Честно скажу, по моему мнению, это большая несправедливость, что генерал Младич не был генералом какой-нибудь крупной армии. Или не возглавлял в более подходящие времена большую армию, которая вела бы какие-нибудь освободительные войны. Вместо этого ему вот так не повезло — пришлось всю свою огромную силу и талант тратить на эту гражданскую войну. Парадокс в том, что он вёл войну, которую не имел права выиграть. И не хотел. Думаю, что, если бы была другая ситуация, о нём бы писали специальные военные исследования.
Так он вёл войну, которую воистину не смел выиграть. Если бы он случайно выиграл её, Сербия была бы разорена! Он ещё в 1992 и 1993 гг. легко мог победить в БиГ и заранее лишить хорватов и мусульман их будущих паравоенных подразделений!
Он сформировал — конечно, с помощью своих соратников и подчинённых — очень достойную армию. Нужно признать, что создал он её и на основе остатков ЮНА, части которой оказались в БиГ, точнее на основе тех, кто в ней состоял на 19 мая 1992 г. и кто не пожелал ее покинуть, будучи в основном уроженцами этой югославской республики. Они не захотели выполнить приказ Верховного командования ЮНА, а остались бороться вместе со своим народом и, я думаю, что поступили честно, несмотря на критику, которую обрушивают на них политики по чисто политическим соображениям. Благодаря остаткам распавшейся ЮНА и патриотическим чувствам её бойцов, которые были родом с этнически сербских земель БиГ, благодаря храбрости и отваге солдат и офицеров та армия в 1992–1993 гг. действительно намного превосходила другие боснийско-герцеговинские паравоенные формирования (мусульманские и хорватские) по всем боевым качествам — не по численности, а по составляющим боевой мощи. Благодаря всему этому Младич и его верховное командование могли легко выиграть ту войну, которую не они начали. Но они не победили, потому что не стремились к захвату территорий, а только обороняли те, которые считали этнически сербскими. Конечно, сейчас можно рассуждать, что это были за территории. Когда они дошли до границ тех территорий, они остановились. И правда в том, что не существовало ни одной крупной операции, которая говорила бы об агрессивных или имперских намерениях Армии PC.
Следовательно, эту войну Армия PC не выиграла потому, что выполняла приказ парламента, а именно шесть стратегических задач, которые Скупщина в Баня-Луке сформулировала 12 мая 1992 г. в связи с решением о создании Армии PC. Армия PC не стремилась нанести военное поражение противной стороне.
Одним из основных отличительных качеств Ратко Младича была его колоссальная жизненная энергия. Она в нём просто кипела, бурлила. Словами это трудно описать, но он очаровывал всех, когда бывал в добром расположении духа, и словно излучал тепло на окружающих.
Кроме того, он обладал даром простыми словами описать сложную ситуацию, и этим завораживал всех вокруг. В то время он был скорее очень одарённым, талантливым, чем образованным. Возможно, образованность даже мешала бы его таланту и силе. В любой ситуации он доминировал и находил простейшее решение.
Помимо этого, для него не существовало авторитетов, но и свой авторитет он не навязывал. Он держался с подчиненными просто, и к нему каждый мог обратиться в любой момент. Конечно, каждый должен был точно знать, что ему нужно, и иметь достаточно обоснований для своего предложения. И все подчиненные сознавали, что он знает намного больше их. Знали, что он ни одно предложение не примет с ходу, но легко согласится с предложением, которое достаточно обоснованно и ясно. Главное, что подчиненные его не боялись.
Он будто бы был в одно и то же время и солдатом, и командиром. Его соратники это знали. Он часто бывал среди бойцов и с оружием в руках вместе с ними воевал с врагом, что обычно не вяжется с положением командующего Главным штабом армии. А бывало, прицепит пушку к вертолету и перенесёт ее с сопки на сопку…
Я видел, как он держался в Женеве. Это было во время международных переговоров о Боснии и Герцеговине (1992–1993). Я был военным советником в делегации тогдашнего президента СРЮ Добрицы Чосича. При каждом удобном случае в свободное время я присоединялся к делегации PC. Они жили все вместе на одной вилле. Мне импонировало их единодушие и непосредственность. Помню, что они там сами готовили себе еду, а супруга президента Караджича им подавала. Мне там с ними было гораздо приятнее, чем, скажем, в «Хилтоне» или еще где-то.
На тех собраниях в Женеве председательствовал генерал Сатиш Намбияр, командующий силами ООН в БиГ, и должен признаться, хотя стараюсь быть беспристрастным, что генерал Младич превосходил их всех и там.
Вспоминаю, что в разгар одного из тех заседаний встал тогдашний командующий Армией БиГ Сефер Халилович (который до этой должности был всего-то майором в ЮНА) и драматически, с трибуны, требовал прервать переговоры. В том смысле, что, пока мы тут тратим время на переговоры о мире, жители Сараево остались без воды, потому что Армия PC перекрыла её подачу в город.
Правда, это вызвало тягостное молчание.
Младич спокойно и решительно вышел за ним на трибуну и сказал:
— Господин председатель, прошу вас, пусть генерал Халилович покажет на карте Сараево, о каком источнике идет речь, в каком месте он перекрыт, и я немедленно дам приказ, чтобы воду пустили.
Халилович не мог ничего показать, потому что такого случая просто не было. Тогда генерал Младич обратился к присутствующим:
— Вы видите, генерал Халилович лжёт!
И вернулся на место. Тем самым он показал, что полностью владеет ситуацией и пользуется непререкаемым авторитетом у своих подчинённых, и те, если что, беспрекословно выполнят его приказ.
Тогда все СМИ уделяли ему и Слободану Милошевичу исключительно большое внимание.
О гаагском обвинении
Как эксперт Гаагского трибунала в деле генерала Галича, командира Сараевско-Романийского корпуса, когда речь заходит о генерале Младиче, я должен сказать, что его обвинили и в том, что было, и в том, чего не было.
Два ключевых момента: первый — осада и обстрел Сараево, а второй — геноцид в Сребренице. Что касается Сребреницы, намерение прокуратуры МБТЮ — доказать, что всё, что произошло в Сребренице и квалифицировано как преступление, сделано по приказу Младича. Не существует ни одного документа, а я сам пересмотрел их тысячи, из которого можно заключить, что Младич отдал подобный приказ. К сожалению, в Сребренице действительно произошло преступление. Это бесспорно. Спорным является масштаб преступления. Трудно торговаться из-за числа жертв: и один безвинно убитый — это преступление.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
