Читаем без скачивания Жизнь щедра на сюрпризы - Александр Ройко

— Как вы хотите знакомиться с хозяйством? — спросил Андрея Фисунов. — В произвольном порядке или с главных объектов?

— Желательно, конечно же, начать с главных объектов, а уж потом перейти на менее важные.

— Хорошо. Тогда нам придётся немного пройтись по дороге.

Они тропинкой напрямую прошли к шоссе и направились к выходу из госпиталя в сторону железной дороги. Они прошли главный КПП и вышли к железной дороге. Оказывается, шоссе и железная дорога делили Белитц-Хальштеттен как бы на четыре части. Ранее Андрей представлял себе, что госпиталь заканчивается у железной дороги, но это было не совсем так. Собственно говоря, большинство госпитальных корпусов, действительно, не выходили за линию железной дороги, но и за ней, оказывается, было немало объектов, которые входили в состав военного городка. Влево по железнодорожной ветке на противоположной её стороне Максим указал Андрею на пару зданий и сказал, что главный вокзал городка Белитц-Хальштеттен. С правой стороны железной дороги напротив домиков, в одном из которых расквартировались Морозевичи, располагались подобные двухэтажные домики. Одними из объектов, причём, действительно, самых важных для Морозевича были котельные, которые располагались немного дальше за зданиями вокзала. Котельные были наземные, довольно большие и Андрей сразу же понял, что в них находятся не малые секционные чугунные котлы, а отопительные агрегаты значительно большие. Это вызвало некоторое беспокойство у Андрея, которому два года пришлось эксплуатировать маломощные котлы низкого давления. Здесь ему доведётся на практике столкнуться с котлами более высокого давления. Почему на практике? Да потому, что такие котлы были теоретически более хорошо известны Морозевичу со студенческой скамьи, где делался упор именно на подобные котлы. А вот о секционных котлах им на лекциях упоминали только вскользь. Но здесь ответственность должна была быть на порядок выше. Поэтому было понятно волнение Морозевича.

Помещений котельных было два: здание одного, самого обыкновенного вида, располагалось слева, сразу за горами угля. Уголь в эту котельную подавался транспортёрами. Во вторую котельную уголь тоже сначала подавался транспортёром, а затем подвесной транспортёрной лентой на уровне примерно двух с половиной метров. А вот здание второй, котельной, которая располагалась справа, особо привлекло внимание Андрея. Оно своим внешним видом ну никак не походило на котельную — очень красивое здание с окнами в два этажа. Одни окна были небольшими и располагались в двух уровнях, вторые двухстворчатые — как бы окна-двери были очень высокими и лишь немногим недотягивали до верха окон второго уровня. Все окна и их обрамления были архитектурно красочно выполнены. Помещение, в котором располагались котлы, не было двухэтажным, просто оно было очень высоким по своей производственной специфике. Но это помещение в два уровня всё же имело ещё один этаж — великолепные мансарды с комнатами и менее (нежели в жилых домиках) крутым склоном крыши из той же красной черепицы. Поэтому там имелись также чердачные помещения с небольшими треугольными окнами. Центральную часть мансарды венчала небольшая башенка-шпиль. Стены здания были окрашены жёлтой краской, на фоне которой хорошо выделялись узоры кирпичной кладки. О том, что это не жилой дом или здание какой-нибудь церквушки напоминала лишь круглая дымовая труба высотой с упомянутый шпиль. Неотъемлемой части котельной являлась также водонапорная башня, выполненная из белого кирпича в виде шестисторонней призмы. Эта башня была настоящим архитектурным шедевром — её расширенная вверху часть (где собственно внутри располагался водонапорный резервуар) имела три выступающих фрагмента с окнами в три уровня, а в промежутках между ними окна уже в один уровень. Выступающие фрагменты заканчивались острой конической кровлей, а центральную часть венчал красивый арочный шпиль. В общем, это здание достойно было увековечивания и для будущих поколений. Котельная, как узнал чуть позже Морозевич, была построена ещё в 1902-м году.

Андрей с Максимом прошли сначала в правую, а затем и в левую котельную. Сами котлы немецкого производства Андрею не были знакомы. Но ничего необычного собой не представляли. Теоретически с подобными котлами Морозевич был знаком. Вот только все котлы в котельной были паровыми, водогрейных котлов не было. А это опять таки повышенное внимание при работе с ними. Когда Андрей с сопровождающим вышли вновь на свежий воздух, тот попросил своего нового начальника немного подождать, а сам куда-то отлучился. Через время он появился вместе с мужчиной лет сорока двух — сорока пяти.

— Познакомьтесь. Это новый начальник теплохозяйства Андрей Николаевич Моро… — Максим не успел запомнить фамилию своего начальника.

— Морозевич, — подсказал Андрей.

— А это, — продолжил Фисунов, — начальник котельной Курт Никель. У вас в подчинении, Андрей Николаевич, кроме наших служащих будет немало немецких рабочих. Курт хорошо говорит на русском языке, а вот для бесед с остальными неплохо было бы вам подучить немецкий язык, — не смог удержаться от шпильки в адрес начальника Максим.

— Ничего, — улыбнулся Морозевич, — найдём общий язык.

Он немного побеседовал с Куртом, который, действительно, очень прилично владел русским языком. И вообще, начальник котельной — а эти оба помещения (как комплекс) было принято считать одной котельной — ему понравился. Он был среднего роста, слегка полноват и с приятным выражением лица. Разговаривал он спокойно, держался уверенно, но не старался показаться перед Андреем слишком знающим. А ведь он обладал теми знаниями, которыми Морозевичу ещё придётся постигать на практике. В разговоре он порой по делу улыбался, но не ехидничал, не смеялся. Они ещё немного походили по территории котельной, и Курт ему подробно рассказывал, что и где находится. Показавшаяся вначале Андрею гора угля на самом деле оказалась железнодорожной веткой с откосами, по которой подгонялись и выгружались вагоны с углём. Это Курт и сказал Андрею о дате возведения котельной. Наконец, Андрей попрощался с Куртом, и отправились с Максимом в обратный путь.

— А это тоже территория госпиталя? — спросил Андрей, указывая на здания, расположенные через дорогу напротив территории котельной и чудь дальше слева.

— Да, здесь есть пара госпитальных корпусов, а также некие составляющие госпиталя. Здесь находятся ещё станция переливания крови (СПК) и КУОМС.

— А что такое КУОМС?

— Курсы усовершенствования офицерского младшего состав. Более сокращённо мы называем их КУМС. Там и гостиница и общежития. Котельная обслуживает и все эти объекты.

— Я так понял, что отопление во всех помещениях на территории госпиталя, и здесь также, — кивнул головой Андрей на обсуждаемые здания, — только паровое.

— Да, паро-водяное, — вздохнул Максим.

Андрей не особенно вник в его ответ, но зато хорошо понял его вздох, вспомнив трубы и радиаторы в доме? 3 в борстельском городке. Но ведь при работе с котлами высокого давления должна проводиться водоподготовка, а потому не должны вроде бы трубы так зарастать накипью. — Ладно, — подумал он, — с этим ещё придётся столкнуться.

— А горячая вода, вероятно, образовывается в бойлерах, которые располагаются где-то в центральной части городка или непосредственно под корпусами. В котельной я бойлеров не видел.

— Под корпусами, — коротко ответил Фисунов.

Когда они перешли железную дорогу, Морозевич слева у домиков увидел копошащихся людей — он что-то раскапывали.

— Это не из нашей службы? — спросил он у Максима.

— Из нашей. Ремонтируют паропровод отопления к домам.

— Давай глянем. Мне уже всё же пора начать знакомится не только со зданиями, но и с работами, которые проводятся летом.

Он подошли к группе подчинённых Андрея. Те раскопали часть трубопровода и сейчас снимали с него рубероид и теплоизоляционную шлаковату. Там же находился газосварочный аппарат и пара отрезков новых труб. Андрей ещё раз поздоровался с ребятами и удивлённо протянул:

— Странно!

— Что странно то? — спросил его один из рабочих.

— Странно то, что трубы проложены просто в земле, без лотков. Эту трассу прокладывали явно не немцы, да и наши её проложили, наверняка, давненько. И в Союзе то сейчас не так часто увидишь трубы отопления проложенными просто в земле.

— Интересно, — протянул тот же рабочий. — Откуда вы можете знать, как немцы прокладывают трубопроводы?

— Ну, немного знаю, — улыбнулся Андрей.

Он расспросил, в чём состоит проблема. Оказалось, что проржавели некоторые участки труб, которые и приходится сейчас менять. Эти участки были отмечены ещё зимой по прогалинам в снегу — вырывавшийся из свищей в трубах пар разогревал в этих местах землю.