Армию Шондо теснили все больше. Воины бились храбро, но против них был не обычный противник, а Крилары, которых больше всего боялись шардаханцы, не могли пустить в ход магию, поскольку использование заклинаний требовало времени на их подготовку.
Где же Радамантус? Когда он задействует хваленую мощь Демониума?
Стужа стиснула челюсти. Необходимо было снова сплотить шондосийцев, чтобы они могли хотя бы отступить в боевом порядке. Оставалось только одно средство. С диким криком она отшвырнула щит, разбив лицо какому-то шардаханцу, и вынула из ножен Жало Демона.
Она перерезала горло оказавшемуся поблизости вражескому воину и, не дав дьявольскому клинку напиться крови, подняла его над головой. Он задрожал у нее в руке и с леденящим душу воплем жадно кинулся на окруживших Стужу врагов, чтобы утолить свою жажду. Шардаханцы в страхе попятились.
— Вперед! — закричала Стужа и снова повела своих товарищей в бой. — Покажите им, на что мы способны!
Внезапно на нее упала чья-то тень, и она ощутила холод. Ашур бешено заржал, и его глаза зажглись ярким огнем. Это был Нугарил. Единорог встал на дыбы и попытался проткнуть его рогом, но безуспешно. Стужа едва удержалась в седле. Нугарил занес свою клешню, и она не задумываясь ударила по ней кинжалом.
Жало Демона взвыл, и потом взревел от боли Нугарил. Черная зловонная слизь потекла из раны и, попадая на землю, оставляла на ней выжженные пятна.
Стужа застыла на месте и с изумлением смотрела на Нугарила, не веря своим глазам. Она ранила бога!
Наконец все шондосийцы осознали это и разразились торжествующими криками. Они выкрикивали ее имя, около десятка смельчаков на скаку запрыгнули на спину богу-скорпиону, но топоры и мечи ломались о его твердую шкуру. На бесстрашных воинов обрушились жала и клешни, но на месте каждого павшего возникал другой.
Стужа вновь и вновь кидалась на Темного союзника Зарад-Крула. Жало Демона вопил от восторга. Нугарил попытался было проткнуть ее своим жалом, но единорог проворно отскочил в сторону. Из многочисленных ран чудовища сочилась зловонная слизь. Стужа не сводила глаз с его клешней.
— Назад! — крикнул ей Креган.
Она не стала ждать объяснений. Земля задрожала. Стужа ударила бога-скорпиона еще раз, чтобы заставить Жало Демона замолчать, и засунула кинжал обратно в ножны. Развернув единорога, она так пришпорила его, что уже через несколько мгновений была далеко от Нугарила. Рядом остановился Креган.
Земля с грохотом сотрясалась все сильнее, и вдруг равнина раскололась надвое. Испуганные лошади скидывали седоков и уносились прочь. Люди не могли удержаться на ногах и падали как подкошенные. А потом из огромной трещины снова выползли два чудовищных червя и устремились к Нугарилу.
Он бросился на них, но его ядовитые жала были бесполезны, а когда ему удалось клешней разрезать одного червя пополам, обе половинки стали нападать на него независимо друг от друга. У него не было шансов победить в этой схватке.
— Он долго заставил себя ждать, — сказала Стужа, глядя на верхушку Демониума.
— Чтобы прийти к нам на подмогу, Радамантус наверняка выбрал самый удобный момент, и никто не знает, какими соображениями он при этом руководствовался. — Креган вдруг снова повеселел. Он наклонился к Стуже и поцеловал ее в щеку. — А кроме того, если бы он вступил в бой раньше, Нугарил не познакомился бы с твоим волшебным клинком. — Он притворно ужаснулся: — Нападать на бога с одним крошечным кинжальчиком!
Их прервал каком-то шум. Они уже слышали его прежде — хлопанье тысяч крыльев и пронзительные крики слуг Зарад-Крула.
Снова бушевала битва. Сталь против стали, колдовство против колдовства. Люди, боги, летучие твари, бабочки, черви — все перемешалось. Стужа наблюдала за всем этим с безопасного расстояния. Ей необходимо было перевести дух и дать отдых усталой руке. Внезапно она почувствовала сильный удар, кто-то разрубил ей доспех на ноге. Она даже не обратила внимание на боль и на то, что в сапоге у нее вдруг стало мокро. Одним ударом меча она оглушила нападавшего, а вторым раскроила череп. Ей понадобилась вся ее сила, чтобы высвободить меч.
Стужа огляделась, намечая свою следующую жертву, и тут длинное эсгарийское ругательство слетело с ее губ. По полю скакала Натира, о которой в пылу схватки все забыли. Под ней был конь Эйкуса, ее легкие белые одежды развевались, похожие на крылья ангела. Странно, но ни один меч не коснулся ее, ни один воин не преградил ей путь. С улыбкой она скакала прямо к Стуже, и глаза ее были прикованы к Жалу Демона. Стужа пришла в бешенство, но ни проклятия, ни угрозы не подействовали на немую девушку, она не желала покидать поле битвы. А Стужа не могла тратить на нее время. К ней неслись два вражеских воина. Она пришпорила единорога и вмиг оказалась между ними. Отпихнув одного так, что тот вывалился из седла, она одним махом разрубила второго надвое и повернулась к первому. Он так и не увидел того, кто нанес удар. Когда он рухнул на землю, он был уже мертв.
Позади стояла Натира.
Стужа хмуро смотрела на девушку, ее обуревали противоречивые чувства — раздражение и восхищение.
— Когда я найду того, кто должен за тобой следить, я ему так… — Она не закончила. Из ее груди вырвался крик, потому что неожиданно Натире прямо в сердце вонзилась стрела.
Но немая девушка не издала ни звука, даже не ахнула от боли. Тонкие пальцы коснулись стрелы, словно определяя ее длину, затем смяли оперение, потрогали метку, поставленную мастером. А потом Натира резко выдернула стрелу из тела. И при этом улыбка не сходила с ее лица.
Стужа от удивления раскрыла рот и едва не выронила меч. Ни раны, ни крови. Выстрел был метким. Она слышала характерный звук, когда стрела вошла ей в сердце. Но Натира была жива и невредима.
Прежде чем Стужа нашлась что сказать, она услышала свист и отразила удар боевого топора. Она выпустила нападающему кишки и повернулась к другому, совершенно забыв о Натире.
И вдруг ее прошиб холодный пот. Она узнала того, кто напал на нее, и не поверила своим глазам. Но факт был налицо. Рана у него на боку все еще кровоточила, Стужа разделалась с ним незадолго до этого. Тогда она во второй раз прикончила его, воткнув клинок ему прямо в сердце. Он с легким вздохом повалился на землю. И только тогда в ее душу закралось страшное подозрение. Она стремительно поскакала прочь, чтобы занять более удобную позицию и оглядеться, забыв о Натире, которая скакала за ней.
Теперь Стужа знала, что стало с телами шардаханцев, оставшихся разлагаться после первого сражения, и поняла, почему старейшины не уловили приближения к Шондо второй армии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
