В известной степени образ Ерша Ершовича отражен и в литературе — в сказках М. Е. Салтыкова-Щедрина и Д. Н. Мамина-Сибиряка («Аленушкины сказки»).
В «Байке о щуке зубастой» ерш снова появляется уже как советник, обещающий спасти рыб от щуки зубастой, главного их врага. Однако и здесь он сохраняет некоторые черты обманщика-героя «Сказки о ерше»: он уводит рыб в мелкие речки, где они попадаются рыбаку в уху.
Дележ гуся (Афанасьев, № 499). Сюжет этой сказки давно был обработан в древнерусской литературе в повестушке «О разделившем по писанию куря», а в XVIII веке он встречается в жартах. Сметливый бедняк оказывается умнее в этой сказке и богатого мужика, и барина, который вынужден наградить его.
Новый богатырь Берденик (Зеленин, Вятск. сб., № 43; записана от Андрея Ивановича Бледных), Сказка об Алеше Голопузом (Азадовский, № 4; записана Е. Барсовым). Обе сказки, дающие сатирический портрет самонадеянного хвастуна, лже-героя, который тем не менее легко одерживает победы, представляют своеобразные пародии на лубочные тексты повестей о воинских подвигах сказочных витязей, по преимуществу, взятых из переводных романов.
Сказка о лисе и волке (Смирнов, № 293), Лиса и кувшин (А. А. Эрленвейн. Народные сказки, собранные сельскими учителями. М., 1863, № 34), Лиса и журавль (Афанасьев, № 33), Лиса и тетерев (Смирнов, № 67), Кот и лиса (Афанасьев, № 40), Напуганные медведь и волк (Афанасьев, № 44), Журавль и цапля (Афанасьев, № 72). Сказки о животных (немногие образы которых мы включили в сборник), частично сложенные еще в доклассовый период, продолжали развиваться в период феодализма, причем и старшие их образцы и вновь возникавшие включали элементы сатиры. В образах сказочных животных запечатлевались определенные черты характера людей, их поведения, взаимоотношений людей разного социального положения. В сказках о животных складывались типичные образы, которым уподоблялись люди в пословицах и поговорках, а позднее — в баснях, где сатирические элементы сказок о животных получили особо широкое развитие.
Русская басенная традиция теснейшим образом связана со сказками о животных. В баснях постоянные черты героев сказок (лисы, волка, медведя и проч.) окончательно закрепились. Напомним хотя бы такие басни И. А. Крылова, как «Лиса», «Лиса-строитель», «Лисица и виноград», «Лисица и осел» и многие другие, где каждое животное — выражение определенной черты: лиса — хитра, волк — жаден, глуп, медведь — добродушен, неповоротлив, и т. п.
В творчестве советских писателей-сатириков сказки о животных также отразились главным образом в баснях. Общеизвестны басни Сергея Михалкова, где давно знакомые образы сказок о животных приобрели новые черты, хотя и связанные с их основными, сказочными. В басни поэта вошли образы лисы («Лиса-проныра», «Лиса и бобер» и др.), волка («Волк-травоед»), медведя и проч.
Ворона (Зеленин, Вятск. сб., № 71; записано от Кузьмы Михеева), Ворона-Карабута (Зеленин, Пермск. сб., № 89). Оба варианта сказки — сатира на царя, его чиновников, суд и пр. В ткань первого варианта вплетена этиологическая легенда.
Лиса-исповедница (Афанасьев, № 15). Сказочный образ лисы — хитрой, лукавой, лицемерной — был в XVII веке использован в русской демократической сатире для разоблачения лицемерия и своекорыстия духовенства. Автор «Сказания о куре и лисице» представил в образе лисицы, приглашающей исповедаться у нее петуха и упрекающей его в нарушении правил христианской морали, на самом же деле замыслившей съесть «кура», формальное благочестие духовенства, за которым скрываются его жадность и лицемерие. Эта повесть через рукописные сборники, лубочные тексты и сборник конца XVIII века «Старичок-Весельчак» была усвоена сказочниками. Записанные устные тексты сказки «Лиса-исповедница», как показывает их исследование, представляют пересказ прозаической редакции «Сказания о куре и лисице», причем сказочники пропускали из своего оригинала то, что относится в нем к обличению формального благочестия: «...убеждения лисы в необходимости покаяния, церковные доказательства греховности петуха, его оправдания. Зато прочно привились в сказке бытовые моменты повести, особенно рассказ о посещении лисой курятника» (В. П. Адрианова-Перетц. Очерки по истории русской сатирической литературы XVII века. М.—Л., 1937, стр. 187—190).
Основные собрания сказок, использованные при составлении книги
М. К. Азадовский. Русские сказки в Карелии (старые записи). Петрозаводск, 1947.
А. Н. Афанасьев. Народные русские сказки. Под редакцией М. К. Азадовского, Н. П. Андреева, Ю. М. Соколова. Academia — Гослитиздат, М.—Л., 1936—1940.
А. Н. Афанасьев. Народные русские сказки не для печати. Рукопись, в Институте русской литературы Академии Наук СССР. Архив, № Р-1, опись 1, № 112.
В. П. Бирюков. Дореволюционный фольклор на Урале. Свердловск, 1936.
В. Н. Добровольский. Смоленский этнографический сборник, ч. I, СПб., 1891.
Д. К. Зеленин. Великорусские сказки Вятской губернии. Пгр., 1915.
Д. К. Зеленин. Великорусские сказки Пермской губернии. Пгр., 1914.
Н. Г. Козырев. Сказки Островского уезда Псковской губернии, 1912—1913. Рукопись. Архив Географического общества СССР. Разряд 32, опись 2, № 42.
Н. Е. Ончуков. Северные сказки. СПб., 1908.
Д. Н. Садовников. Сказки и предания Самарского края. СПб., 1884.
А. М. Смирнов. Сборник великорусских сказок архива Русского Географического общества. Вып. I—III, Пгр., 1917.
Б. и Ю. Соколовы. Сказки и песни Белозерского края. М., 1915.
И. А. Худяков. Великорусские сказки. Вып. I—III, М., 1860—1862.
А. А. Эрленвейн. Народные сказки, собранные сельскими учителями. М., 1863.
Список сокращений
Азадовский — М. К. Азадовский. Русские сказки в Карелии (старые записи). Петрозаводск, 1917.
Афанасьев — А. Н. Афанасьев. Народные русские сказки. Под редакцией М. К. Азадовского, Н. П. Андреева, Ю. М. Соколова. Academia — Гослитиздат, М.—Л., 1936—1940.
Афанасьев, Рукопись. — А. Н. Афанасьев. Народные русские сказки не для печати. Рукопись, в Институте русской литературы Академии Наук СССР, Архив, № Р-1, опись № 1, № 112.
Афанасьев, Прилож. — А. Н. Афанасьев. Из «Заветных сказок». Народные русские сказки, т. III, М.—Л., 1940, стр. 362—467. (Приложение III).
Зеленин, Вятск. сб. — Д. К. Зеленин. Великорусские сказки Вятской губернии. Пгр., 1915.
Зеленин, Пермск. сб. — Д. К. Зеленин. Великорусские сказки Пермской губернии. Пгр., 1914.
Новиков — Н. В. Новиков. Сказки Филиппа Павловича Господарева. Петрозаводск, 1914.
Ончуков — Н. Е. Ончуков. Северные сказки. СПб., 1908.
Садовников — Д. Н. Садовников. Сказки и предания Самарского края. СПб., 1884.
Смирнов — А. М. Смирнов. Сборник великорусских сказок архива Русского Географического общества. Вып. I—III, Пгр., 1917.
Соколовы — Б. и Ю. Соколовы. Сказки и песни Белозерского края. М., 1915.
Худяков — И. А. Худяков. Великорусские сказки. Вып. I—III, М., 1860—1862.
Словарь областных слов, встречающихся в сказках[48]
Азям — кафтан, шуба, армяк.
Баско — хорошо, красиво.
Батог (бато) — дубина.
Беремя — тяжесть, ноша, груз.
Бурка — медведь (объяснение И. Худякова).
Бучить — вымачивать.
Вершки — пакля (объяснение И. Худякова).
Взаболь — действительно, в самом деле.
Взголцыл (взголчил) — заговорил, закричал.
Виловатый — развилистый.
Вызнять — поднять.
Выть — обед, еда.
Вязка — веревка.
Головицы — льняные головки.
Горшеня — гончар.
Жадать — нетерпеливо ждать, желать.
Забрякать — застучать.
Завидливый — завистливый.
Заганул — загадал.
Загнет — яма для золы в предпечьи.
Затипать — задавить.
Затухать — задыхаться.
Зоблиться — хлопотать, заботиться.
Казак — работник.
Калякать — говорить.
Канун — пиво, брага.
Косица — висок.
Коты — башмаки.
Кочедык — шило для плетения лаптей.
