– Ну, во-первых, бежать отсюда не стоило таких уж больших усилий, – заметил Танг. – Эта восхитительная молодая леди – не забыть бы поцеловать ей руку – просто выпустила меня.
– Эта «восхитительная молодая леди», как вы изволили ее назвать, для вас отныне – командор Элен Ботари. А принимая во внимание то, чем вы ей обязаны, вам следует не целовать ей руку, а отдавать честь, – отрезал Майлз. Ледяной тон этой отповеди удивил его самого, и, чтобы скрыть замешательство, он жадно припал к пакету с соком.
Танг с улыбкой приподнял брови:
– Понимаю…
Майлз не без усилий вернулся к основной теме разговора.
– И все-таки почему? – настойчиво повторил он.
Улыбка исчезла с лица капитана.
– Потому что в пределах блокадного кольца ваше соединение – единственная сила, которая может воткнуть иголку в задницу Оссера.
– Чем же он вам так насолил?
Злоба капитана вряд ли была наигранной.
– Он нарушил условия контракта. Согласно им, в случае потери моего корабля в бою он обязан был предоставить мне новый.
Майлз кивнул, ожидая продолжения. Танг понизил голос, словно кто-то мог их услышать:
– Да, командующий вправе наказать меня за мои промахи. Но унижать перед подчиненными!.. – судорожно сжав кулаки, он замолчал.
Воображение Майлза с легкостью дорисовало картину. Адмирал Оссер, взбешенный неожиданным поражением после длившейся целый год вереницы побед, наорал на Танга, который и без того чувствовал себя не лучшим образом. Глупо. Дальновидному командиру следовало бы знать, что уязвленное самолюбие легко обратить в сокрушительную ненависть к врагу. Но в целом ситуация представлялась вполне правдоподобной.
– И вот вы пришли ко мне. Со всеми офицерами, вы говорите? И с пилотом?
«Боже мой, – вдруг осенило Майлза, – ведь это шанс! Снова удрать на его корабле – и от пеллиан, и от фелициан, и от оссеровцев, и от новоявленных дендарийцев, черт бы их побрал…»
– Все со мной. Кроме офицера связи, естественно.
– Что в этом естественного?
– Ах, да вы же о нем ничего не знаете… Он агент какого-то правительства, его обязанность – надзор за оссеровским флотом изнутри. Ему, я думаю, хотелось присоединиться к нам – ведь мы неплохо притерлись друг к другу за шесть лет совместной службы, – но куда денешься от основных обязанностей. Он попросил извиниться за него.
Майлз озадаченно заморгал:
– И что, подобные люди у вас – обычное явление?
– Разумеется. Они разбросаны по всем соединениям наемников, – он пристально посмотрел на Майлза. – А у вас разве не было агентов? Большинство капитанов, правда, вышвыривают их прочь, как только выясняется, кто они такие. Но мне эти люди нравятся. Великолепно подготовлены и надежнее большинства других – если, конечно, вас не угораздит воевать с их планетой. Доведись мне («Боже упаси!») воевать с Барраяром или с кем-нибудь из их союзников – хотя вообще-то они предпочитают не обременять себя союзами, – тогда я, конечно, в первую очередь избавился бы от этого парня.
«Неужели меня раскусили? – ужаснулся Майлз. – Если тот связист был агентом капитана Иллиана, то почти наверняка. Интересно, какие выводы он сделал? Во всяком случае, с надеждами скрыть все от отца можно распрощаться».
Он почувствовал, как выпитый сок неудержимо расползается по верхней стенке желудка. Чертова невесомость. Нет, пора завязывать с этим питьем. Не хватало еще, чтобы все узнали, что вдобавок к своим явным физическим недостаткам адмирал наемников страдает космическим вариантом морской болезни. Сколько фатальных решений было принято командирами в минуты телесной немощи! История об этом, к сожалению, умалчивает…
– Что ж, капитан, – сказал Майлз, подавая собеседнику руку, – я принимаю вас на службу.
– Я рад, адмирал Нейсмит. Так я теперь должен вас называть, если не ошибаюсь?
Майлз скорчил ироническую гримасу.
– Вроде того.
Танг усмехнулся уголком рта:
– С удовольствием послужу тебе, сынок.
Когда он ушел, Майлз задумчиво уставился на заблудившуюся в невесомости здоровенную каплю сока. Потом протянул руку и поймал ее в кулак. Жидкий шар тут же рассыпался на сотни малиновых капелек, облепивших его с ног до головы. Майлз тихо выругался и поплыл на поиски полотенца.
«Ариэль» задерживался. Торн в сопровождении Арда и База повез бетанское оружие в расположение основных сил фелициан, чтобы через некоторое время вернуться с пилотом-курьером. Пока от них не было ни слуху ни духу. Майлз потратил пару дней, убеждая генерала Хэлифи выпустить подчиненных Танга из камер, и когда это ему наконец удалось, он обнаружил, что заняться совершенно нечем. Оставалось ждать и волноваться.
Корабли появились в пределах видимости на пять суток позже, чем он предполагал. Майлз немедленно вызвал Торна на связь и потребовал объяснить причину задержки.
Тот ответил обольстительной улыбкой:
– Это сюрприз. Вы будете обрадованы. Приходите в причальную секцию – увидите.
Сюрприз? Господи, какой на сей раз? Майлз начинал понимать, почему Ботари предпочитает любым приключениям обыденность и скуку.
По пути к причалу он успел разработать несколько вариантов, как поставить на место нерадивых подчиненных. Но воплотиться не было суждено ни одному. Ард бросился к нему навстречу и быстро зашептал:
– Встаньте-ка вот сюда, милорд.
Потом обернулся и крикнул:
– Баз, давай!
Из переходного туннеля донесся нарастающий грохот шагов. Через секунду показалась голова разномастной колонны, составленной из особ обоего пола. Некоторые были облачены в военные комбинезоны, остальная же часть напоминала странствующую выставку галактических мод. Мэйхью построил их длинным прямоугольником и рявкнул: «Смирно!»
Среди этой пестрой толпы выделялся ровный квадрат, образованный дюжиной кшатрианских имперских наемников. Впрочем, при ближайшем рассмотрении оказалось, что их аккуратная черная форма местами заштопана и ей недостает кое-каких деталей. Разные пуговицы, почти до дыр истертые рукава и штаны, стоптанные каблуки ботинок – давненько, должно быть, они покинули родную планету. Не успел Майлз подивиться устойчивости их выучки, как его внимание привлекло умопомрачительное зрелище: в зал вошли два десятка цетагандийских легионеров в полной боевой раскраске – ни дать ни взять демоны из китайского храма. Ботари, испустив сочное ругательство, схватился за плазменный пистолет, но Майлз жестом успокоил его.
Он пошел вдоль рядов. Несколько матросов с пассажирских и грузовых судов, какой-то пожилой джентльмен в нелепой набедренной повязке – впору было рассмеяться, если бы его облачение не дополнял патронташ и угрожающих размеров плазменное ружье. Темноволосая женщина сказочной красоты лет тридцати пяти или около того, в окружении четырех техников – видимо, ее подчиненных. Увидев Майлза вблизи, она широко раскрыла глаза. Да не мутант я, не мутант, мадам, раздраженно подумал Майлз и двинулся дальше.
Когда поток из туннеля наконец иссяк в зале собралось около ста человек. У Майлза голова пошла кругом.
Торн, Баз и Ард, чеканя шаг, приблизились к своему молодому командиру. На их лицах была написана бесконечная гордость.
– Баз, – Майлз сделал в воздухе неопределенный жест, – что это такое?
– Дендарийские новобранцы, милорд! – гаркнул Джезек, вытягиваясь во фрунт.
– Разве я поручал вам набирать солдат?
«Неужели я был тогда настолько пьян?..» – мелькнуло у него в голове.
– Вы говорили, что нам не хватает персонала для обслуживания оборудования. Я сделал соответствующие выводы и – вот!
– Черт подери… Откуда вы их притащили?
– С Фелиции. Из-за блокады там застряло около двух тысяч инопланетян. Команды грузовых судов, пассажиры, бизнесмены, техперсонал – всех понемногу. Как видите, даже солдаты есть. Конечно, не все здесь бойцы… Пока.
– А эта сотня, как я понимаю, – отборные?
– Ну, как сказать… – Баз опустил глаза и стал ковырять палубу носком ботинка. – Я давал им оружие на сборку-разборку. Тех, кто не пытался запихнуть обойму плазменного ружья в гнездо на рукоятке нейробластера, я нанимал.
