Читаем без скачивания Душитель - Уильям Лэндей

— Рики, посмотри на меня и пообещай, что ты не позволишь ему влезть в неприятности. Он твой брат.

— Ты меня переоцениваешь, Кэт.

— Пообещай.

— Обещаю.

— Посмотри мне в глаза.

— Ладно, ладно. Обещаю.

Кэт вздохнула, как будто отныне и навеки было решено: с Джо не случится ничего дурного. Двадцатка по-прежнему лежала у нее в руке — две молитвы нашли отклик. Она сложила купюру пополам, потом еще раз, так что виднелись магические цифры — 2 и 0. Эта бумажка изменит ее жизнь, она предотвратит катастрофу. Кэт до последнего времени никогда особенно не задумывалась о деньгах, но теперь все ее мысли были сосредоточены только на них. Она вытащила бумажник, чтобы спрятать деньги. На двадцать долларов семья будет питаться неделю или даже дольше.

Рики поднял пальто, которое Кэт бросила на стул. Помогая ей одеться, он незаметно сунул в карман еще тридцать долларов.

59

Маргарет, закованная в плотную шерстяную ткань, точно в броню, открыла дверь.

— Майкл, ты что здесь делаешь? Ты сегодня не работаешь?

— Нет.

— Ты в порядке?

— Нет. Все просто ужасно.

— То есть? Ты болен?

— Нет.

— Может быть, надо было взять отгул по болезни? А вдруг на работе тебя хватятся?

Майкл прошаркал мимо — как дикобраз тащится через дорогу под грузом игл.

— По-моему, надо позвонить на работу, — повторила Маргарет. — А вдруг тебя будут искать? Позвони из кухни. Нужно быть ответственным, милый. Потрать всего одну секунду…

Майкл остановился в центре маленькой гостиной. На столике возле кресла лежала книга Конроя — роман Мики Спилейна.

— Я хочу поговорить с тобой насчет папы.

— Ну ладно…

— Ты спрашивала об этом Конроя? После того нашего разговора…

— Я не стала бы оскорблять Брэндана…

— Предпочитаешь оскорблять отца?

— Ты снова об этом?..

— В любом случае тебе придется оскорбить либо того, либо другого.

Маргарет поплотнее запахнула кардиган и скрестила руки на груди.

— Почему ты говоришь мне такие вещи?

— Объясни, что случилось с отцом.

— О чем ты?

— В последние месяцы что-то пошло не так. Папа все время был расстроен. Хандрил, пил больше обычного, дымил как паровоз.

— У твоего отца была нелегкая работа, уж ты-то мог бы это понять. Случались взлеты и падения, как у всех людей, как и у тебя. Ничего странного в том, что отец выпивал. Он же не супермен.

— Да, я знаю. Не супермен. Однажды вечером он получил пулю — ничего особенного, правда? Может случиться с любым. Но он погиб. Необычная судьба, да?

— Он погиб на службе. При чем здесь то, что он пил и курил? Отец был в хорошей форме. Он всегда был в хорошей форме.

В сознании Майкла мелькнула картинка: отец на пляже, не особенно мускулистый, но худощавый и жилистый.

— Помоги мне, мама. Я должен знать. Однажды за ужином Джо сказал, как замечательно быть полицейским и все такое, а папа ответил: «Это не так уж здорово».

— Господи, да он все время так говорил. Твой отец постарел, устал. Работай ты так, как он, то тоже уставал бы.

— Нет. Он не говорил, что устал. Он говорил, что устал от всего этого. Ему нравилось быть полицейским. От чего конкретно он устал?

— Он много работал.

Майкл нахмурился.

— Знаешь, что странно? Когда у Джо начались проблемы с букмекерами, все мы знали, к кому обратиться — к старому доброму дядюшке Брэндану.

— Не вижу, какая тут связь.

— Когда у папы были проблемы… Они с Брэнданом столько лет были напарниками.

— И что?

— Брэндан не такой, как папа, ведь правда?

— Мне не нравится этот допрос, Майкл. Ты не в суде. Ты, кажется, знаешь все ответы. Почему бы открыто не объяснить, что у тебя на уме?

— Два убийства в семье за год. Слишком большое совпадение. И никаких подсказок. Никакой помощи со стороны полиции — оба дела остались нераскрытыми.

— Майкл, нужно жить дальше…

— Нет. Я не хочу об этом забывать. Я отправился к подруге Эми, журналистке. Помнишь Клэр Дауни?

— Я видела ее имя в газете рядом с именем Эми.

— Я спросил у Клэр, что ей известно. Почему Эми решила, что Конрой мог причинить вред моему отцу. То есть если Конрой предатель, то какой у него мотив? Если верить Клэр, Эми собиралась писать об Уэст-Энде. Точнее, о двуногих крысах Уэст-Энда. А потом я пошел и поговорил с одной старой знакомой. Ну, не то чтобы знакомой. Она считает меня дьяволом во плоти — так и есть, потому что с моей помощью ее вышвырнули из квартиры, чтобы Фарли Зонненшайн мог построить там новый дом и заработать еще несколько миллионов, — все это во имя улучшения нашего чудесного города, разумеется. Мою знакомую зовут миссис Кавальканте. Очень милая пожилая итальянка. Она сказала, что какие-то плохие парни — delinquent — угрожали ей, пытались выжить из дома, чтобы поскорее им завладеть. Ничего удивительного, правда? Уйма денег на кону, люди вроде Зонненшайна обычно не стесняются прибегать к силе. Но вот что интересно: миссис Кавальканте сказала, что среди этих delinquenti были копы.

— Майкл, ты ведь не думаешь, что среди них был твой отец?

— Нет. Не говори глупостей. Папа, возможно, не был суперменом, но он, несомненно, был порядочным человеком, особенно по сравнению с твоим любовником.

— Майкл, только не нужно устраивать здесь заговоров!..

— Никаких заговоров. Я просто говорю о деле. О копах, которые берут на лапу.

— Пара баксов там и сям — это не выходит за рамки.

— Да. И пока это не выходит за рамки, полицейские вроде моего отца смотрят на это сквозь пальцы. Конечно, продажен не весь департамент — лишь половина. Но остальным приходится закрывать на это глаза — или по крайней мере держать рот на замке, — пока продажные копы берут взятки. А если что-то изменилось? Вдруг папа увидел нечто непривычное даже для Бостона и больше не смог терпеть?

— Господи, Майкл, как все это связано с Брэнданом?

— Брэндан способен на такие вещи, которые не стал бы делать папа.

— Майкл, я не знаю, что случилось у вас с Брэнданом, но ты должен понять одну вещь. Что бы ни сделал Брэндан, что бы он ни собирался сделать — твой отец наверняка делал то же самое. Они были не просто напарниками, а друзьями. По-твоему, ангел Джо и дьявол Брэндан. Но это не так. Совсем не так.

— Эми считала по-другому.

Маргарет пожала плечами:

— Она ошибалась. Эми, мир ее праху, была чудесной девушкой, но и у нее имелись свои недостатки. Иногда нужно видеть сердцем, Майкл. Позволь мне кое-что спросить. Как ты думаешь, смог бы отец оплатить твое обучение в Гарварде исключительно на жалованье полицейского?

— Я работал и учился.

— Да, работал, но все-таки семья тебя поддерживала. Как, по-твоему, отец это проделывал? В Гарварде с тобой училось много детей полицейских? Мы не Кеннеди, Майкл.

— Это уж точно.

— У твоего отца было трое детей. Иногда он делал то, что приходилось. Не он изобрел эту систему.

— Я охотно верю. За исключением лишь одного: когда папа погиб, в переулке, кроме него, был лишь Брэндан Конрой. Если папа решил, что он больше не может терпеть, если Брэндан зашел слишком далеко и отец решил его остановить… Я вполне понимаю, какие причины были у Брэндана встать там с пистолетом. А ты как считаешь, мама?

— Я не нуждаюсь в объяснениях.

— Подумай об этом, когда вечером ляжешь с ним в постель.

Маргарет ударила его по лицу.

— Я все еще твоя мать! Что бы ты обо мне ни думал…

60

Джо широко и недоверчиво ухмыльнулся:

— Ты что, с ума сошел?

Майкл пожал плечами.

— А ты, Рик? Ты в это веришь?

— Если Микки говорит…

— А если он скажет, что небо зеленое?

— Я, пожалуй, пойду и посмотрю.

Джо провел рукой по лицу.

— Невозможно. Просто невозможно.

Рики поболтал пиво в стакане и откинулся на спинку кресла. Они сидели в баре под названием «Кактус», где никто не мог их подслушать. Разумеется, Рики не раздумывая отмахнулся бы, но в это верила Эми. Во имя ее памяти Рики должен был по крайней мере задуматься. И чем дольше он думал, тем более убеждался в абсурдности подобной мысли — что Брэндан Конрой убил Джо-старшего. Несомненно, множество людей особенно спокойно спали в ту ночь, когда Эми Райан умерла и унесла с собой свои секреты. Возможно, в том числе и Конрой.

Джо не верил.

— Я знаю Конроя. Знаю его лучше, чем вы оба, придурки. Гораздо лучше. Это невозможно. Я не могу, просто не могу… Ну ладно, ладно, Майкл взъелся на Брэндана. Это твое дело, Майк. Но это безумие. Я не собираюсь бросаться такими обвинениями.

— Я никого не обвиняю. Просто говорю, что мы должны разобраться.

— Кто — «мы»? В чем мы должны разобраться? Это работа полицейских.

— Думаешь, полиция будет копать под Конроя? Он же глава убойного отдела.