Читаем без скачивания Воздушный стрелок II - Антон Демченко

Вернувшийся из школы, Леонид поглядывал в мою сторону, явно раздираемый любопытством, Оля вовсю изображала наседку, норовя покормить «раненого героя» чуть ли не с ложечки, и испытывая явное наслаждение от такого издевательства… или от того, как я воспринимал эту её гипертрофированную заботу, не разобрался. А Бестужев-старший с удовольствием наблюдал за этим представлением, время от времени усмехаясь в усы и бросая многозначительные взгляды на свою пассию. Раиса же, старательно делала вид, что происходящий за столом балаган её никак не касается. Но ответной стрельбы глазками в сторону хозяина дома это не отменяло.

Это был славный день. Уже вечером, точнее, ночью, когда мы с Ольгой угомонились и почти уснули, я понял, что за сегодняшний день отдохнул так, как не отдыхал, должно быть, с самого своего появления Здесь. Понял и, умиротворённо вздохнув, уснул, с твёрдым обещанием самому себе, продолжить отдых на следующий день.

И ведь получилось… почти. Но, если забыть о делах, то рано или поздно они обязательно мутируют в проблемы. И увидев примчавшихся с утра пораньше близняшек, я понял, что ещё немного, и так оно и будет.

Взвинченные и нервные Лина с Милой так «фонили», что даже Ольга, получая от меня отголоски их эмоций, начала морщиться и недовольно вздыхать. Пришлось прервать тренировку для приведения учениц в тонус.

Окинув взглядом хмурых сестёр, я покачал головой.

— Ну, и что с вами происходит?

— Послезавтра дед должен приехать, а мы… кроме телекинеза ничему толком не обучились. — После недолгого переглядывания, Мила, очевидно, как наиболее уравновешенная из сестёр, взяла на себя обязанности переговорщика.

— Ага. Ничему не научились, значит… ну-ну. — Смерив учениц взглядом, я хмыкнул. В отличие от близняшек, Ольга вовсе не была недовольна темпом обучения. А может быть, до неё просто быстрее дошёл смысл наших занятий. — Ла-адно.

Ольга с интересом следила за наречённым. Не сказать, что она безоглядно верила в учительский талант Кирилла, истинная дочь дипломатов точно знала, что абсолютно бесспорных вещей в этом мире крайне мало, но в данном случае, она не видела никаких причин для сомнений. Тем более, что и Аристарх Макарович, будучи не только ярым, но и вполне профессиональным эфирником, увидев нынешние умения Ольги, был если не впечатлён прогрессом, то доволен уж точно. И теперь, девушке было очень интересно, как Кирилл собирается угомонить нервничающих близняшек и вселить в них уверенность в своих силах.

А тот, кажется, действительно придумал что-то… необычное. Предусмотрительно сваленные в углу тренировочной площадки, валуны, использовавшиеся в их тренировках, то вместо стульев, то в качестве пособий, послушно выкатились на середину полигона и замерли. По одному напротив каждой из учениц.

— Расскажите мне об этих камнях. — С абсолютно невозмутимой физиономией, заявил наречённый.

— Что? — В унисон протянули близняшки, недоумённо глядя на брата и учителя.

— А что узнаете, то и расскажите. — Легкомысленно улыбнулся тот в ответ, и повернулся к Ольге. — Тебя, это, кстати, тоже касается. Так что, вперёд…

Ученицы переглянулись и медленно и неуверенно потянулись к «учебным пособиям». Остановились в метре от камней и, вновь обменявшись непонимающими взглядами, одинаково вздохнули.

Полтора часа! Полтора часа они ходили вокруг этих чёртовых обломков, пытаясь понять, что о них можно рассказать и, самое главное, как узнать это «что-то». Обращаться к Кириллу за разъяснениями уже не пробовали. После первой же попытки, тот ясно дал понять, что не намерен вмешиваться в их «исследования».

Ольга бросила взгляд на укутавшегося в воздушную защиту наречённого, ограждающую его от порывов по-зимнему холодного, пронзительного ветра и попыталась «пробраться» в его эмоции. Ответом стал ощутимый щелчок по носу.

— Не меня, его. — Со вздохом, Кирилл ткнул пальцем в лежащую перед Ольгой глыбу. Кажется, учителю тоже надоело смотреть, как ученицы водят хороводы вокруг трёх камней.

О!.. Оля хлопнула ресницами, перевела взгляд на уже изрядно бесивший её камень… Серый, с редкими темно-красными прожилками и явно видимыми, длинными бороздами, с застрявшими в сколах и трещинах, давно высохшими клочками мха… Девушка сосредоточилась и попыталась коснуться его так же, как только что «прислушивалась» к эмоциям Кирилла. А в ответ тишина. Нет… гул. Больше всего, отклик походил на тяжёлый, напряжённый гул, к которому вскоре добавилось ощущение давления… словно со всех сторон его плотно сжимают мощные пласты земли, которым камень, сопротивляется, не давая раскрошить себя в пыль. Глухой рокот и треск расходящейся земли… холод… потоки ветра, из год в год полосующие его шершавую шкуру. Ветра, которые оказались крепче породившей глыбу земли и за многие тысячелетия сумевшие оставить на нём куда больше отметин, чем родная стихия… Ольга тряхнула головой, приходя в себя, и изумлённо уставилась на усмехающегося Кирилла. Что это было?!

Глава 6. Некоторых не надо учить плохому, они уже и так всё умеют… от рождения

Долгий отдых… М-да уж, в моём случае, такая роскошь, кажется, не предусмотрена. По крайней мере, на данном этапе. И визит «инспектора» от Громовых, прекрасно это доказывает. Впрочем, несмотря на то, что демонстрация невеликих пока умений близняшек заняла больше половины дня, под ехидные комментарии деда Пантелея, естественно, куда больше нацеленных на меня, нежели на сестёр, дело обстояло не так уж плохо.

Хм. Вообще-то, будь мне действительно лет пятнадцать, я бы уже давно кипел, как мой самовар… Но беситься на ворчание старого волчары, у меня желания не было. Тем более, что ему просто не за что было зацепиться. Естественно, программу промежуточных испытаний государственной школы, ученицы выдать не могли… просто-напросто потому, что подход к оперированию Эфиром я им поставил совсем иной. Никаких стандартных техник в нём нет, зато есть… чувственное восприятие Эфира. Когда ты ощущаешь текущую сквозь тебя энергию, как… часть себя, вопрос «дозировки» Эфира, необходимого для того или иного действия, просто не стоит. Ты просто з н а е ш ь, сколько именно сил потребуется для любого начатого воздействия, и можешь определить, потянешь такую нагрузку или нет… Это как с гирей. Достаточно начать её поднимать, и мышцы сами напрягаются ровно настолько, сколько требуется для выполнения приёма. Конечно, можно надорваться, если плюнуть на сигналы, которые посылает организм при перегрузке, но… именно, если плюнуть.

Дед Пантелей долго разорялся, когда не смог добиться от сердитых сестёр ни одной техники. Но…

— Задачи, Пантелей Георгиевич. — Проговорил я, подзывая мнущихся на холодном ветру сестёр на веранду.

— Что? — Кажется, «инспектор» реально удивлён. Его проблемы.

— Я говорю, что вы неправильно ставите задачи. — Повернувшись к протянувшему близняшкам чашки с горячим чаем Гдовицкому, я улыбнулся. — У нас же здесь имеется целый мастер Эфира, не понаслышке знакомый с системой обучения и экзаменации одарённых. Думаю, он может подтвердить мои слова. Не так ли, Владимир Александрович.

— О как… значит, неправильно экзаменую, да? — С каким-то странным интересом уставился на меня дед Пантелей и перевёл взгляд на начальника охраны. — Ну, и что скажешь… мастер?

— Кхм, Кирилл Николаевич, несколько резок, конечно, но рациональное зерно… — Медленно заговорил Гдовицкой, но был тут же перебит Громовым.

— Ну надо же! Рациональное зерно! Эка завернул, Вова… — Дед фыркнул с усмешкой, но тут же посерьёзнел. — Ладно, командуй парадом ты. Эй, пигалицы, ну-ка, быстро допили чай и на площадку!

Лина с Милой вздохнули и, отставив в сторону кружки, вышли из-под навеса. А следом, закрытую легким воздушным щитом веранду, покинул и Гдовицкой.

В отличии от деда Пантелея, Владимир Александрович не стал требовать от сестёр создания эфирных техник. Он поступил проще и правильнее.

Развернувшись в мою сторону, он чуть помедлил и, окутав нас куполом от подслушивания, попросил включить все имеющиеся у меня фиксаторы.

— Они и так работают. — Пожал я плечами.

— Замечательно. — Владимир Александрович развеял технику купола и обратился к сёстрам. — Определите количество имеющихся на территории пом… владения, работающих артефактов. — Дав задание, Гдовицкой тут же развернул экран браслета и отправил какое-то сообщение. А… понятно. Браслет Громова тут же пискнул. Ответ прислал, чтоб дедушка чего не заподозрил. Хм… вот только, чую, ждёт их обоих большой сюрприз.

— Семьдесят восемь. — В унисон выдали сёстры.

— О как! Промахнулись, милые. — Покачал головой дед. А вот Гдовицкой, кажется, что-то понял. Вон, как головой закрутил.

— Ничуть. Они совершенно правы. — Откликнулся я. — Двадцать восемь штук в пределах ограждения, остальные пятьдесят на подступах.