— Не я. Мадина. Я не смогла. Струсила. А она — нет. Она отняла у них силу и убила своим родовым заклинанием, я узнала рисунок. Юнона ошиблась. Тринадцатая дочь из пророчества — это не я. Это Мадина.
— Но как же…
— А вот так. Это её история, а не моя. Это она первой встретила оборотня. Но про это никто, кроме нас, не узнал, и все подумали на нас с тобой. Наши с ней судьбы так тесно переплелись, что невозможно стало понять, из-за кого всё происходит. Но вот эта способность — тянуть силы из других — она ведь только у неё есть. А я… Её родовой ритуал — вот чего не хватало. И как только он попал ей в руки, всё сложилось. Кажется, вся моя роль заключалась лишь в том, чтобы отдать ей тетрадь, — я рассмеялась сквозь слёзы. — Не слишком густо для «избранной», да?
— Ты — моя избранная, Лейла. Всё сложилось так, как сложилось, — Артур успокаивающе погладил меня по щеке. — Лично я даже рад, что ты не «орудие судьбы». Не то, знаешь, возгордилась бы, отказалась бы борщи варить, а они у тебя вкусные.
— Борщи? Как ты вообще можешь думать о борщах? — я неверяще уставилась на него и утёрла дорожки слёз.
— Я жрать хочу дико. Ещё и поранился, а после этого всегда жор нападает.
— Если найдёшь мой рюкзак, то, возможно, в нём всё ещё есть бутерброды. Не думаю, что вид у них сильно товарный… всё-таки они пережили локальный апокалипсис. Но ты попробуй.
Артур убедился, что со мной всё хорошо, и ушёл. Привёл Эльвиру. Она держалась за голову и тяжело дышала.
— А ведь у меня даже дара нет. И оборотня нет. И дочери нет, — тускло сказала она, садясь рядом.
— Дочь у тебя есть. И какая! Решительная, несгибаемая — такая же, как ты. А оборотни? Ты просто не всех ещё перенюхала. Отправим тебя в тур по другим стаям, будешь им рассказывать, что у нас тут случилось.
— Мама, ты как? — плюхнулась рядом Мадина и обняла нас обеих. — Ты прости, мам, я чуть-чуть не рассчитала. В следующий раз буду аккуратнее.
— В следующий раз? — тяжело вздохнула Эльвира.
— Ну, в следующий раз, в кругу. И не смотри на меня так. Что мне теперь, не колдовать, что ли? — возмущённо уставилась на нас Мадина.
— Нет, конечно. Колдуй. Просто дай время привыкнуть к тому, насколько ты особенная.
— Мам, хватит тебе! Ничего я не особенная. Просто Лейла ритуалы не разбирала с нами вчера. А так она бы сама всё сделала. Я просто подхватила. Потому что выбесили они меня, вот что! Заманали своим враньём, правилами, запретами. Сколько это терпеть можно? Мы ни к кому не лезли, мам. Они нас сами позвали. Кто к нам с дебильным законом придёт, тот от него и погибнет! Всё, закрыли тему. Я пойду к Игорю.
Она спрыгнула со стола и исчезла в дверном проёме.
— Я воспитала массовую убийцу. И горжусь этим, — сипло проговорила Эльвира. — Со мной что-то фундаментально не так.
— Мы просто живём в мире, где нет простых ответов. Хорошо, что она смогла. Ведь я — нет.
— Ты слишком человек, Лейла. И за это мы все тебя так любим. Ты предпочитаешь защищаться, а не нападать. Это не слабость и не трусость.
— Тимея смогла бы.
— Тимея — однозначно. Но две Тимеи — это перебор, — грустно усмехнулась Эльвира. — И потом, это уже не важно. Ты отразила первые удары, без этого Мадина бы не справилась. Она ведь не умеет ставить такую защиту. Ты — защитница, а она — воительница. Пусть будет так.
— Знаешь что? Вот вернёмся домой и будем учиться. Все виды защиты, все виды нападений… Всё, что есть. Я с Юноны учебник какой-нибудь стрясу в качестве моральной компенсации. Надоело быть недоучкой. И машину научусь водить! И лавку открою! И замуж выйду! Да! — в запале я махнула рукой и чуть не свалилась со стола. — И если хоть один ведьмак ко мне хоть на сотню метров подойдёт — церемониться с ним не буду. Правильно Мадина сказала. Заманали!
В этот момент Давид принёс Тимею и усадил на стол напротив.
— Побудьте пока тут. И никуда не ходите.
— Я сейчас разве что под себя смогу сходить, — просипела Тимея, держась за голову. — Где эта валькирия? Зацелую нахрен!
Тут вернулась Мадинка и обняла нас всех.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Неужели на этом всё? — устало спросила я.
— Размечталась! Жди новых неприятностей! — фыркнула Тимея.
____ От автора: Я так долго хранила интригу, что чуть не лопнула! Не терпится обсудить это с вами в комментариях! Вам понравилась глава? Только очень прошу — без спойлеров!:)
Глава 22
О новых неприятностях
Ждать пришлось долго. Я рассекла кожу на предплечье и напоила браслет кровью. Но сил затянуть рану не осталось. Пришлось перевязывать. Да уж, «избранная» из меня, как из бутылки молоток. Даже ранку пустяковую вылечить не могу. Хоть подорожник иди прикладывай, но даже это не получится — зима на дворе.
Здание заполонили оборотни, ведьмы и новые ведьмаки с важными лицами. Все ходили и с пиететом смотрели на Мадину, уплетающую шаурму. Я есть не могла. А ещё я никогда не испытывала такого тотального чувства облегчения. И благодарности за это облегчение. Я радовалась, что Мадина не металась по комнате, снедаемая муками вины и совести. Потому что я бы на её месте делала именно это. Взять и оборвать чужую жизнь — про это только в книжках легко писать. Наверное, Мадина всё ещё жила в мире, где есть только белое и чёрное, и все враги — плохие по умолчанию. Я надеялась только, что этот выбор не станет преследовать её по ночам. Не станет сниться в кошмарах. И не станет той точкой невозврата, после которой заканчивается критичность к своим поступкам и начинается комплекс бога.
Но я никогда не поделюсь этими мыслями с Мадиной. Она спасла мою жизнь, и поддержать её выбор — это мой долг. И быть с ней рядом, вместе разбираться с последствиями — тоже. Вероятно, она — самое могущественное существо на Земле. И теперь её самоощущение — наша общая проблема. Сейчас она с наслаждением откусывала от сочной шаурмы и болтала ногами, сидя на столе. Я улыбалась, глядя на неё. Тимея материлась на все лады. Эльвира неверяще смотрела на дочь.
— Девочки, там всё готово, — позвала нас Надежда, бочком миновав оборотня-охранника на входе. — Ждём только Мадину и вас.
Она одарила нас тёплой улыбкой и ушла.
— Нам сейчас лавров насуют в панамку? — закатила глаза Тимея.
— Не нам, а Мадине, — улыбнулась я.
— Скорее уж нам в панамку, а Мадине — лавров, — тяжело спустилась со стола Эльвира. — И новый закон вдогонку. Что нельзя дышать по понедельникам.
У входа появились наши оборотни. Я с благодарностью опёрлась на руку Артура, ноги держали плохо. Нас повели обратно в помещение арены. Меня передёрнуло, когда мы вошли. Ненавижу это место. Всегда буду его ненавидеть!
Ровные ряды скамеек и целые стены смотрели с насмешкой. Ничто не напоминало о том, что пару часов назад тут сложили головы сотни ведьмаков. Тысяча триста одиннадцать, если быть точной. Оборотни добили тех, кто выжил после удара Мадины. Об этом я старалась не думать. Несмотря на всё сделанное, ведьмаки для меня оставались личностями. Не функциями. Но я давно выбрала сторону, и какой бы кровавой и отвратительной ни была победа, я разделю её с близкими. Если эти смерти предотвратят войну, то, возможно, я найду им оправдание.
Крепко сжала руку своего оборотня и покорно села рядом с ним в первом ряду возле арены. На неё вышла Надежда и поправила просторное шерстяное платье.
— Сегодня особенный день. Трагичный и радостный одновременно. Сегодня сбылось последнее пророчество Илиары Видящей, и тринадцатая дочь восстала против ведьмаков. Никому из присутствующих не нужно объяснять, почему это произошло. Так было предначертано судьбой задолго до рождения многих из вас. Мне жаль, что сегодня в этом зале оборвались сотни жизней. Но мне не жаль миропорядка, который они унесли с собой в небытие. Не зря я так долго коптила небо, теперь и умирать не страшно, — Надежда улыбнулась, глядя на сектор, заполненный ведьмами. — Сегодня я, Верховная ведьма круга Несогласия объявляю Новый Порядок. Отныне каждая ведьма будет сама выбирать, с кем ей жить и ложиться в постель. Мы снимаем все ограничения по инициации и отношениям. Но это ещё не всё. Мы больше не позволим ведьмакам забирать наших детей. Хотите воспитывать потомство — живите с ведьмами. С нами останутся наши сыновья так же, как оставались дочери. Мы больше не будем отделять мужские рода от женских, отрывать братьев от сестёр и сыновей от матерей.
