тебя бить, но по-другому тебя не заткнуть, — рявкнул он, снова оказавшись около друга. — А теперь слушай внимательно и впитывай. Мы перехватим чертов автобус Дэвиса, освободим мою сестру и заберём деньги. Раз этот сукин сын не сдержал слово, мы тоже не в праве быть паиньками. Деньги отдадим Родриго и заберём твою жену. А теперь разошлись спатачки!
Дачиана и Сидни выдохнули в унисон.
Глава 23
День захвата
Мистер Шиай сосредоточенно бил пальцами по клавиатуре ноутбука. Дачиана облокотилась на косяк и некоторое время наблюдала за ним. Вихо велел им двоим остаться на «базе» — так они прозвали номер 2134, принадлежавший мистеру Шиай. Отсюда Шиай должен был контролировать движения шести точек. Датчики крепились на кольцах каждого из членов команды — пришлось Эдитону попотеть, чтобы убедить ювелира под страхом смерти впаять датчики в металлические колечки, купленные Вихо на блошином рынке за гроши.
Эдитон стоял перед вентилятором, размахивая карманным пистолетом «Таурус», который достался ему по дешёвке от одного бразильца, и приговаривал:
— Дело жизни и смерти, так что поторопись.
Ювелир всё сделал, как надо, не повредив датчики.
— И запомни, я знаю, где живёт твоя жена и милые маленькие дочки. Если из твоего рта польётся дерьмо, то я их навещу. А если не я, то мои друзья, — спокойно сказал он напоследок…
Шиай поднял голову, их с Дачианой глаза встретились.
— Знаю, тебя всю трясёт от страха. Но выбора у нас нет.
— А если кого-то убьют?
— Задавай вопросы правильно. Ты хотела сказать — если Эдитона убьют.
— Нет, — Дачиана оторвалась от косяка и подошла к столу. На экране монитора она увидела карту и шесть красных точек. Шестая — автобус. Сидни снова пришлось лезть на крышу дома, где Дэвис строил свои чёрные планы. Ей удалось подслушать очень нужный разговор, после которого план сложился сам с собой. — Я не такая эгоистичная, как ты думаешь, дорогой Шиай.
— Я не думаю, детка. Но Эди для тебя важнее всех. Не обманывай ни меня, ни тем более себя. Всё! Садись.
Мистер Шиай встал и усадил на своё место Дачиану, которая быстро заподозрила неладное.
— Зачем ты надеваешь куртку?
— Поеду с ними, пока не уехали.
— Что?! А я… я тут ничего не понимаю. И не хочу я одна…
— Тебе не нужно ничего понимать, малышка, — Шиай подмигнул Дачиане. — Смотри на точки. Видишь, сейчас они сгрудились все на Вест-стрит — около нашего отеля. Я ещё успеваю. Поеду с Лайзом. Он не совсем здоров, всякое может случиться. Сид и Вихо по-отдельности справятся. У Сид вообще лёгкое задание — преградит путь знаками «дорога ремонтируется», больше от неё ничего не понадобится. Так… рация здесь. Вот кнопочка, я вчера показывал, как связь работает, знаешь. Что ещё я забыл сказать?
— Ты без датчика.
— Да. Лайз — мой датчик. Больше никак. Если вдруг что случится, тебе сообщат.
У Дачианы навернулись слёзы на глаза.
— Останься, — взмолилась девушка.
Шиай наконец спрятал ухмылку и обнял девушку.
— Я люблю Тамилу, — тихо произнёс он.
Резко отстранившись, Дачиана вылупила на него большущие глаза. С ресниц капнула слеза, и Шиай быстро смахнул ее пальцем.
— Да. Как станет совершеннолетней, женюсь на ней.
— И Вихо знает?
— Нет. Это тайна. Наша с тобой, — шептал он. — У нас есть ещё одна, помнишь? На внутренней стороне твоей голени. После сегодняшнего дня тот человек может тебе понадобиться. Не забудь, окей?
Что это ещё за предсказания? Дачиана разрыдалась.
— Скажи, что ничего не случится. Пожалуйста, скажи.
— Не могу обещать. Любая промашка может испортить весь план. Будь к этому готова. — А у двери добавил: — Сказки нам читают в детстве мамы и папы. А идеальные преступления бывают только в фильмах. Мы же обычные люди. Это жизнь, Дачи…
Нельзя обманывать Вихо
Почему Исаак Дэвис выбрал объездную трассу, никто не знал. Однако таким решением он подставил сам себе подножку. Преодолеть две с лишним тысячи мили не по прямой дороге — извращение. Так считали все без исключения.
Работа Вихо и команды требовала тщательного расчёта. Для начала они выбрали самый пустырный отрезок дороги. Если бы не мистер Шиай, то пришлось бы делать это наугад. У него же куча всяких нужных механизмов, а главное — мозги на месте.
Вихо опасался, что Дэвис в последний момент передумает и поедет по прямой автомагистрали. Именно для этого нужен был Лайз. Он будет следовать за автобусом от самого Нью-Йорка.
Они собрались в ночь за целые сутки до выезда Дэвиса. Сидни со Ска выехали первыми, чтобы раньше всех прибыть на место и успеть расставить знаки, сообщающие о ремонте дороги.
Эдитон остался на границе, чтобы, заприметив автобус с автомобилями, слиться с ними в потоке.
Лайз с вечера караулил Дэвиса у дома. К нему тайно от Вихо присоединился мистер Шиай. Он объяснил, что оставил Дачиану на страже. А сам он может и из машины советы раздавать. Лайзу было чихать на всё. Его напичкали антибиотиками, в голове не прояснилось. Все движения совершались автоматически. В какой-то степени он был рад мистеру Шиай, даже не стал сопротивляться, когда тот предложил сесть за руль.
Вихо не доехал до блокады пару миль. Он спрятал машину за заброшенным домом и стал ждать сигнала. И чем ближе был час «икс», тем сильнее росло волнение, а вместе с ним и голод. Вихо съел последний сэндвич, допил воду и снова развалился в кресле. Чертово солнце решило расплавить металл его машины. Тень от постройки падала в другую сторону, и ни одного деревца вокруг.
Вихо вышел из машины и решил позвонить мистеру Шиай. Ответила Дачиана.
— Какие новости?
Девушка с минуту молчала, пытаясь разобраться в точках и направлениях.
— Автобус едет по заданному маршруту. Лайз следует за ним на небольшом расстоянии.
— Они покинули Нью-Йорк?
— Да. Границу пересекли, если я правильно понимаю.
— Где Шиай? — раздраженно бросил Вихо.
— Он… э…
— Не мямли.
— Он с Лайзом в машине, — призналась девушка и зажмурилась от потока гневных ругательств. — Я пыталась его отговорить…
— Мне его самодеятельность совершенно не нравится. Ладно. Не своди с монитора глаз. Слышала, Дачиана? Оставь там свои глаза.
— Так точно, сэр, — съязвила она наконец. Вихо ухмыльнулся, а после отключился.
Сидни и Ска развлекали себя тем, что спорили о гонке, в которой проиграл Вихо. Ска всё ещё злился на него за проигрыш и немного за удар в челюсть. До сих пор болела. А на губе, которую он прикусил во время удара, красовалась ранка с запекшейся кровью.
На пустыре им было
