– Провалилась? Не верю. Боже, какая прелесть... – Наташа легла на диван, закрыла глаза. Мелодия завораживала, уносила вдаль – куда-то далеко, в иную реальность. В тот воображаемый мир, где все было по-другому. Дивные голоса рассказывали сказку... Правда, на итальянском языке – Макс уважал только первоисточники... Но что с того? Можно было самой придумать свою историю. – Макс, откуда ты столько знаешь? Тебе следовало стать музыкальным критиком!
Макс сел рядом с Наташей, взял ее за руку.
– «Баттерфляй», в буквальном переводе – бабочка. Мотылек. Легкокрылое, легкомысленное создание, которое летит на огонь и сгорает в нем... Чудесный образ, не правда ли? – он прикоснулся губами к Наташиному запястью.
Она закрыла глаза, стараясь ничем не выдавать своего волнения – слова Макса заставили ее сердце сжаться. Мотылек! Если бы ее жених мог догадаться... На самом деле глупым легкокрылым созданием была она, Наташа, с ее любовью к мужчине, который не принадлежал ей.
– О чем ты думаешь?
– Я? Ни о чем... Я просто слушаю музыку! – солгала она.
Макс склонился над ней, прикоснулся губами к ее шее.
– Другое название «Мадам Баттерфляй» – «Чио-Чио-Сан»... – прошептал он, щекоча кожу теплым дыханием.
И в этот момент резко зазвонил телефон – аппарат стоял в изголовье.
– Черт, сколько этих телефонов развелось! – с досадой сказал Макс, сорвав трубку. – Алло! Кого? А, Настя, привет... – И он протянул трубку Наташе. – Тебя.
– Макс, сделай, пожалуйста, музыку потише... – попросила Наташа, садясь на диване. – Настенька, милая, привет!
– Наташа, мама сказала, что ты не придешь. Это правда? – недовольно пропыхтела племянница.
Наташа представила ее – копна темных волос, какой-нибудь очередной безумный наряд – и невольно улыбнулась.
– Правда. У нас с Максом очень много дел... – Макс, сделав жест, обозначающий нечто вроде «так держать!», вышел из комнаты. – Ей-богу, Настя, лучше ты заходи к нам!
– Я-то к тебе зайду. А вот ты...
– Настя, пожалуйста, перестань! У взрослых иногда бывают безотлагательные обстоятельства.
– Какие еще обстоятельства! – вдруг закричала Настя. – Я знаю – ты меня больше не любишь! Я тебе надоела – у тебя только твой обожаемый Максик на уме! А я-то, дура, радовалась, что ты замуж выходишь... – И Настя заревела.
Наташа беспомощно молчала, слушая, как подвывает и всхлипывает ее племянница. Она чувствовала себя преступницей. «И все это из-за Аркадия! – вдруг с ожесточением подумала она. – Ну, надо же, насколько один человек может испортить жизнь другим людям!»
– ...Ы-ы! – стонала Настя. – ...Меня все бросили... ик! Я одна с утра до вечера... словно сирота... Хоть бы кто обо мне вспомнил... ик!
– Настя! – строго произнесла Наташа. – Немедленно перестань! Это просто шантаж какой-то... Хорошо, мы придем.
– А не врешь? – осторожно спросила Настя, постепенно приглушая гудение и всхлипы.
– Настасья, что за выражения такие! Я тебя еще никогда не обманывала. Я приду. Все, прекрати истерику.
– Я уже это... ик! Я успокоилась! – сказала Настя, и в голосе ее явно слышались ликующие нотки. – У меня нервы... Трудности переходного возраста, знаешь?
– Знаю, сама проходила, – мрачно произнесла Наташа.
– Ну так я это... я тебя буду ждать!
Наташа положила трубку.
– Макс!
– Что? – он снова вошел в комнату. – Ты чего такая хмурая, а? Золото мое!
– Погоди, Макс... – сказала Наташа, уклоняясь от его губ. – Мы все-таки пойдем.
– Куда это мы пойдем? – удивился он.
– На день рождения Анны. Настя меня очень просила.
– Ах, Настя тебя просила...
– Макс, я уже обещала ей, и я пойду, – твердо произнесла Наташа.
– Господи, милая, твоя племянница из тебя просто веревки вьет! – схватился за голову Макс. – Нет, я не против Насти, не против Анны, но Аркадий... Признайся, ты ведь до сих пор не можешь забыть его, ты до сих пор его любишь!
Ревность снова вспыхнула в глазах Макса. Он ревновал ее к Аркадию! Как долго продолжается это недоразумение...
– Макс, я его не люблю.
– Да кого ты пытаешься обмануть, Наташа...
Она вздохнула. Обмануть... Да, его надо обмануть! Но так, не до конца – чуть-чуть правды... Надо сказать что-нибудь убедительное, чтобы он больше не твердил о ее любви к Аркадию...
– Тебя, – вдруг спокойно произнесла Наташа. – Я тебя хотела обмануть.
– Что? – Макс побледнел, крылья маленького острого носа затрепетали – это означало, что Макс на грани взрыва.
– Не думай, мы с Аркадием не любовники, – так же спокойно продолжила Наташа. – Мы с ним... мы с ним враги! Самые настоящие... Я потому тебе не хотела говорить всей правды... потому, что знала – ты устроишь скандал.
– Какой... правды? – выдохнул он.
– Все дело в наследстве. Ну, в том, что осталось после мамы... Ты так болезненно к этому относишься, что я просто не хотела тебя травмировать.
– Чем? – вскинулся он. – Что еще придумали твои разлюбезные родственнички?
– Не мои родственнички, а Аркадий, – поправила Наташа.
– Ладно – Аркадий... – нетерпеливо отмахнулся Макс. – В чем дело? Да говори же ты!
– Не кричи на меня, – огрызнулась уже Наташа. – Помнишь, я как-то пришла вечером вся в слезах, и ты решил, будто у меня было свидание? Свидание с Аркадием... Да, я встречалась с ним, но совсем по другому поводу... – возвысила Наташа голос – для убедительности она решила смешать ложь с правдой. – Он хочет продать мамины вещи, а я против. Во-первых, это память, во-вторых, среди них есть, кажется, довольно ценные экземпляры... Он не имеет права ими распоряжаться – только мы с Анной можем решать, что делать с этими тарелками и картинами, и вообще... Потом мы с ним встретились еще раз – вы тогда еле разъехались на машинах, помнишь?
На лице Макса одно выражение сменялось другим – от гнева и недоумения к радости, а потом обратно, только теперь уже его гнев был совсем другого рода.
– Я тогда с ним тоже пыталась поговорить на эту тему.
– Скотина! Жулик! – вдруг завопил Макс. – Господи, Наташка, чего же ты мне голову морочила... Ленивый боров! Решил тебя обокрасть! Да я ему...
– Макс, Макс... – успокоительно похлопала жениха по руке Наташа. – Именно потому мне проще было подтвердить твою бредовую мысль о моей любви к Аркадию, чем рассказывать тебе о борьбе за наследство... Ты бы непременно вмешался в это дело, а я совсем не хочу терять своих родственников, ведь Анна и Настя не виноваты!
– Наташка! Какая ты глупая... – застонал он. – Они тебя обобрали до нитки, а ты их защищаешь, романтические сказочки придумываешь... О изверги! Кровопийцы! Да я их... Да мы их засудим! Мы у них все отнимем!
Он разошелся не на шутку, Наташе даже стало немного страшно. Ее жених был из породы тех людей, которые никогда, никому и ни в чем не давали спуска. «Может быть, я зря переключила его внимание именно на эту тему? – пожалела уже она. – Нет, было бы хуже, если б Макс узнал о том, что Аркадий меня домогался. Макс бы точно его убил... Убил в самом прямом смысле этого слова!»
