— Вот и ладно, — быстро ответила Софи. — Боз с Рафи присмотрят за мной. Мистер Брекнэлл может поручиться за них обоих.
Эдит явно пребывала в замешательстве.
— Я беру ответственность за мисс Логан на себя, — уверил ее Боз с невероятно серьезным выражением лица. — Времени осталось в обрез, и будет ужасным позором, если Тэму послезавтра будет нечего надеть невесте на палец.
— Ну, ладно, — сдалась Эдит. — Но привезите Софи домой до того, как стемнеет.
Однако когда они приехали в «Сесил», чтобы забрать Рафи, Софи потребовала встречи с Тэмом. Вялый, с землистым цветом лица, он лежал под одеялами в комнате с задернутыми шторами.
— Тебе не следовало приходить, — вздохнул Тэм. — Не хочу, чтобы ты видела меня таким.
— Врач уже осмотрел тебя? — спросила Софи.
Она положила ладонь на его горячий липкий лоб.
— Мне не нужен врач, — ответил Тэм раздраженно. — У меня всего лишь расстройство желудка.
— Возможно, все серьезнее. Голова не болит?
Тэм смахнул ее ладонь.
— Я пренебрегал «Наукой», поэтому мое телесное здоровье немного пошатнулось. Только и всего. Все, что мне нужно — немного молитвы и правильного настроя.
— Но и лекарства тебе бы тоже не помешали, — сказала Софи с досадой.
— Они не нужны, если вера тверда, — проворчал Тэм.
Софи провела пальцем по его щеке, поражаясь его упрямству.
— Если вера не поможет тебе встать с постели к завтрашнему утру, я пошлю за доктором, идет?
— Идет, сестра Логан, — согласился он, чуть слышно застонав.
Наклонившись, Софи поцеловала его в горячий лоб. Когда она уже направлялась к двери, Тэм окликнул ее хриплым голосом:
— Прости, милая, за несдержанные обещания. Потом я все возмещу.
— Выздоравливай. Это все, чего я хочу.
Послав ему воздушный поцелуй, Софи вышла.
***
Подсадив Софи в коляску, Рафи отдал кучеру распоряжение на его родном языке. Боз влез с другой стороны, и Софи оказалась между двумя молодыми лесоводами.
Она с ненасытным любопытством смотрела по сторонам, когда они, покинув широкие улицы британского Лахора, углубились в старый город. Чем ýже становились улицы, по которым они пробирались, тем выше были здания вокруг них, выполненные в мавританском стиле, с куполами и изысканной ковкой. Двери и окна лимонно-желтых и оранжево-розовых домов были затворены белыми ставнями от зноя полуденного солнца. В лавках торговали разноцветными россыпями сладостей. Жаровни, на которых с шипением пузырился кипящий жир, распространяли вокруг себя пряный аромат жареных лакомств.
Софи засыпала Рафи вопросами. Сколько лет этим зданиям? Чем занимаются местные обитатели? Где живет его семья? Можно ли ей зайти в мечеть? Расхохотавшись, он сказал, что не знает ответов на ее вопросы.
— Я лучше знаком с историей Эдинбурга, чем с историей Лахора, — признался Рафи с грустной улыбкой.
— Где живут твои родные, ты, по крайней мере, знаешь? — поинтересовалась Софи.
— Да, — подтвердил Рафи. — Этого я не забыл.
Но подробнее рассказывать он не стал. Наклонившись вперед, он что-то сказал кучеру, и через пару минут они остановились перед большим торговым центром.
— Это «Бхагат».
— Не похоже на ювелирную лавку, — сказала Софи.
Она оглядела прилавки, заваленные фарфоровой посудой и льняными изделиями, кальяны и инкрустированные столики, выставленные прямо у входа в магазин.
— В «Бхагате» торгуют всем на свете, — уверил ее Рафи. — Но особое внимание его хозяин уделяет драгоценным камням. Его ювелиры — лучшие в Пенджабе.
Софи сжала в пальцах скромное колечко с крохотным бриллиантом, подаренное ей Тэмом в честь их помолвки.
— Вообще-то нам не нужно что-то выдающееся, — сказала она. — Подойдет простое обручальное кольцо.
Рафи представил их мистеру Бхагату — высокому мужчине с бледной кожей и редкими седыми волосами. Он пригласил их в уютную гостиную, где чай уже был разлит в изысканные чашки из зеленого стекла. Перед Софи поставили подносы с кольцами, и она принялась их примерять, пока мужчины по-английски обсуждали приближающиеся соревнования по поло. Мистер Бхагат спросил у Рафи, по-прежнему ли тот играет, чем вызвал удивление у Софи.
— С тех пор как ушел в отставку, не играю.
— Но, должно быть, у вашего отца превосходная конюшня, как и раньше?
— Уверен, так оно и есть.
Достав портсигар, Рафи предложил собеседникам закурить.
— Но в Чанга-Манга нет спроса на чистокровных скакунов. Мы с Бозом по большей части ездим на велосипедах.
— Да, или на хромой серой кобыле, — рассмеялся Боз, — если удается выклянчить ее у ребят ремонтеров.
— Это те ремонтеры, у которых Тэм играет в теннис? — спросила Софи.
— Да, если можно назвать ремонтерами пару старых солдат с несколькими клячами и хромым псом, — ответил Рафи, выпустив облако дыма.
— Это хорошо, — улыбнулась Софи. — Хочу научиться ездить верхом как следует.
— У девушки, совладавшей со старым мотоциклом, — сказал Боз, — не возникнет проблем с лошадьми ремонтеров. Правда, Рафи?
— Ни малейших, — улыбнулся тот.
Софи выбрала тонкое кольцо из розового золота, а друзья Тэма в качестве подарка к свадьбе приобрели для нее опаловое ожерелье.
— Оно восхитительно, — произнесла Софи, тронутая их добротой. — Но не лучше ли вам купить что-нибудь для Тэма?
— Черный опал прекрасно вам подходит, мисс Логан, — одобрил их выбор мистер Бхагат.
— Тэм будет любоваться тобой, — сказал Рафи.
Софи зарделась от удовольствия.
— Спасибо вам.
Когда они вышли из магазина, время уже близилось к вечеру и улица погрузилась в тень.
— Кто-нибудь кроме меня хочет есть? Запахи из вон той лавки пробуждают во мне волчий аппетит, — сказала Софи. — Давайте купим какой-нибудь снеди и устроим пикник в садах Шалимара. Я еще не видела местных достопримечательностей.
Идея получила всеобщее одобрение, и Рафи повел остальных в лавку, где их дружелюбно поприветствовал беззубый старик. Он наполнил блюдо только что приготовленными тушеными овощами и треугольными печеными пирожками с мясом. В другой лавке они купили миндального печенья, оранжевой халвы и чаю.
В садах Шалимара друзья расположились рядом с прямоугольным озером, сверкающим в золотистом предвечернем солнечном свете. Софи вытащила из сумочки тонкую кашемировую шаль матери и расстелила ее на траве.
— Только не забрызгайте жиром единственную вещь, доставшуюся мне в наследство, — предупредила она.
Мужчины сняли свои тропические шлемы, и все трое с аппетитом принялись за ужин. Софи замечала косые взгляды, которые бросали на них прохожие.
