Алякринский — молодой и талантливый человек, чувствующий и знающий рок наизусть. Нам не приходилось его лечить, подсовывать какие-то фирменные записи, напрягаться, объясняя, чего мы хотим добиться, короче: делать все те бессмысленные движения, которые являются традиционными на российских студиях при общении со звукорежиссерами.
Андрюха — веселый и спокойный человек, что имеет огромное значение при записи большого альбома. Он всегда имеет множество отличных продюсерских идей, его подход к записи тяжелогитарного рока уникален для России. Не будет преувеличением сказать, что на наших записях он становится пятым членом группы. Его присутствие на альбомах «Тараканов!» весьма велико, и мы счастливы, что можем работать с ним.
Для записи «ПОПКОРМа» с помощью Андрея мы арендовали барабаны DW, большие старые Marshall 800 и 900, и крутейший басовый комб. Писались мы на этот раз днем, десятичасовыми сменами. Мы провели в Питере около двух недель, проживая на съемной хате, которую нам помог найти наш приятель Вова Матушкин, гитарист Markscheider Kunst.
Вечерами мы варили борщи, пили водку и тусили по клубам вместе с Дусером из «Текилы».
Мы отлично проводили время и даже сыграли несколько концертов на шару, просто так, в те дни, когда у нас не было смен на студии. Группа была отлично подготовлена к записи: сказалось огромное количество репетиций, которые мы получили у Володи Епифанцева на его «Фабрике».
Мы писались легко и непринужденно, отписав все инструментальные треки за четыре смены. Еще в две смены я записал все вокалы, включая основные бэки, которые на этот раз спел сам. Мы также планировали привлечь к записи большое число приглашенных музыкантов. Ими в итоге стали парни из «Markscheider Kunst», кайфово подпевшие и подыгравшие нам на «Пит бросил пить». Аня и Маша из вокального дуэта «Анима» спели псевдофольклорные бэки на «From Russia with Punk». Чувак Сергей, из группы «Кафе», наиграл кантри-вступление к «Тупой свинье». Я также обращался к Кащею из «Spitfire» с просьбой помочь нам с поиском двух духовиков. Мне очень хотелось иметь несколько нот сыгранных на тромбоне и трубе в соло «Если бы я был самым главным». Кащей ни с того ни с сего (до этого у нас всегда были вполне дружеские отношения) включил полнейшего мудака и объявил за каждого духовика из «Spitfire» ценник в 500$ в час. После чего был, конечно же, послан на хуй. Жаль только, что я забыл поинтересоваться, кто именно после записи будет сосать у нас хуи — он сам или тромбонист с трубачом? За такие деньги я сам могу на трубе научиться играть.
Немногие знают, что песня «Русский рок» впервые была записана для «ПОПКОРМа». Правда, после того, как я предложил сделать ее, чуваки не оценили юмора, и песня не вызвала должного энтузиазма. Группа отказалась репетировать ее, но я верил в эту вещь и поэтому записал соло с одного дубля, аккомпанируя себе на басу. Естественно, в таком виде песня не могла войти в основной тираж альбома, однако сгодилась как «бонус-трек» для коллекционного издания.
«ПОПКОРМ» вышел еще более эклектичным, чем «Посадка». Здесь был поп-панк, НоэФэКСятина, скейтборд, ска, регги, серф, латин-джаз, кантри, мелодик-хардкор и всякого другого стаффа навалом. Но, несмотря на это, альбом звучал цельно и круто. На самом деле «ПОПКОРМ» оказался первой нашей записью, которой мы остались целиком довольны и не обломались по сей день. Андрей смог справиться с одной очень важной задачей. Ему удалось перенести живой звук группы на пленку, не смягчив и не размазав его. С этим вроде бы несложным делом, как правило, не справляются российские звукорежиссеры, пишущие панк-звук. Самые беспредельные живые группы звучат на записях излишне рафинировано. Пленка, а уж тем более цифра (если люди пишутся на дешевых цифровых студиях или в домашний комп) нивелирует грязь и шероховатости, сглаживает острые углы и смягчает мощь.
Не привыкшие к звуковому анархизму студийные операторы подсознательно направляют все свои усилия на подчистку готовых фонограмм, на доведение до «нормального» по их представлению уровня. Запись же панк-рока или хардкора требует другого подхода. Здесь необходимо, используя дорогое, профессиональное студийное оборудование постараться, тем не менее, оставить запись сырой. «Дорого, но грязно», как говаривал Майк Полещук.
Мы вернулись в Москву в середине ноября. До конца года альбом выйти не успевал, поэтому его релиз был отложен на начало марта. А в конце января мы должны были отправиться в свой первый заграничный тур.
Еще год назад я впервые списался по e-mail с Леной Шмидт, русской девушкой, живущей в Швейцарии и делавшей тур для «Markscheider Kunst». Я спросил ее, не было ли бы ей интересно ввязаться в тур панк-группы из России. Лена долго сомневалась, но все-таки попросила выслать ей демо. После того, как пластинка дошла, она решила попробовать что-то сделать для нас. Лена не является профессиональным букин-агентом, на тот момент она даже не была в DIY системе, широко распространенной в Европе. Ей было интересно пробовать делать туры для русских групп, для нее это был новый опыт и возможность встречаться с соотечественниками. Кроме всего прочего, путешествия — всегда кайф. Приключения, новые знакомства, перемена мест, все дела.
Итак, взявшись за наш тур, Лена смогла получить для нас несколько дат еще весной 99-го. Однако, те деньги, которые мы могли заработать этими концертами, не покрывали и малой части наших затрат. Группа должна была получить визы, купить авиабилеты, а внутри страны арендовать мини-вэн для перемещений, и свой бэк-лайн. Так турит большинство европейских панк и хардкор-групп. Правда, автобус и аппарат у них, как правило, свой, а не арендованный, им не нужно лететь из Москвы до первого города тура. Если тур делает агентство, то эти затраты оно берет на себя, но, все равно, музыканты не получат ни копейки, пока вложенные деньги не будут отбиты назад.
Нам было необходимо получить столько концертов, чтобы гонорары за них, в сумме своей отбивали все вложенные средства. Такое количество забитых дат мы получили примерно к сентябрю. Все даты были в конце января — начале февраля 2000 года. Мы должны были провести в Европе около двух недель и сыграть за это время двенадцать концертов в двенадцати городах Швейцарии. Никогда до этого нам не приходилось играть с такой частотой в таком количестве разных мест. В Швейцарии, стране размером с московскую область, никому неизвестная русская панк-группа может выступать с туром в двенадцать концертов подряд, не имея ни радио-поддержки, ни контракта! В огромной стране России та же группа, хуячащая почти девять лет, готовящаяся выпустить шестой альбом и давно уже получившая клеймо «селлаут», за все время (!) своего существования не смогла посетить двенадцать разных российских городов. За девять лет! А тут две недели. Почувствуйте разницу!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
