд передается на острове Ява из поколения в поколение. Это очень древнее ремесло, оно распространено главным образом на южном побережье острова. Ритуалы в честь своенравной богини Рату Кидул, приемы сбора, примитивное снаряжение и полное отсутствие техники безопасности практически не изменились в течение по крайней мере нескольких столетий.
Удачливые сборщики считаются, по местным понятиям, людьми не бедными. Например, в Гонконге килограмм самых дорогих белых ласточкиных гнезд стоит около двух тысяч американских долларов, черные гнезда не намного дешевле. Супы, приготовленные из застывшей птичьей слюны ласточкиных гнезд, слишком экзотичны для людей, привыкших к европейской кухне, но в странах Юго-Восточной Азии, особенно в Китае, это изысканные деликатесы для богатых гурманов.
Гнездо ласточки совсем маленькое, легко умещается на ладони. Вблизи оно выглядит так, словно свернуто из белой шерстяной пряжи, но на ощупь гладкое и податливое, как вареные макароны. Гнездо варят в воде более часа, и оно многократно увеличивается в размере, разбухает, разваривается. Получается мутное варево вроде супа-пюре. Рисковать жизнью ради такого супа, может быть, и не стоит, но попробовать его в ресторане интересно – вкусы ведь у людей разные.
«Урожайные» пещеры на яванском побережье являются собственностью Индонезийского государства и отдаются в аренду частным фирмам, на которые работают местные сборщики.
Маленькие ласточки в Индонезии называются саланганами. Птицы делают для своего потомства очень легкие гнезда, слепленные клейкой слюной. Гнезда собирают в тот момент, когда пара ласточек уже приготовила уютное гнездышко для кладки, но самка еще не снесла яйца. Ограбленные людьми птицы все же успевают построить новое гнездо и вывести птенцов.
Яванцы уже сотни лет назад продавали ласточкины гнезда в Китай. Не уменьшающийся спрос на этот деликатес китайской кухни поддерживает в южной части острова Ява народные обычаи и традиционный образ жизни старых деревень.
Надо добавить, что сходные обычаи сбора ласточкиных гнезд сохранились и на островах Андаманского моря в Таиланде.
Эти таинственные моны…
Вдоль границы Таиланда и Мьянмы (Бирмы) живут представители древнего народа мон. Их происхождение поныне остается загадкой. Современный поселок Сангхлабури, где мне посчастливилось немного пожить, состоит из двух районов – нового, тайского, и старого – монского. К последнему через излучину реки Сонгкариа ведут два очень длинных деревянных моста[12].
