§ 3. Судьба Афин при преемниках Александра
После смерти Александра (323 г.) неудовольствие против македонского владычества еще раз соединило силы многих греческих государств в так называемой Ламийской войне. Тотчас по получении известия о кончине Александра афиняне с торжеством призвали Демосфена в отечество, косвенным образом сложили с него штраф и пользовались советами его и Гиперида во все время войны. Предводитель греков Леосфен сначала действовал успешно против Антипатра, но вскоре был убит, а его преемник Антифил встретился при Кранноне (в Фессалии, 322 г.) с соединенными силами Антипатра и Кратера и в последовавшей битве проиграл дело освобождения Эллады. После битвы Антипатр объявил, что желает заключить мир не с союзом греческих городов, а с отдельными городами, и греки кроме этолийцев тотчас исполнили это желание. Из Афин для заключения мира отправлено было посольство с Фокионом и Демадом во главе. Первый был уже старый и опытный полководец (служивший еще под начальством Хабрия), отличавшийся прямотою, неподкупностью и душевным благородством, за которые Плутарх (Демосф. 14) ставит его наравне с Эфиальтом, Аристидом и Кимоном; он не менее других патриотов дорожил интересами отечества, но отчаивался в спасении его и всей Эллады и потому был сторонником Македонии. Демад был ловкий и красноречивый оратор, но по нравственным качествам стоял далеко ниже Фокиона: продажный эгоист, нелюбимый народом и еще незадолго перед тем лишенный чести, он открыто получал деньги от властителей Македонии и был предан их интересам. Мир с Антипатром заключен был на условиях помещения македонского гарнизона в Мунихии, возвращения г. Оропа Беотии и признания полноправными афинскими гражданами только лиц с имущественным цензом не ниже 2000 драхм; из 21 000 граждан только 9000 оказались удовлетворяющими этому условию, остальные же 12 000 беднейших были лишены политических прав и частью выселены (как воинственные и склонные к восстаниям) из Афин во Фракию (Диод. XVIII, 18; Плут. Фок. 28). Ораторы Демосфен и Гиперид вместе с другими влиятельнейшими сторонниками противомакедонской партии должны были быть выданы Антипатру, но спаслись бегством из Афин. По предложению Демада они были объявлены вне закона и подверглись преследованию, во время которого Демосфен принял яд в храме Посейдона на о. Калаврии, а остальные были схвачены и преданы мучительной казни (в октябре 322 г.).
Фокион и Демад сделались de facto полновластными распорядителями в Афинах. Последний, верный своему характеру, смело интриговал против Антипатра и вступил в сношения с правителем Фригии Антигоном, которого приглашал в Грецию; наконец, одно письмо его попало в руки сына Антипатра Кассандра, и Демад с сыном был осужден на смерть. После смерти Антипатра (319 г.) между Кассандром и Полисперхонтом, которого Антипатр назначил своим преемником в управлении Македонией, произошли раздоры, в которых афиняне приняли сторону Полисперхонта, так как он, с целью приобретения достаточных сил для борьбы с противником, провозгласил свободу всех греческих городов. Восьмидесятилетний Фокион, стоявший на стороне Кассандра, был осужден народом вместе со своими друзьями и принужден выпить яд цикуты. В Афинах восстановлена была полная демократия, все выселенные в 322 г. граждане возвратились в отечество.
Недолго, однако, наслаждались афиняне дарованной свободой: вскоре Кассандр явился с сильным флотом в Пирей, отрезал Афины от моря и заставил их признать свою власть. По условиям мира участие в государственных делах получили граждане, обладавшие имуществом не менее чем на 1000 драхм, Мунихия осталась за Кассандром до окончания войны с царями, и для заведования делами должен быть избран «попечитель» (επιµελητης της πολεως) из числа афинян по выбору Кассандра. Избран был Деметрий Фалерский, философ и писатель, отличавшийся умом и изящным красноречием, но расточительный и безнравственный. Его 10-летнее краткое правление (317–307) могло хотя отчасти вознаградить афинян за потерю самостоятельности, но в то же время еще более растлило дух и нравственность народа. Демократические учреждения продолжали существовать, но были только мертвыми формами, так как Деметрий, пользуясь своей властью, мог распоряжаться подобно монарху (Плут. Дем. 10). Он произвел несколько полезных перемен, возвысил материальное благосостояние города и приобрел себе такую благосклонность нравственно упавших афинян, что они в один год воздвигли ему 360 статуй (вообще с потерею самостоятельности и свободы они сделались очень льстивы и неумеренны в раздаче почестей).
В 307 г. произошел новый переворот. Сын Антигона Деметрий Полиоркет (по поручению отца, который боролся с Кассандром) изгнал Деметрия Фалерского и объявил Афины свободными. Обрадованный народ, руководимый корыстолюбивыми ораторами, стал преследовать своего прежнего любимца и расточать унизительную лесть Деметрию Полиоркету за возвращение имени свободы: ему и отцу его воздавались божеские почести (им были воздвигнуты статуи и алтари как богам-спасителям и для служения назначены особые жрецы), в честь их были прибавлены к десяти существовавшим филам две новые – Αντιγονις и ∆ηµητριας, вследствие чего совет 500 увеличился на 100 членов и 10 пританий года – на две, так что каждая стала продолжаться по месяцу[86]. В восстановленной демократии снова приобрели влияние лица, составлявшие остатки либеральной партии, в особенности оратор Стратокл и племянник Демосфена Демохар, который, впрочем, один поддерживал честь родного города (Стратокл был человек корыстолюбивый и развратный) и заботился о восстановлении памяти своего великого дяди (Полиб. XII, 13). В 301 г. Антигон и Деметрий потерпели поражение при Ипсе; афиняне не впустили в город Деметрия, явившегося к ним после битвы, и снова подчинились Кассандру, под эгидою которого в Афинах захватил тираническую власть жестокий Лахар. Однако 6 лет спустя (294 г.) Деметрий Полиоркет снова овладел городом и поставил гарнизоны в Пирее, Мунихии и на холме Мусее, причем великодушно простил афинянам их недавнюю измену. Но когда он в 287 г. потерял македонский престол, афиняне снова объявили его врагом, изгнали (под предводительством Олимпиодора) македонские гарнизоны и возвратили себе свободу, продолжавшуюся до подчинения царю Антигону Гонату, сыну Деметрия Полиоркета. В этот период времени они, несмотря на крайнее ослабление, еще раз стали во главе общегреческих сил для отражения вторгнувшихся в Элладу галлов и отбили их при Фермопилах (278 г.). Около 268 г. афиняне напрягли все силы для противодействия Антигону Гонату в войне, называемой Хремонидовой по имени демагога Хремонида, который был в то время главным политическим деятелем в Афинах. Несмотря на помощь, поданную Афинам египетским царем Птолемеем II, который проникнут был благоговением к культурному величию Афин, и Пелопоннесским союзом (в котором участвовала Спарта, элейцы, ахейцы, разные аркадские города и некоторые из критян) под начальством спартанского царя Арея I, Антигон обложил Афины, голодом принудил их к сдаче и снова занял своими гарнизонами Пирей, Мунихию и Мусей, а также Саламин и мыс Суний (около 265 г.). Потом он, правда, возвратил афинянам внутреннюю самостоятельность, но гарнизоны оставил везде, кроме Мусея. Такое положение дел продолжалось и при сыне Антигона Деметрии II, и только после его смерти начальник гарнизонов Диоген сдал афинянам занятые укрепления (229 г.) за значительную сумму денег (150 талантов), в которую 20 талантов внес глава Ахейского союза Арат
