— Почему не могу? Еще как могу, — сказала Мискаль. — Запру в комнате, сяду на нее верхом, чтобы удостовериться, что ей не вырваться и не сбежать через окно. Но так, чтобы ненавязчиво? Ты же громче всех вопил, что она не должна знать, что ее ведут.
— Точно, — торопливо сказал Квиллан. — Я поступил как идиот, Мискаль.
— Истинно так, майор Квиллан, — согласилась Мискаль. — Но у вас есть еще одна попытка.
Передатчик некоторое время хранил молчание.
— Ты можешь гарантировать, что она не улетит в течение хотя бы трех дней? — спросил он.
— Не могу, — ответила Мискаль. — Да я не могу гарантировать, что Триггер не улетит в течение ближайших трех часов.
— Что, все обстоит так плохо?
— Да, — сказала Мискаль. — Хуже, чем просто плохо. Она все время контролировала себя, когда говорила с Племпони. Но я наблюдала за ней на тренировках. Я загружала ее, как только могла, но всему есть предел. Девочка держит себя в очень хорошей форме.
— Одной из лучших, как мне сказали, — произнес Квиллан.
— Я имею в виду состояние, а не внешний вид, — сказала Мискаль. — В любом случае она показывала прекрасные результаты. Если увеличить нагрузку, она сделается еще более раздражительной. Ты знаешь, как это бывает.
— Угу, — произнес он. — Нервы спортсмена.
— Оно самое, — согласилась Мискаль.
Возникла небольшая пауза.
— Как насчет того, чтобы выставить охрану на всех выходах Колониальной Школы? — предложил он.
— Ты в состоянии послать мне армию?
— Нет.
— Тогда забудь о своей идее. Она была студенткой здесь, помнишь? В прошлом году группа наших студентов тайно вывезла отсюда чучело реконструированного мастодонта и оставила в саду дома мэра Сеуса, просто ради смеха. Слишком много неконтролируемых выходов из кампуса. И Триггер, когда хотела, была самой большой проказницей из всех. Она легко исчезнет отсюда, если у нее возникнет такое желание.
— Ах, эта идиотская система порталов! — с чувством воскликнул Квиллан. — Самое кошмарное изобретение для тех, кто занимается наружкой! — Он тяжело вздохнул: — Ты победила, Мискаль! Специальный уполномоченный сейчас отсутствует. Но, независимо от того, появится он или нет, я пришлю за Триггер кого-нибудь. В крайнем случае, прилечу сам.
— Чудесно, мой мальчик! — с облегчением воскликнула Мискаль. — Выяснили что-нибудь в отношении вчерашних налетчиков?
— Немного. «Схватите ее, но не навредите ей» — таковы были инструкции. В остальном все выглядело точно также, как и в прошлый раз — дырка в той части мозга, где должна была быть реальная информация. Но, по крайней мере, теперь мы знаем наверняка, что охотятся за Арджи. Цена, кстати, вызывает дополнительный интерес.
— И какова же она?
— Ровно полмиллиона кредитов.
Мискаль присвистнула.
— Бедняжка Триггер!
— Ну, не скажи — вероятность того, что кто-то заработает эти деньги, весьма мала.
— Я тоже на это надеюсь. Она замечательная девушка. Ну хорошо, майор, я отключаюсь.
— Подожди, — сказал Квиллан. — Ты же спрашивала, не съехала ли девочка с катушек?
— Ну и..? — удивленно протянула Мискаль. — Ты же не ответил. Вот я и подумала, что это противоречит нормам безопасности.
— Вполне возможно, — признал Квиллан. — Все возможно. Я устал от всего этого. В любом случае, знай — я представления не имею, что с Триггер. И спецуполномоченный тоже. Но он волнуется. И через четыре дня Арджи — правда, она сама еще об этом не знает — встречается со специалистами из Психологического Сервиса.
— Эти яйцеголовые? — Мискаль была поражена. — И чего они хотят от нее?
— Ты знаешь, — задумчиво заметил Квиллан, — странное дело, но они почему-то не поставили меня в известность.
— А почему ты мне об этом рассказал? — спросила Мискаль.
— Скоро узнаешь, куколка, — ответил он.
* * *
Прислонившийся к стене охранник Университетской Лиги подобрался, когда открылся портал. Вышла Триггер, и охранник ей отсалютовал.
— Доброе утро, мисс Фарн.
— Славное утро, — лучезарно улыбнулась Триггер. — Почта была?
— Буквально двадцать минут назад.
Она кивнула, снова улыбнулась и прошла мимо в свой офис. Она всегда находила общий язык с полицейскими любого ранга, а уж с этими юношами из Лиги, которые были необычайно приятны и вежливы, и подавно. К тому же все они, как она заметила, обладали хорошо развитой мускулатурой, что было приятно глазу.
Закрыв за собой дверь, — необходимые меры безопасности Проекта «Плазмоид» — она обнаружила, что ее почтовый ящик пуст. Это означало, что вся входящая корреспонденция не представляла важности и уже обработана младшим персоналом. Попозже, вероятно, ей представится шанс небрежно подмахнуть подпись Раи Фарн на паре десятков писем и чеков. На редкость трудная работенка! Триггер села за стол.
Так она просидела некоторое время, постукивая по зубам ногтем. Почетный колониальный спецуполномоченный Холати Тэйт был, несомненно, самым умным человеком, которого она когда-либо встречала, что бы о нем ни говорили. Возможно, у него и в самом деле имелись веские причины держать ее в изоляции и в неведении. Вопрос заключался в том, каковы эти причины.
Безопасность…
Триггер наморщила нос. Безопасность не значила ничего. Вся и все, хоть как-то связанное с плазмоидами Старых Галактиан, держалось службой безопасности Федерации за семью печатями с того момента, как только их открытие стало достоянием общественности. А она находилась в эпицентре всего, что имело непосредственное к ним отношение. С какой это стати Холати Тэйт решил скрывать что-то от нее? Ведь даже это старое трепло Племпони оставался с ним в контакте.
Она почувствовала раздражение. Поэтому капризно передернула плечами и достала из ящика стола небольшой солидо-снимок. Поставив на стол, она угрюмо вгляделась в изображение.
На нее смотрело лицо невероятно красивого молодого человека. Изумительные темно-синие глаза, волевой подбородок, вьющиеся каштановые волосы. За мягкой, теплой улыбкой, которая всегда пробуждала в ней ответный жар, угадывался ровный полукруг белых зубов.
С Брюлом Нигером они были близки к тому, чтобы, наконец, объявить о помолвке после двух с половиной лет, прошедших с тех пор, как Прекол послал обоих на Мэнон для участия в проекте. Пока они учились в Колониальной Школе, то с нетерпением подсчитывали оставшиеся дни до отъезда. А теперь она торчала здесь, застряв на неопределенный срок, — если только не возьмет да и не предпримет что-нибудь в связи с этим ничего не деланьем, — а Брюл ждет на Мэноне. Планетная система Мэнон находилась в девяти днях полета, если путешествовать на самом высокоскоростном корабле. Ну, а если телепаться на обычном судне «Гранд Коммерс» или блаженствовать на лайнере, то путь займет аж два месяца. Эх, насколько же далек Мэнон!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
