Наконец все заняли свои места за столом. Темами для разговора стали «Марс», дачная рассада и детские принадлежности, что было вполне объяснимо. Лена в основном
лишь слушала. Она неторопливо ела, а также то и дело ловила на себе взгляд Алексея.
Теперь под этим взглядом тяжело было спокойно сидеть на месте. Он наблюдал, прожигал
и словно что-то обещал, от чего учащался пульс, а память сама подкидывала картинки из
прошедшей ночи, оживляя пережитые ощущения. Только Лена быстро списала все на
свою излишнюю впечатлительность, полагая, что это скоро пройдет. В ее жизни было
слишком мало мужчин, а тут еще попался такой опытный, раскрепощенный и
внимательный индивид. Сейчас уже не возникало вопросов, почему женщины так к нему
тянутся. У Фирсова ведь на лбу было написано: «соблазню, доставлю удовольствие, сведу
с ума». Странно, что она не замечала этого раньше. Либо не позволяла себе замечать?
Либо просто не видела всей картины в целом.
«Ох, Господи…» - выдохнула про себя девушка, запивая бурлящее волнение
горячим чаем. Оставалось только надеяться, что она ни о чем не пожалеет в дальнейшем.
часть_17
***
«Что за женщина? – задавался он вопросом. – Она хоть саму себя понимает?»
Смотря на жующую Елену, Леша пытался найти ответы на некоторые вопросы, которыми
его вчера озадачила блондинка. Этой ночью он показал себя едва ли не во всей красе, а в
итоге получил пинок под зад и целомудренный поцелуй в щеку. Никаких тебе «вау!» или
«это было великолепно». И что ей опять не так? Что-то не понравилось? Хотя ее томные
стоны и податливость тела этих сомнений не подтверждали. «И вот пойми эту особу», -
думал Фирс, почесывая подбородок.
В желании узнать ответ, Леша отправился вслед за Леной, как только та вышла из-
за стола и направилась к себе в комнату.
- Как себя чувствуешь? – спросил он с ходу, когда без приглашения зашел в
комнату вместе с ней.
- Лучше, спасибо. Ты что-то хотел?
«А вот и официальность всплыла. Может она жалеет о произошедшем? Что ж, здорово, если так…»
- Да, хотел, - ответил резко, чего не ожидал от самого себя.
Подойдя ближе, он запустил пальцы в светлые локоны девушки, накрывая
затылок, чтобы при разговоре не дать ей отвести от него глаза. Лена напряглась под его
ладонью и уперлась ладошками в его торс.
- Хотел спросить – ты жалеешь об этой ночи? Только не юли.
Сглотнула. Попыталась опустить взгляд. Тогда Леша сжал пальцы в ее волосах и
потянул вниз, возвращая этот взгляд к своему лицу. Деваться ей оказалось некуда.
- Послушай, Лешь, я просто не знаю, как себя вести, ясно?
От услышанного мгновенно спало напряжение, теперь кажущееся
необоснованным. Захват его руки в ее волосах ослаб, а пальцы принялись медленно
массировать затылок.
- Лен, здесь нет ничего сложного.
- Для тебя, - поправила она.
- Может и так. Ну хорошо, тогда у меня другой вопрос: тебе что-то не
понравилось?
В этот раз она прятать глаза не стала, наоборот – вскинула к нему. Нахмурилась.
- Ты шутишь? С чего ты взял?
- Мне так показалось.
- Тогда тебе показалось неправильно. Ты мастер своего дела.
Теперь у него отлегло окончательно, а губы невольно расплылись в довольной
улыбке.
- Это комплимент?
- А ты сомневался?
- Признаться, с тобой да.
- Ну и зря, - ответила с легкой улыбкой на губах.
За такие приятнее слова он просто был обязан поцеловать эту женщину. Что он и
сделал, отдаваясь чувственным порывам. Ее жаркий ротик был восхитителен. Хотелось
пробовать его бесконечно, и также бесконечно слушать стоны, которые издавал этот
ротик. Елена стонала так сексуально, что появлялось желание соблазнить ее уже ради
того, чтобы их услышать.
- Ты что делаешь? – испуганно спросила она, когда его рука пробралась под подол
халата.
- А на что похоже?
- Прекрати, - попросила она. – Дверь открыта, на дворе белый день. Кроме того, ты
даже не потрудился узнать – хочу ли я этого именно сейчас.
Он остановился. Выругался, сначала про себя, потом вслух. Отошел к двери и
закрыл на замок. Подошел к окну и задернул шторы. Вернулся к ней.
- Теперь ты, - сказал он, глядя в глаза блондинки.
- Что я? – не поняла она, попятившись от него назад.
Леша шагнул на нее. Так Лена оказалась приперта к стене по собственной
инициативе. И по его инициативе – в капкане рук, которые он уперся в эту стену
ладонями.
- Давай так, - начал он. – Если ты… влажная, мы продолжаем, если нет – я ухожу.
От возмущения Лена заморгала чаще.
- Ваша беспардонность, Алексей, не знает границ.
- Как и ваша скромность, Елена, - передразнил он, накрывая рукой ее ножку.
Среагировав, Лена перехватила его запястье, пытаясь удержать на месте.
- Не смей, - предупредила она.
- Руки, - ответил он, сжимая пальцы на бархатной коже.
Лена стала упираться, настаивая на своем, так что Леше пришлось применить
силу. Обняв ее за талию левой рукой, он всунул в свою ладонь ее левое запястье, тем
самым освобождая себе путь. Лена начала ерзать.
- Это нечестно и вопиюще грубо, - возмущалась она, пока он пробирался к
сосредоточению ее женственности.
- Ты забыла добавить, как это возбуждает, - улыбнулся он, проскальзывая рукой в
ее трусики.
И как только пальцы коснулись жаркого, влажного лона, оба замерли. Лене
оставалось только сдаться, что она прекрасно поняла. А Леше осталось продолжить, что
он и сделал, начиная нежно поглаживать девушку.
- Да ты животное, - тихо обозвалась блондинка, сминая в кулачке воротник его
футболки.
- Не думаю, что для тебя это такое уж большое открытие.
Он снова сорвал с ее губ поцелуй, снова уложил на кровать. Сопротивления
больше не было, были только пылкие объятья и жаркие ласки. И снова он двигался внутри
нее, так неистово, будто этой ночью между ними ничего и не было. И снова слушал ее те
самые сексуальные и мелодичные стоны Прекрасной Елены…
- О чем думаешь? – спросил Фирс после, пока они все еще лежали в кровати, и он
спокойно обнимал ее со спины.
Сейчас Лена выглядело слегка потерянной, что не очень-то ему и нравилось.
- Не знаю, - отмахнулась та.
- А если серьезно. О чем?
- О Грише. Не понимаю, почему он позвонил только вчера? Почему не звонил до
