Лидия же, увидев Гарри, тихонько вскрикнула. Покосившись на жену, Франц увидел, что она побледнела как полотно.
Франц прекрасно понял чувства Лидии. Он повернул голову и, приблизив губы к ее уху, прошептал: «Будьте осторожны».
Лидия бросила на мужа вопросительный взгляд, закусила губу и отвернулась.
Франц снова оглянулся на принца и вдруг подумал:
«Плохо, что Гаст так чертовски высок. Обладай он моим ростом, он не казался бы таким представительным».
Принц, несомненно, производил впечатление. Проходя по залу, он приветствовал гостей, и все поглядывали, на него с почтением. Франц же хмурился и думал: «Это он в горах стал таким самоуверенным. А прежде, когда мы были мальчишками, Гаст был тихим. Да-да, именно я всегда был на первых ролях».
Встретив своего кузена после почти десятилетней разлуки, Франц поразился произошедшим в нем переменам. И эти перемены его совсем не обрадовали. Гаст по-прежнему оставался спокойным и сдержанным, но в этом спокойствии чувствовалась сила, которой прежде в нем не было.
Франц всегда думал, что стал бы лучшим, чем кузен, принцем. Но, увидев Гаста в его новой роли, он стал отчаянно ему завидовать. И он похитил невесту Гаста, стараясь унизить его. Франц решил сделать это в тот момент, как впервые увидел Лидию, и добился успеха. Успех всегда сопутствовал ему.
Но унизить Гаста не удалось. С присущей ему дьявольской расчетливостью он просто женился на младшей сестре Лидии.
Тут Франц впервые устремил взгляд на крошечную фигуру рядом с принцем — и замер в изумлении. Когда он в последний раз видел Чарити, она была очаровательной девочкой, но сейчас… перед ним была столь же очаровательная молодая женщина. «Да, она очень изменилась, — думал Франц. — У нее даже выражение лица совсем другое».
Минуту спустя принц наконец приблизился к нему и с приветливой улыбкой проговорил:
— А… вот и ты, Франц. Рад тебя видеть.
Франц поклонился, а Август с подчеркнутым дружелюбием протянул кузену руку. Они обменялись рукопожатиями. Затем Август повернулся к Лидии и снова улыбнулся:
— Как дела, леди Лидия? Вы, как всегда, прекрасны.
Лидия сделала реверанс и в смущении пробормотала:
— Счастлива вновь видеть вас, ваше высочество.
— Неужели? — Принц усмехнулся,
Франц нахмурился, но тут же взял себя в руки и проговорил:
— Вы замечательно выглядите, принцесса. Судя по всему, замужество вам на пользу.
Чарити внимательно посмотрела на Франца и ответила:
— Да, вы правы. — Повернувшись к Лидии, она протянула к ней руки: — Как приятно видеть тебя, дорогая. И разве не чудесно, что и Гарри с нами?
Лидия кивнула и обняла сестру.
— Рада видеть тебя, Чарити, — пробормотала она.
Тут Франц вдруг заметил, как Чарити наступила Гарри на ногу. Причем было очевидно, что она сделала это намеренно.
— Рад видеть тебя, Лидия! — Гарри улыбнулся и обнял сестру.
Принц взглянул на Франца и прошептал:
— Моя жена счастлива увидеться со своими родственниками. Она так ждала приезда Лидии…
Чарити взяла старшую сестру под руку:
— Почему бы нам втроем не посидеть и не поболтать? Я получила письмо от папы, которое, уверена, ты захочешь прочесть. Пойдем, Гарри.
Лидия бросила на Франца страдальческий взгляд, когда Чарити повела ее в другой конец зала. Франц покосился на принца и с усмешкой заметил:
— Я все думал, Гаст, почему ты устроил этот прием. По-моему, разумно с твоей стороны.
Принц пожал плечами:
— Идея принадлежит Чарити.
— Тогда все комплименты ей.
Август неожиданно улыбнулся:
— Я рад, что ты опять в Юре, Франц. — Он прикоснулся к плечу кузена и тут же отвернулся.
Вскоре принц и принцесса отправились на озеро Лейв, чтобы провести там рождественские праздники. Франц же, оставшись в Юлии, навещал друзей отца. Герцог Адаме был на редкость красноречив, и в конце концов ему удалось склонить некоторых юрских аристократов на свою сторону: он убедил их, что следует сместить Августа с трона и заменить его герцогом Марко.
Заговорщики собрались холодным январским утром во дворце графа Гессе. Их было восемь человек, и все они расселись в библиотеке вокруг большого стола. Предстояло решить, как именно осуществить заговор.
— Мы должны подготовиться лучше, чем Рупник и Гинденберг, — заявил барон Ладислав. — Никто из нас не хочет кончить жизнь с петлей на шее.
Все присутствующие вздрогнули при упоминании о прежних участниках заговора.
— Нет нужды убивать Августа, — заметил барон Гессе.
Граф Сигизмунд Корвинус нахмурился и проговорил:
— И как же, черт побери, вы собираетесь сместить принца с трона, не убивая его?
Тут Франц, до этого молчавший, наконец-то заговорил:
— Следует арестовать его и выслать из страны, прежде чем народу станет известно, что случилось.
Все повернулись к кузену принца.
— Легко сказать, Франц, — проговорил барон Хертлинг.
— Как мы сможем арестовать его? — спросил барон Аппель. — Ведь у Августа охрана и гвардейцы…
— Их можно подкупить, — подал голос кто-то из заговорщиков.
— Мы ни в коем случае не станем вовлекать в это дворцовую гвардию, — решительно заявил граф Гессе. — Нельзя повторять ошибку Рупника.
— О Боже, конечно, нет, — сказал лорд Аппель. Франц вопросительно взглянул на барона Ладислава, и тот проговорил:
— Мой шурин командует одним из кавалерийских полков. Если я скажу ему, что мы должны сместить Августа, чтобы избежать австрийского вторжения, думаю, Марк прислушается к нам.
Барон Хертлинг потянулся к стоявшей перед ним чашке с кофе. Сделав глоток, спросил:
— А что, если он откажется? Какие у нас гарантии, что он не отправится сразу к Августу?
Барон Ладислав приподнял густую черную бровь.
— Мой шурин всегда считал, что из него получился бы прекрасный маршал Юры. Но пока Август остается принцем, эту должность будет занимать Эмиль Саудер.
Надолго воцарилось молчание. Наконец граф Гессе проговорил:
— Мы не можем рисковать, надеясь, что никто из людей вашего шурина не побежит к Августу, Ладислав. Вспомните, что случилось с Рупником и Гинденбергом.
— Я проинструктирую Марка. Он ничего не сообщит своим людям об их миссии, пока они уже не будут в пути, чтобы арестовать Августа, — заверил всех Ладислав.
— Все это хорошо, — проворчал барон Хертлинг, — но что мы будем делать с ним после его ареста?
Все снова посмотрели на Франца. Тот пожал плечами и с невозмутимым видом проговорил:
— Посадим его на корабль и отправим в Англию. Все закивали.
Франц же тем временем продолжал:
— Полагаю, это устроит всех. У Гаста родственники в Англии, и они, конечно же, примут его. Он сможет прекрасно прожить в изгнании. — Франц усмехнулся и добавил: — Мы все это прекрасно знаем по личному опыту, не так ли?
