Витт занимался также фундаментальной наукой, изучая историю коннозаводства и механизмы наследования различных биологических признаков лошадей, и оставил после себя немало научных трудов, среди которых — «Орловская рысистая порода в историческом развитии линий» и написанная в соавторстве книга «Конские породы Средней Азии». Последняя примечательна тем, что в ней, вопреки традиции считать самой древней и «чистой» породой мира арабскую, Витт отдает пальму первенства ахалтекинской лошади. Систематизация Виттом данных по ахалтекинским лошадям позволила по-новому взглянуть на историю коневодства всего мира.
После Гражданской войны в стране еще оставалось небольшое количество уцелевших американских рысистых жеребцов. Для разведения в чистоте их было слишком мало, и требовалось прилитие свежей крови, но это было затруднено из-за закрытости СССР. Поэтому специалистами было принято решение продолжить путь дореволюционных метизаторов, разводя помесей орловских рысаков с американскими «в себе». Так был создан русский рысак — одна из самых многочисленных заводских пород нашей страны, рысистая лошадь призового направления, по типу более близкая к американскому рысаку, чем к орловскому, но превосходящая орловского по резвости. Впрочем, достоинства новой породы не ограничивались успехами на ипподроме: русский рысак стал также и массовым улучшателем в коневодстве.
Орлово-ростопчинская порода не пережила Гражданскую войну, в том числе по причине своей изначальной немногочисленности. Но сразу после войны по инициативе маршала СССР, командующего Первой конной армией С. М. Буденного началось ее восстановление на основе оставшихся в живых всего лишь десяти чистопородных лошадей и с прилитием крови других пород, близких по типу. Новая порода получила название «русская верховая». Восстановление шло очень долго, и лишь в 1998 году порода была официально признана.
Порода с аналогичной судьбой — стрелецкая. Ее остатки, собранные после Гражданской войны в Терском конном заводе, были использованы для племенной работы вместе с арабскими, липицианскими, донскими и кабардинскими лошадьми. Так была создана терская порода верховых лошадей, по типу близких к арабам, но более крупных, похожих на своих стрелецких предков, официально утвержденная в 1948 году. Основателями породы считаются два полубрата жеребцы Цилиндр и Ценитель. У них обоих непростая судьба. Цилиндр был отбит у белогвардейцев в Крыму (на основе этих событий Ф. Ф. Кудрявцев написал рассказ «Как нашли Цезаря»); по слухам, Врангель собирался въехать в Москву верхом на нем. Нетрудно представить, сколь он был красив. Терских лошадей до 80-х годов испытывали на ипподроме.
По окончании Гражданской войны положение дончаков было, к счастью, не столь критическое, как у стрелецкой и орлово-ростопчинской пород. Восстанавливать донское коневодство начали в 1920 году, и через четыре года удалось собрать маточный состав для военных заводов. Дореволюционные племенные записи не сохранились, и происхождение лошадей устанавливали путем опроса очевидцев, по таврам и ориентируясь на выраженность породного типа. Жеребцов было очень мало, но зоотехникам удалось проложить линии, существующие и теперь. К 1926 году было уже шесть крупных заводов, где разводили донских лошадей. С 20-х годов дончаков начали испытывать на ипподромах. Впрочем, в племенной работе были и ошибки: лучших донских кобыл нередко крыли чистокровными верховыми жеребцами, а лучших жеребцов использовали на беспородных кобылах для улучшения пользовательских лошадей. Но с 1930 года в приоритете оказалось чистопородное разведение. Донскую породу в СССР разводили на юге России, в Казахстане и в Киргизии.
Впрочем, специалисты отметили, что от скрещиваний дончаков с чистокровными верховыми часто получаются хорошие верховые лошади — сильные, выносливые и резвые. Так сформировалась еще одна верховая порода — буденновская, названная в честь С. М. Буденного и завода его имени, где велась основная работа. Утверждена порода была в 1948 году. Как и донская, буденновская порода разводилась в степях на юге России, лошади содержались табунным способом. Обе эти породы очень похожи между собой, но буденновская хуже приспосабливается к сложным условиям содержания и при этом обладает лучшими движениями и спортивной работоспособностью. И донская, и буденновская породы использовались для улучшения аборигенных лошадей в разных регионах страны, например на Алтае и в Забайкалье.
После Первой мировой войны конное дело пришло в упадок не только в России. По условиям Версальского договора свою кавалерию было запрещено иметь Германии. Из 110 кавалерийских полков, существовавших до войны и укомплектованных лошадьми из Восточной Пруссии, осталось лишь 18. Перестала быть востребована в прежних масштабах тракененская порода. Поэтому завод Тракенен был переориентирован на разведение лошадей для сельскохозяйственных работ. Все это, однако, не помешало немецким всадникам на тракененских верховых Кроносе и Абзинтхе занять первое и второе места в соревнованиях по выездке на Олимпиаде 1936 года в Берлине; там же немцы выиграли командное «золото» в соревнованиях по конному троеборью.
С падением Австро-Венгерской империи в октябре 1918 года под угрозой оказалось существование пород, ранее обслуживавших нужды монархии, — липицианов и кладрубов. Заводы в Кладрубах-над-Лабой и Слатинянах, где разводили каретных лошадей, после 1918 года оказались на территории Чехии, и лошади попали в ведение малокомпетентных чиновников. Ситуацию усугубил и тот факт, что перед революцией несколько лучших кладрубских жеребцов были отправлены в Вену. После распада империи они оказались на территории Австрии и в свои заводы не вернулись, то есть оказались навсегда потеряны для породы, которая и так была малочисленной. Сохранить породу специалистам удалось благодаря ее четкой линейной структуре и прилитию фризской крови — из всех существовавших на то время пород барокко фризы были больше всего близки по типу к кладрубам.
Липица, где разводили верховых лошадей Габсбургов — липицианов, после 1918 года отошла к Италии, а заводское поголовье еще в 1915 году было эвакуировано в Австрию и Чехию. Итальянцы стали требовать возвращения в Липицу всех лошадей и в итоге получили 107 из вывезенных 179. Чехи доставшихся им лошадей не вернули.
В 1915 году поголовье крупного Янов-Подлясского завода в Польше, где разводили арабов, было эвакуировано в Россию. Завод восстановили в 1919 году после обретения Польшей независимости. Расцвет польского арабского коннозаводства, который приходится на межвоенные годы, — в значительной степени его заслуга. Мы уже рассказывали о выведении русского тяжеловоза. Эта порода обладала многими достоинствами, но ее недостатком был маленький рост, в среднем 150 сантиметров в холке. А сельскому хозяйству, ввиду отсутствия должной механизации, нужна была крупная тяжелоупряжная лошадь с максимально возможной грузоподъемностью.
Селекционеры решили эту задачу. В результате скрещивания импортированных в начале XX века бельгийских брабансонов с местными упряжными лошадьми, битюгами, а также завозными арденнами, першеронами и суффольками (Англия) была выведена порода советский тяжеловоз, официально признанная в 1952 году. Внешне эти лошади очень похожи на русских тяжеловозов, но значительно выше их ростом, достигая 160 сантиметров в холке и больше. В 1957 году был установлен мировой рекорд грузоподъемности: гнедо-чалый жеребец Форс провез груз массой 22 991 килограмм на расстояние 35 метров.
Советские тяжеловозы использовались также и для улучшения местных лошадей, в результате чего получались хорошие рабочие и мясные лошади.
Первая послереволюционная конная выставка в нашей стране состоялась в 1923 году как часть первой Всесоюзной сельскохозяйственной выставки на территории нынешнего ЦПКО им. Горького в Москве. На ней демонстрировалось небывалое количество лошадей — 427. На последующих выставках их было меньше. Вторая конная выставка состоялась только в 1939 году, когда в Москве был построен выставочный комплекс Всесоюзной сельскохозяйственной выставки (с 1959 года ВДНХ). На этот раз демонстрировалось 115 лошадей, причем некоторые из отечественных пород не были представлены.
Вторая мировая война
Незадолго до начала Великой Отечественной войны советская кавалерия пережила масштабное сокращение: из 32 дивизий осталось 13. В июне 1941 года численность лошадей в армии составляла 526 000 голов. Однако уже летом 1941 года началось формирование новых кавалерийских дивизий. В сентябре 1941 года конский состав Красной армии уже насчитывал 1 324 676 голов, и к концу года существовало уже 82 новые кавдивизии легкого типа. До войны и первые годы после нее в совхозах и колхозах существовал фонд лошадей для армейских нужд. Эти лошади были в хозяйствах на особом положении, за ними лучше ухаживали. В дальнейшем в отдельные периоды войны численность мобилизованных лошадей доходила до 2 миллионов голов. А всего со стороны СССР в войне было задействовано около 3 миллионов лошадей (причем более 300 000 голов передала Монголия); из них 1,9 миллиона служило в кавалерии.
