— Да ты просто больной ублюдок, Роард! — тут я с Дагнаром абсолютно согласна. Такого психопата еще поискать. И я ему еще позволяла себя ласкать и трогать? Бр-р! Какая гадость!
— Разве? — смех Роарда тоже выглядел не вполне здоровым, вызывая колкие мурашки по всему телу со страстным желанием ну хоть чем-то его заткнуть. — Признайся, Дагнар. Как только я сказал о возможности вернуть в наш мир настоящую Илларию, ты не смог не отреагировать на это соответствующим образом. Или забыл, как гонял эту девчушку по священному храму ардорских сейм, намереваясь отрубить ей голову, если вдруг окажется, что она самозванка?
Я, к слову, тоже попыталась как-то пошевелиться и заодно понять, что же на самом деле происходило с моим телом. Ощущения были весьма странными, но очень отличительными от тех, что мне пришлось впервые испытать во дворце в момент похищения. Да и подниматься все выше и выше над землей — воодушевления никакого не вызывало. Поскольку упасть с подобной высоты и не сломать себе ноги — это тебе не из темы испытания легкого недомогания по Алисе в Зазеркалье.
— Ты ни черта обо мне не знаешь, Роард! И лучше бы ты меня убил…
— Не переживай. Как только я разберусь с проклятием и верну все на свои места, доберусь потом и до тебя. Как ни крути, но физической комплекцией ты обладаешь намного лучшей. Когда вернется Иллария, позаимствую у нее древнюю магию и уже использую тебя по полной, как и планировал. Убивать тебя, правда, нельзя, но это тоже не проблема. Сотру память, заменю ложной, заберу все твои жизненные силы и внешнюю красоту и наконец-то доведу свою миссию до ума. А там, глядишь, с силами Илларии и до других великих целей рукой подать.
— А не слишком ли многого ты себе напланировал? Хотелка не треснет?
Как же мне не терпелось что-нибудь сотворить с этим напыщенным нарциссом и самого спустить с небес на землю — желательно лицом об очень твердую поверхность. Но я все еще не понимала, какими возможностями обладала и как их использовать по назначению. Нужно было срочно вспоминать, что же я делала на испытаниях и как запустила проникшую в мое тело магию.
Да мне, по правде, и сейчас казались не совсем понятны те ощущения, которыми меня переполняли чужие заклинания. С одной стороны они действительно не давали мне шевелиться, подняв меня над алтарем уже где-то метров на три-четыре, не меньше. Но с другой, я действительно чувствовала что-то еще. To, что мое тело поглощало какую-то часть наложенных на меня заклятий, это я поняла едва не сразу, как и выражения лиц всей колдовской четверки. Роадру, конечно, было полегче, оттого он и не затыкался, пытаясь на словах доказать свое непобедимое превосходство. А вот тройке его миньонов в этот момент едва ли можно было позавидовать
Каким-то образом я чувствовала, что им всем приходилось с каждой последующей секундой прилагать все больше и больше усилий, чтобы удержать на мне свою магию. Которая, к слову, сливаясь с моей неслабой защитой, уже начала выдавать какую-то странную и явно незапланированную реакцию. Вокруг меня, точнее от моей кожи, стало выделяться странное волновое свечение спектральных оттенков. И чем дальше меня пытались парализовать и что-то сделать сверх того, тем ярче становилось данное свечение, и оно даже принялось выпускать более яркие искры.
— Не переживай. В этот раз у меня все должно получиться! — но судя по раскрасневшемуся от перенапряжения лицу Роарда и проступившим на его лбу крупных капель пота, на деле для него все выглядело не таким уж и радужным. — Актиус шанда! АКТИУС ШАНДА!
Кажется, с древнего сеймовского языка это значило "Врата откройтесь!".
— Дорман тус! Актиус Шанда! — громким, почти рычащим гласом, от которого не только высыпали мурашки, но и волосы встали дыбом. Хотя, последнее, скорее от того статического напряжения, которое сейчас во всю источало мое тело.
"Заклинаю вас! Врата откройтесь!"
— Помощь случаем не нужна? — не скажу, что мне было совершенно нестрашно в эти моменты, но визжать и кричать о помощи почему-то не тянуло. Тем более, что мое внимание очень скоро было привлечено каким-то движением со стороны деревьев. И пока Роард хриплыми воплями требовал от каких-то невидимых врат срочно открыться, за это время я успела проследить за восхитительным передвижением далеко немаленького Круша, который, будто огромная, темная и очень гибкая тень, сумел одолеть немаленькое расстояние от деревьев леса до границы круга древнего капища. Никогда бы в жизни не подумала, что у подобного зверюги имелись подобные способности, особенно, если вспомнить, как он скакал по моим императорским покоям, когда хотел со мной играться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— АКТИУС ШАНДА! — в последний раз прокричал свой призыв Роард, и я невольно скосила взгляд через плечо, почувствовав странную вибрацию за спиной, которая вдруг начала перетягивать через меня поток магических сил.
Самое приятное, у меня наконец-то получилось повернуть голову. Только то, что я увидела, должного восторга не вызвало. Потому что я уже видела и раньше подобное светопреставление в виде "водных" бликов, собравшихся теперь в живой трехмерный круг прямо за мной, и из центра которого в мою сторону начали тянуться световые щупальца. Правда, в этот раз мое тело не намеревалось рассыпаться на молекулы и не отвечало на попытки межмировых врат затянуть меня в себя. Более того, благодаря тем силам, которые уже успели во мне накопиться за последние минуты, я почувствовала, что могу всему этому сопротивляться и… Даже пошевелить руками и ногами.
— Дорман тес Иллария! Каптус! Каптус эр масарж!
"Призываю тебя Иллария! Услышь (меня)! Услышь и приди!" — да уж. Ну и заклятия.
— А ты уверен, что она поведется на твой сомнительный зов? Все- таки она действительно могущественная ведьма, в отличие от тебя.
— Ей не нужно отвечать на мой зов. Это сделают врата. Найдут ее и доставят в наш мир.
Как же было забавно наблюдать за тем, как Роард пыжится и даже мне отвечает, при этом не замечая, что происходит у него за спиной. А там уже за это время успело много чего интересного произойти. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не прыснуть со смеху и не выдать присутствие Круша раньше времени. Правда зверь уже успел проползти между идолами и костровой чашей и теперь затаился прямо над группкой все еще колдующих диверсантов. Жаль только Роард выступил впереди своих помощников и находился сейчас от Круша дальше других.
В любом случае, картинка выглядела весьма живописной. Из-за чего меня то и дело порывало расхохотаться.
— Я так понимаю, если кто-то из вас сейчас сдаст позиции, то не видать тебе Илларии, как своих ушей?
— Врата уже открываются. И будут открытыми благодаря тебе, пока я не решу, что делать дальше с Илларией и с тобой.
Пока я отвлекала Роарда всем, чем только могла, Круш уже подполз к центральному магу из тройки соучастников Роарда и начал очень медленно подниматься над головой выбранной жертвы, поблескивая всеми своими прозревшими глазищами и раскрывая, будто в коварной улыбке-оскале свою весьма зубатую пасть. Дагнар, к слову, тоже присмирел на своем месте, не издавая ни звука и почти неподвижно наблюдая за действиями великолепного зверюги.
— Я это… Чисто из интереса. Если вашу компашку раскидать по всему лесу, то всем твоим гениальным планам после этого придет кирдык? В смысле, они тут же накроются медным тазом?
— Женщина! Может уже хватит меня отвлекать? Или ждешь, когда я заткну твой рот кляпом?
— Женщина? Вот знаешь… меня еще до этого никто так не оскорблял. Хотя… все уже и не упомнишь. Короче. Я с тобой соглашусь. Пора уже этот балаган сворачивать. Круш! Фас!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Глава 17-3
Истошный вопль одного из магов-помощников Роарда на несколько секунд разнесся не только над древнейшим капищем ардорских ведьм, но и, наверное, достиг ближайшей границы окружающего нас леса. Хотя, да, не повезло несчастному, так не повезло, особенно в тот момент, когда он испуганно обернулся и увидел над своей головой раскрытую пасть голодного монстра. После чего, естественно, обернулись и все остальные. Правда, немного поздновато. Поскольку Круш, не к обеду будет сказано, в то же мгновение сомкнул на несчастном свои жуткие зубки, заглотив того в себя едва не на треть и заодно прервав душераздирающий крик своего позднего ужина.
