– Нахалка ты, Еваника. – Подруга беззлобно усмехнулась. – И как только я тебя терплю?
– Привычка – вторая натура.
Вот так, перебрасываясь колкостями, мы и отдохнули с полчаса, а потом о себе напомнила коварная росская погода – жара, сгустившись донельзя, пошла на спад, сменяясь духотой. Вилья, уже оседлавшая Тумана, заинтересованно посмотрела вверх и объявила:
– Ев, мы попали. В ближайший час гроза будет.
– Уверена?
Я посмотрела на все еще чистое небо, но много ли разглядишь по тому кусочку, что видем с поляны? Дальше все заслоняли раскидистые кроны сосен. Впрочем, эльфы могли предсказывать грозу за несколько часов, так что в способностях Вильки я ничуть не сомневалась.
– А то. Будь уверена – накроет нас грозой еще до того, как мы успеем доехать до ближайшего селения. До Лесавок еще полдня ехать, хорошо если к ночи доберемся, так что надо искать укрытие – ливень будет сильный, у гор они сама знаешь какие. Вымочит до нитки, пикнуть не успеешь. И спасибо если молнией не засветит.
– Виль, – вкрадчиво поинтересовалась я, – ты не забыла, что с ведуньей путешествуешь, а? Молнию-то я отведу, не проблема…
– Да, а от ливня тоже убережешь? – в тон мне отозвалась Вилья, грациозно вскакивая в седло и протягивая руку, чтобы помочь мне вскарабкаться на круп высокого жеребца.
Вот уж уела так уела. Честно говоря, я так и не научилась создавать нормальный магический полог, защищающий от дождя. Зачаровать от промокания одежду – это еще куда ни шло, но вот слепить из воздуха что-то вроде навеса я не могу. Вернее, могу, но с «небольшим» побочным эффектом – мой полог притягивал разряды молний получше любого дерева. То есть если оказаться под слепленным мною магическим навесом во время грозы, то можно с легкостью схлопотать разряд такой силы, что останутся одни обуглившиеся, практически неопознаваемые останки.
– Ладно, едем. – Я вздохнула, признавая правоту подруги. – Стяг тебе, то есть поводья, в руки – и вперед. Попробуем найти укрытие. В крайнем случае перекантуемся в лесу.
Легко сказать – найти укрытие в лесу, когда на полтора десятка верст вокруг нет ни селения, ни даже захудалой знахарской избушки. Хотя, может, и есть, но вот мы о ней не знаем, значит, придется ехать наобум, стараясь не сильно удаляться от дороги. Спустя час, когда до деревеньки Лесавки оставался еще добрый десяток верст, небо заволокло тяжелыми, почти черными тучами и в воздухе запахло приближающейся грозой.
Грохотнул гром, да так, что я, не боящаяся грозы в принципе, вздрогнула, а Туман сбился с шага, тревожно заржав и порываясь свернуть с дороги в лес. Я обеспокоенно посмотрела на потемневшее небо, в котором кружилась одинокая птичья стая в поисках убежища, и на лицо мне упала первая тяжелая капля начинающегося ливня. Блеснула зарница, на миг озарив сиреневые тучи белой вспышкой, и тотчас глухо пророкотал гром, словно подгоняя ливень.
– Виль, сворачиваем в лес! Там хоть не сразу вымокнем! – прокричала я, одной рукой держась за талию Ревилиэль, а другой шаря в бездонной суме в поисках плаща с капюшоном, зачарованного от промокания.
Моя подруга уже успела набросить на голову глубокий капюшон своей эльфийской куртки, но рыжие пряди, заплетенные в тоненькие косички на висках, все равно выбивались из-под темно-зеленой ткани, полоскаясь на усилившемся ветру языками пламени.
– Попробуем! В крайнем случае ты поколдуешь! – отозвалась Вилька, направляя коня по едва заметной тропинке между соснами.
Вы никогда не пробовали набросить плащ на плечи, сидя на крупе рысящего по лесной тропинке жеребца, когда ветки так и норовят хлестнуть по лицу? И для меня это оказалось в новинку. Пока я пыталась завязать горловину, два раза не сверзилась только чудом, имя которому – стихийная магия. А потом хлынул такой ливень, что даже зачарованный плащ моментально превратился во влажную тряпку, хотя, по идее, вода должна была просто стекать по плотному холсту.
Тропа почти сразу превратилась в ленту жидкой грязи с канавками и выбоинами, заполненными дождевой водой, а Вилье пришлось приструнить коня, который уже начал оскальзываться на влажной глине. Налетел ветер, и сосновый бор превратился в колышущееся в едином порыве зеленое море, а шелест ветвей напомнил о прибое. Я никогда не была на море, но наставник рассказывал о нем, сопровождая повествование весьма красочными иллюзиями.
С неба в лес упала ветвистая бело-голубая стрела молнии, сопровождаемая громовым раскатом и расколовшая от верхушки и почти до корня высоченную сосну, мимо которой мы только что проехали. Туман звонко заржал и встал на дыбы, едва не упав на скользкой тропе, а я вцепилась в Вильку, и только это удержало меня от падения в жидкую грязь. Подруга указала куда-то влево и направила туда коня.
Я пригляделась и увидела охотничью избушку, низенькую и кособокую, с крышей, покрытой мхом, и больше похожую на землянку с небольшой пристройкой-навесом, по которому стекали потоки воды. Вот уж повезло, я бы точно не заметила этот домик, если его можно так назвать, но переждать в нем значительно лучше, чем куковать под ближайшей елкой или сосной, опасаясь, когда по ней шарахнет очередной молнией.
Вилья шустро завела Тумана под навес, привязав повод к ближайшей, малость подгнившей перекладине, и тотчас метнулась к грубо сколоченной из толстых досок двери, которая от первого же рывка распахнулась. Подруга скользнула в проем первой, пригнувшись, чтобы не удариться лбом о низкую притолоку, я ввалилась следом, встряхиваясь, как промокший воробей, и приглаживая влажные волосы, завившиеся от дождя забавными завитками, которые наверняка торчали во все стороны, придавая мне комичный вид. Щелкнув пальцами, я зажгла под потолком голубоватый светлячок пульсара, осветивший помещение.
Через минуту стало ясно, что в избушке никто не живет где-то с зимы, а может, с осени, поскольку хоть углы и успели обрасти паутиной, но плесени нигде еще не было, да и крыша не текла, а простоял бы этот домик без ухода больше года, с потолка бы уже капало.
– Интересно, а где хозяева? – задумчиво проговорила Вилья, приподнимая за уголок плетеную дорожку посреди одной-единственной комнаты, из которой и состояла избушка.
Под ковриком оказалась небольшая дверца, ведущая в подпол, с тяжелым кольцом-ручкой.
– Может, в ближайшее селение перебрались? – предположила я, усаживаясь на зловеще скрипнувшую табуретку у небольшой печки в углу комнаты и прислушиваясь к дождю, хлещущему по оконцу, затянутому бычьим пузырем.
– Все может быть. – Вилька пожала плечами, отпуская уголок дорожки, и, пододвинув небольшую низенькую лавочку, уселась напротив меня. Звездочка пульсара спустилась чуть ниже, и ее отсветы отразились в зеленых глазах моей подруги. – Слушай, Ев, я так и не поняла, зачем мы чешем к драконам-то? Понятно, что я тоже хочу помочь Хэл и Мицарель, да и Данте за компанию, но ехать вдвоем к Алатырской горе… Ты хоть понимаешь, что драконы вообще-то инородцев терпеть ненавидят?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
