Покалечить может!
Лошадь, коснувшись моей руки, отошла в глубину поляны.
Встречи в пути
Единственная известная мне роскошь – это роскошь человеческого общения.
Антуан де Сент-Экзюпери
Мне везло на хороших и интересных людей.
Своего мужа я встретила в университете. Он долго и упорно пытался со мной познакомиться без успеха, пока не был официально представлен одним из друзей. Через месяц, накануне Нового года, сделал мне предложение, а в августе следующего мы поженились.
Он был сыном известного армянского архитектора. История его родителей трагична.
После поражения в войне с турками русское правительство настаивало на создании армянского государства по Сан-Стефанскому миру 1878 года. Но под нажимом Британии это было отменено Берлинским трактатом. И в течение семи лет турки планомерно вырезали армян, захватывая их земли и имущество.
Их считали «пятой колонной» за то, что они тянулись к русским, потому убивали и издевались с особой жестокостью. У здоровых молодых людей и у мальчиков-подростков, способных носить оружие, шанса выжить практически не было.
Моя свекровь Вергине была удивительным человеком. Более мудрой женщины я никогда не встречала. В своё время ей пришлось быть и председателем колхоза, и судьёй. Она владела русским так же свободно, как и армянским, и прекрасно знала русскую и армянскую историю и литературу.
Судьба её не баловала. Вергине родилась в очень богатой семье в городе Карс, бывшей столице Карского армянского царства, захваченного в XVI веке турками. В 1877 году Карс был взят русскими и в 1878 году отошёл к России. Но в 1921 году по личному распоряжению Владимира Ленина Карс вновь отошел к Турции.
* * *
Когда началась страшная резня армян в 1915 году, моей будущей свекрови было три года. Обладая феноменальной памятью, она помнила до деталей всё, что произошло в то страшное время.
Отца и его братьев зарезали у неё на глазах. Оставили только самого слабого и болезненного дядю, который собрал и вырастил сирот семейного клана. Спасая детей, оставшиеся в живых взрослые бросали поместья и бежали в Россию. По дороге останавливаясь в заброшенных домах, топили печь ассигнациями, которые сумели прихватить с собой. Их путь лежал через Араратскую долину на Кавказ. Однажды за ними погнались янычары, отличавшиеся особой жестокостью. Стариков и детей загнали в озеро. Взрослые, в надежде спасти малышей, держали их высоко над головами. Вдруг вдали появился отряд армянского национального героя Андраника Паши, который их спас. Дали несчастным хлеба, сахара для малышей и отправили обоз через Араратскую долину. Так моя свекровь – царство ей небесное! – оказалась в советской Армении.
История отца моего мужа, Манука, была ещё более трагична. Он тоже родился и вырос в местечке недалеко от Карса и тоже потерял родителей. Турки не убивали лишь тех, кто, отрекаясь от христианства и наступив на икону, принимал ислам.
Отца Манука убили, а его, шестилетнего мальчика, бросили на груду горевших трупов. Ожоги от трупного жира остались на его ноге на всю жизнь.
Спас малыша турецкий офицер. Завернул в бурку и отвёз к Араратской долине. Спустил на землю, дал кусок хлеба и сказал: «Беги прямо, никуда не сворачивай. Там твоя новая родина».
Была зима. Босой, он пробежал через всю долину, питаясь кореньями и оставшимися на кустах ягодами. Дошел до Гюмри (ныне Ленинакан). На базаре он увидел свою бабушку. Когда Манук подошел и, дернув её за подол, позвал: «Аде!» – она упала в обморок. Перед изголодавшимся ребёнком выложили всю еду, какая была в доме. Но Манук, уже тогда много читавший, помнил рассказ о моряках, которые после длительного голода, наевшись, умирали, и первое время пил только бульон. Когда мальчик полностью поправился, бабушка отдала его в американский интернат. При тестировании у Манука обнаружили способности к рисованию и черчению. Когда Красная Армия наступала на Армянскую Республику, американцы стали вывозить детей-беженцев в Штаты. Манука и ещё нескольких малышей отправить не успели, опоздали на один день.
Получив образование, он стал главным архитектором города Ленинакан. Во время землетрясения 1988 года здания, включая роддом, построенные по проектам моего свёкра, уцелели. В новом роддоме погибли все роженицы и новорождённые.
Мой свёкор был образованным человеком. Знал шесть языков, включая древнегреческий и древнееврейский, на котором читал Библию. Им была собрана огромная библиотека, в которой были и редкие книги. Он тяжело болел последние годы и умер относительно молодым.
Распродавая потихоньку ювелирные украшения, доставшиеся от покойных родителей, и редкие книги, свекровь дала всем четверым детям отличное образование. Оба сына стали учёными, а девочки получили дипломы с отличием.
* * *
Мой муж, закончивший школу в Ереване с золотой медалью, одновременно получил диплом художественной студии Мартироса Сарьяна. Манук надеялся, что старший сын продолжит его дело. И чтобы не расстраивать отца, мой муж закончил архитектурный институт.
Вручив родителям диплом в качестве подарка, он решил поступать в аспирантуру МГУ на механико-математический факультет. Документы у него, естественно, принять отказались, посоветовав сначала закончить соответствующий факультет. Он пошёл к ректору Ивану Георгиевичу Петровскому, который славился своей интеллигентностью и добротой. «Хорошо, – сказал тот, – давайте сделаем так: если вы сдадите отлично все экзамены, я распоряжусь, чтобы вас приняли в аспирантуру». Через две недели все экзамены были сданы на «отлично».
В характере моего мужа было удивительное сочетание ответственности, дисциплины и авантюризма. Он всегда очень хорошо учился, был первым учеником и в школе, и в институте. Но при этом в нем рано обнаружились деловые качества, начисто исчезнувшие позднее, когда он всерьёз занялся наукой. Учась во втором классе, он организовал в домашнем гараже целую фабрику по производству кастетов и продавал их местным хулиганам. Когда подпольное производство обнаружила мать и спросила, что это такое, он, не моргнув глазом, сказал, что это игрушечные танки для соседских детей. Деньги текли рекой. Доморощенный фабрикант приглашал друзей в кино, покупал сёстрам килограммы мороженого и ходил в рестораны. Называя официанток по именам, давал им щедрые чаевые. Однажды, когда он доедал свой обед в дорогом ресторане в центре Еревана, туда вошёл его отец. Он был не один – со своей секретаршей, так что оба сделали вид, что незнакомы.
После этой встречи родители фабрику прикрыли.
Я очень смеялась, когда свекровь рассказывала мне эту историю.
* * *
В начале 70-х годов судьба подарила нам встречу с известным, ныне покойным писателем, Юрием Мамлеевым и его женой Машей. Мы дружили. В 1978 году они улетали на постоянное место жительства в Штаты. Юра был потрясен тем, что из всех его многочисленных друзей и поклонников, пришли провожать в аэропорт только мы с мужем.
Мамлеевы познакомили нас
