Первый опытный метеоспутник «Омега» был запущен в феврале 1958 года (АИ). Приборный отсек 1К заменили более длинным отсеком спутника-разведчика. В нём располагалась опытная энергоустановка с двигателем Стирлинга, подогреваемым от радиоизотопного источника. Теплоотвод был организован через систему тепловых труб — сведения по ним в «документах 2012» были, и их изготовление уже было налажено.
Маховик Стирлинга, установленного в кардановом подвесе, одновременно служил опорным маховиком для системы ориентации спутника. Проектировала систему ориентации лаборатория под руководством Бориса Викторовича Раушенбаха, пока ещё не академика.
В спускаемом аппарате метеоспутника была установлена также пока что опытная система телевидения высокой чёткости, дававшая разрешение в 1125 строк.
Телевизионное изображение со спутника принималось через систему ретрансляторов, установленных на дирижаблях. Для просмотра использовалась проекционная телевизионная аппаратура с размером экрана 12 кв. м. Но теперь аппаратура была доработана. Сигнал шёл одновременно на три проекционных кинескопа. Свет от них проходил через светофильтры и формировал на экране цветное изображение.
(В конце 1950-х годов в Московском научно-исследовательском телевизионном институте (МНИТИ) создали опытную систему военно-штабной связи «Трансформатор», позволявшую передавать изображения с разрешением 1125 строк. http://zebrafilm.ru/text/text_25.htm)
(В 1953 г специалистами МНИТИ в кинотеатре «Эрмитаж» установлена проекционная телевизионная аппаратура с размером экрана 12 кв.м. http://www.mniti.ru/about/history/)
Управление спутником вначале шло как обычно, из Центра управления полётом, в качестве которого тогда использовался пункт связи в Крыму, на горе Кошка. Но параллельно уже строился ЦУП под Москвой, а также было сделано несколько мобильных комплектов аппаратуры, в контейнерном исполнении. Перед обзорным экраном также стоял выносной пульт, с которого можно было управлять ориентацией спутника, нацеливая камеры в нужном направлении.
Королёв пригласил Хрущёва посетить Центральный институт прогнозов Главного управления гидрометслужбы (С 1965 г — Гидрометцентр СССР), где был установлен обзорный экран. Под него пришлось отдать актовый зал института.
Когда Никита Сергеевич увидел переоборудованный специалистами МНИТИ зал института прогнозов с установленным там обзорным экраном, на котором медленно вращался гигантский облачно-голубой шар Земли, он тихо охнул и произнёс:
— Ни хрена себе кинотеатр!
— Это ещё что, Никита Сергеич, — усмехнулся Королёв. — Прошу сюда, — он пригласил Хрущёва подойти к пульту перед экраном.
Посреди пульта, между многочисленными кнопками и лампочками, были установлены два небольших штурвальчика. Королёв взялся за них, и изображение на экране вдруг начало медленно поворачиваться.
— Попробуйте, — предложил Сергей Павлович.
Хрущёв осторожно взялся за штурвальчики и повернул сначала левый. Изображение качнулось и поплыло вверх. Он повернул правый, и изображение медленно сместилось в сторону.
— Это что, мы сейчас прямо отсюда спутником управляем? — спросил Первый секретарь. — И вот так вот выглядит Земля из космоса?
— Именно, Никита Сергеич. Прямое управление ориентацией спутника сделано не только из ЦУПа, но и из Института прогнозов, — ответил Королёв. — Конечно, предварительно метеорологи с нами согласовывают каждый сеанс управления. Чтобы не получилось так, что они камерами вертеть будут, а мы в это время начнём орбиту корректировать.
— Да-а... Не, я, конечно, картинки в ноутбуке видел, — сказал Хрущёв. — Но чтобы вот так... да ещё на таком огромном экране... и самому спутником управлять... Сергей Палыч, дорогой, это же фантастика! Вот здесь прямо ощущаешь, что будущее наступило!
— Ну... вроде того, — улыбнулся Королёв.
— Вот что, — сказал Никита Сергеевич. — Надо, чтобы эту картину вся страна видела. Давайте организуем прогноз погоды по телевидению, в новостях, на фоне этого экрана. И ещё. Надо ещё один комплект аппаратуры отвезти на Брюссельскую выставку и там показать всем. Сергей Палыч, а можно ли выделить, скажем, пару часов в день на время выставки, чтобы посетители тоже могли сами, из Брюсселя, вот так же порулить спутником?
— Это надо с метеорологами согласовать, — ответил Королёв. — Но технически это возможно. Надо только пару дирижаблей-ретрансляторов над Европой повесить.
— Повесим, — заверил Хрущёв. — Вы поймите, это ж какая пропаганда советской науки получится!
Он тут же позвонил директору Центрального телевидения Георгию Александровичу Иванову, сменившему на этом посту Владимира Спиридоновича Осьминина, и попросил его приехать в ЦНИИ прогнозов. Когда Иванов подъехал, Хрущёв с гордостью показал ему обзорный экран. Иванов, не ожидавший увидеть ничего подобного, был в шоке.
— Георгий Александрович, а давайте прогноз погоды на фоне этого экрана по телевидению показывать? В конце «Последних известий», — предложил Никита Сергеевич. — Телестудию здесь устроить сможете?
— Сможем, — уверенно ответил Иванов. — Только с метеорологами согласовать бы надо.
— Сейчас согласуем!
Сопротивляться натиску Первого секретаря ЦК метеорологи не смогли. Решение было принято на месте, как часто бывало у Хрущёва. С марта 1958 года счастливые обладатели телевизоров, которых в стране усилиями Министерства радиопромышленности становилось всё больше, могли теперь видеть на экране собственного телевизора неторопливое вращение планеты и бег облаков. (АИ) Те, у кого телевизоров не было, а таких, к сожалению, пока что было подавляющее большинство, бегали «смотреть погоду» к соседям.
(В 1958 г в СССР было примерно 2,5 миллиона телевизоров http://www.tvmuseum.ru/search.asp?cat_ob_no=17&order_by=c.e_docdate+desc&ob_no=17&a=1&pg=11)
Предприимчивые директора кафе, работающих допоздна, начали покупать телевизоры, с экраном побольше, и устанавливали их в зале. Маркетинговый ход действовал безотказно — к 19.00, когда начиналась передача «Последние известия» (Программа «Время» в 21.00 начала выходить в 1968 г.), все кафе с телевизорами обычно уже были полны народа. Все смотрели вечерние новости, с нетерпением ожидая прогноза погоды.
Конечно, постепенно все привыкли, и вскоре вид Земли из космоса у многих уже не вызывал удивления. Но при тогдашней малой распространённости телевизоров поначалу это зрелище пользовалось невероятной популярностью.
Особенно бурно реагировали жители в сельской местности. С 1956 года началось интенсивное развитие сети телецентров, телевещание охватывало всё большие и большие площади страны. Но в сельской местности телевизоров было в разы меньше, чем в городах. В основном они стояли в клубах, иногда ещё — у председателя колхоза, у агронома. Это если в селе вообще было электричество, а было оно тогда не везде.
Поэтому вечером в клуб набивался народ со всего колхоза. Люди с нетерпением ждали, когда диктор скажет: «А теперь — прогноз погоды», — и на крошечном экранчике КВН-49, увеличенном водяной или глицериновой линзой, появится симпатичная девушка на фоне гигантской дуги медленно вращающейся планеты.
Вторым большим проектом, над которым работал Королёв, был спутник фоторазведки.
Принятая Главкосмосом заранее, более сбалансированная космическая программа позволила заблаговременно начать проектирование, изготовление и опытную отработку многих важнейших систем, в частности — фотоаппаратов для спутника-разведчика и фототелевизионной установки для предстоящей фотосъёмки Луны. К началу 1958 года эти важнейшие целевые системы были спроектированы, собраны и проходили опытную отработку.
Телевизионная система, пусть даже высокой чёткости, на 1125 строк, не могла дать снимков достаточного разрешения, которые устроили бы военных. На тот момент для космической разведки альтернативы фотоплёнке не было. Фотоплёнка, само собой, использовалась специальная, размер кадра для фотоаппарата СА-10 для топографической съёмки, с фокусным расстоянием 200 мм составлял 180х180 мм. Два фотоаппарата СА-20 для крупномасштабной съёмки имели объективы длиной в метр и диаметром в 100-150 миллиметров. Съёмка производилась на плёнку с размером кадра 300х300 мм. Они снимали через иллюминаторы в боковой стенке спускаемого аппарата.
Вместе эти три фотоаппарата составляли фотокомплект «Фтор-2». Их оптика была рассчитана в ГОИ, сами фотоаппараты разработаны и изготовлены на Красногорском механическом заводе, а плёнку поставляло Шосткинское ПО «Свема».
При высоте полёта 200 км комплект фотоаппаратов мог заснять полосу земной поверхности шириной 180 км. Запас плёнки в 1500 кадров позволял снять 5,4 миллиона квадратных километров земной поверхности, с разрешением около 10 м.
