— Может быть, вы забыли, мистер Вестон, что вы мой партнер. Да, вы человек, с которым я впервые занималась любовью. Но эти отношения останутся в прошлом. В дальнейшем остается только партнерство.
— Я хорошо это понимаю, — Джейк глубоко вздохнул, не отрывая от нее взгляда. Она ни в чем не обвиняла его, как он предполагал. Вместо этого, она благодарила его, что немного раздражало. Она выглядела очень красивой этим утром. Может быть, для других это было незаметно, но Джейк видел, как порозовели ее щеки, как припухли губы от его поцелуев. Джейк считал, что женщина именно так и должна выглядеть по утрам. Мисс Бостон Таггарт выглядела, как любимая женщина.
— Хорошо, Джесс. Будем играть в эту игру по твоим правилам. Но я тебя предупреждаю, не пытайся проводить свои школьные эксперименты с кем нибудь другим. Тебе могут не понравится последствия.
— Что ты имеешь в виду?
Голос Джейка смягчился.
— Это значит, что не всегда бывает так, как было между нами прошлой ночью. С разными людьми это по разному. С одними — лучше, с другими — значительно хуже.
Джесси впервые улыбнулась. Это была тонкая улыбка, но все же улыбка.
— Спасибо тебе, Джейк. Я это запомню, — она открыла дверь, остановилась и оглянулась через плечо. — Но чтобы точно знать, какой мужчина лучше, нет другого способа, кроме… эксперимента, не так ли?
Прежде, чем она успела выйти, Джейк носком сапога толкнул дверь.
— А теперь послушай меня, Джессика Таггарт.
— Я слушала вас прошлой ночью, Джейк Вестон.
Он приблизился к ней.
— Забудь об экспериментах и веди себя, как леди.
Она открыла дверь.
— Я буду вести себя так, как мне захочется.
Джейк снова захлопнул дверь.
— И не пытайся, Джесс. Я тебя предупреждаю.
Джесси открыла дверь.
— Что хорошо для гуся, сойдет и для простака.
Джейк закрыл дверь.
— Первый же сукин сын, которого ты потащишь за собой по лестнице, будет покойником.
Джесси только улыбнулась. Она открыла дверь и выскользнула из комнаты, оставив Джейка кипящим от злости.
Чарли Синг внимательно смотрел на переполненный салон. Он надеялся увидеть, здесь дочь Генри Таггарта, которую уже видел на похоронах. Он насчитал в зале пятнадцать женщин, но ее среди них не было, поэтому он нашел свободный столик и сел. Тихо переговорив со своей охраной, он послал человека переговорить с барменом.
Руперт подозвал Лови.
— Еще один китаец хочет видеть мисс Джесси. Что она делает? Старается вступить в Совет Западных Женщин или пытается стать королевой Грант Стрит?
— Если бы она этого хотела, — проворчала Лови, — ей не понадобилась бы помощь таких, как ты, Руперт Скрогинз, — Лови вперевалку пошла к лестнице в мансарду, с усилием взобралась на нее и постучала в дверь комнаты Джесси.
— Еще один китайский джентльмен хочет тебя видеть, Джесси. Этот одет, как профессор из Гарварда.
Лови вернулась в звал и, проходя мимо Педди, заметила:
— Ей даже труднее, чем одноногому играть на поле в мяч.
Так и не удалось вздремнуть, подумала Джесси, снова надевая туфли на высоком каблуке, которые она только что сняла, и снова с помощью металлического крючка застегивая пуговицы на спине. Она удивлялась, кому она понадобилась в это время. Педди последовал за ней, когда она вошла в зал.
За тем же самым столом, за которым перед этим сидел Ток Лой, расположился другой восточный человек. Два больших охранника стояли рядом. Он был одет в темный костюм, сшитый у дорогого портного, в руках держал стэк. Когда она вошла, он встал, приветствуя ее.
— Мисс Таггарт, я Чарли Синг, президент «Добрых Тружеников Моря».
Когда они сели, Су Лин поспешила к ним с чаем.
— Я пришел, чтобы заверить вас, что ДТМ не имеют ничего общего ни со смертью вашего отца, ни с таинственным инцидентом с вашей шхуной. Я также желаю сообщить о преданности вам ДТМ. Однажды ваш отец спас мне жизнь. Я этого не забыл. Ваш отец был мне другом, как и всем китайцам.
— Тогда, мистер Синг, почему он был убит длинным ножом и китайской шелковой гарротой? Некоторое время Чарли Синг молчал.
— Красная шелковая гаррота — это знак Гум Сана. Я не могу говорить за них, а только за себя и за ДТМ. И я обещаю вам, если обнаружится, что это Гум Сан, они заплатят за все.
Джесси вцепилась руками в складки юбки и внимательно следила за китайцем из под ресниц.
— Вы действительно верите, что Гум Сан замешаны в этом?
Выражение его лица говорило, что именно так он и думает, но он только пожал плечами и ответил:
— Посмотрим.
— Не мог это быть белый человек?
— Вполне возможно, — Чарли Синг отодвинул стул и встал. — Как друг, советую вам быть очень осторожной, мисс Таггарт. Тот, кто хотел, чтобы ваш отец умер, может хотеть и вашей смерти. Никому не доверяйте, но помните, вы можете рассчитывать на ДТМ.
Поклонившись, он направился к двери, его охрана следовала за ним. Джесси молча продолжала сидеть. Эти два китайских главаря оставили ее в неуверенности и сомнении, не сообщив ничего нового. Помрачнев, она допила чай и направилась к лестнице. Она не могла избавиться от страшной мысли, которая возникла у нее в голове — Джейку больше всех была выгодна смерть ее отца. У Джейка был мотив и возможности для его осуществления. Ему были известны привычки отца, и, хотя он был в это время за городом, он мог легко найти кого нибудь для убийства и свалить вину на китайцев. Джейк остановил Джесси и Педди, когда они подошли к лестнице.
— Иди что нибудь поешь, Педди, сказал он. — Я присмотрю за Джесси, — Педди отошел. — У тебя все в порядке?
— У меня все прекрасно, Джейк, просто немного устала, — она попыталась пройти мимо него, но он схватил ее за руку.
— Ты сегодня много разговаривала с китайцами.
— Они оба показались мне джентльменами, Джейк. Они очень умные люди.
— Да, они очень умные, это несомненно. Но они способны на все. Они зарабатывают в лагерях для перемещенных лиц, на кабинах для встреч и на торговле опиумом.
Джесси задумчиво кивнула, ее мысли были в полном беспорядке. Ей нужно было время, чтобы хорошенько обо всем подумать, поразмышлять о словах китайских главарей.
— Думаю, мне нужно сейчас отдохнуть. Джейк прошел вперед и распахнул перед ней дверь.
— Ток Лой и Чарли Синг очень опасные люди, Джесс. Никогда не забывай об этом. Лучше тебе держаться от них подальше. Твой отец был им другом. Он посещал их праздники и даже немного знал их язык, но все равно мы не можем быть уверены, что они не причастны к его смерти.
— Да, мы не можем. Мы не можем доверять никому, — произнесла она многозначительно.
