Я оглянулась через плечо на мужа. Он выглядел как тогда, в лесу. Словно готов в любую секунду сменить ипостась и заслонить меня собой. Это приятно, но вряд ли поможет.
Что же делать? Стихи не помогают. К черту поэзию! Буду петь. Но потом пусть не жалуются, сами напросились.
Когда нервничаешь, адекватные мысли куда-то деваются из головы. Вот так и я забыла все более или менее приличные песни и в итоге выдала:
— Зайка моя! Я твой зайчик.
Банька моя! Я твой тазик.
Солнце мое! Я твой лучик.
Дверца моя! Я твой ключик.
Каждый человек в своей жизни достигает вершины в том или ином деле. Сегодня я достигла пика своего позора. Сильнее оконфузиться я уже вряд ли когда-нибудь смогу.
Песня была ужасная. Почему вообще Киркоров? Я не поклонница его творчества! Это все игрушечный заяц виноват. Зря я на него засмотрелась.
Еще и спела отвратительно — я начала с низких нот, потом поднималась все выше, а последнюю строчку провизжала фальцетом. А я говорила, что пение — это не мое!
Выступление прошло в гробовой тишине. В шоке молчали все, даже принцесса с Аннабель. А я мечтала об одном — вот бы сейчас призрак убила меня. Такой позор можно смыть только кровью.
Естественно, ни о каком лечении речи не шло. Чудо, что у присутствующих кровь из ушей не полилась после моего выступления. Все были настолько потрясены, что не пытались меня остановить, а я пошла вразнос. Терять все равно нечего. Хуже не будет!
Не вышло из меня певицы? Тогда я сочиню стих! И он вылечит принцессу. Вот так я стала поэтессой и на скорую руку родила четверостишие.
Взяв ее высочество за руку, я заглянула девочке в глаза и с чувством произнесла:
— Болезни поступь обману,
Здоровье телу я верну.
И тогда моя принцесса
снова будет веселиться.
Ладно, поэт из меня тоже так себе. Рифма не просто хромала, а ездила на инвалидной коляске. Ну уж как смогла. Главное — суть ясна!
Но, как выяснилось, Дар у меня привередливый. Стих его не впечатлил, и лечение в очередной раз не состоялось.
Это было фиаско. Сейчас я точно знала, какая мелодия подойдёт моменту — похоронный марш. В мою честь.
Тут еще принцесса вырвала свою руку из моей и захныкала. Я утомила бедняжку своими песнями и плясками.
— Ее высочество устала, — вмешалась няня принцессы, которая все это время скромно стояла в углу. — Позвольте, я уложу ее вздремнуть.
— Да, конечно, — махнул рукой король, давая добро.
Няня уводила принцессу в полной тишине. Но едва дверь за ними закрылась, как король вспылил:
— Более бесполезной обладательницы Дара я еще не встречал. Поздравляю! Тебе удалось меня поразить, дорогуша.
— Если вы дадите мне еще один шанс, я не подведу, — заверила я, понимая, что сейчас решается вопрос уже моей жизни и смерти. — Ну что вы теряете! — Я вскочила на ноги.
— Время, дорогуша, время. У моей дочери оно стремительно заканчивается. Еще немного — и будет поздно передавать ей Дар жар-птицы.
Он все-таки собирается это сделать, Аршер не солгал. Я сглотнула ком в горле.
— Сколько примерно времени у меня есть? — шепотом уточнила я.
Ответила королева:
— Еще одна попытка завтра утром. Боюсь, это все, что мы можем себе позволить.
Она смотрела с сочувствием. Но понятно, что между мной и дочерью ее величество выберет не меня.
— Спасибо и на этом, — кивнула я.
— В твоих же интересах справиться, дорогуша, — добавил король. — В случае неудачи в том, что последует дальше, вини только себя.
Глава 30. О том, что не всех призраков нужно изгонять
В свои в покои я возвращалась в сопровождении все того же лакея. Он шел впереди, а я — чуть поодаль. Так я могла незаметно переговариваться с Аннабель.
— Кого ты видела в покоях принцессы? — Первым делом шепотом поинтересовалась я.
— Сама толком не знаю, — зачем-то тоже прошептала призрак, хотя ее лакей точно не услышит. — Но это было жутко.
— Опиши.
— Черная густая масса без лица и с множеством рук-щупалец, — Аннабель передернуло от отвращения.
По ее словам я представила кого-то вроде Ктулху. Вот только древних монстров не хватало! Странно, что девочка не боится. Возможно, «Ктулху» ей кажется забавным или она видит его как-то иначе. А что, монстры умеют маскироваться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ты когда-нибудь встречала кого-то похожего? — спросила я.
Аннабель отрицательно качнула головой.
— Что ему нужно от принцессы? — недоумевала я.
— Мне откуда знать? Я с ним не говорила.
— И зря. Пообщалась бы, узнала что-нибудь полезное. Принцесса явно неспроста видит это существо. Или она особенная, или монстр связан с ее болезнью.
Аннабель шарахнулась от меня в сторону:
— Я к этому не подойду!
Ох, где взять сил и терпения? Я едва удержалась, чтобы не рявкнуть на Аннабель. Нашла время кочевряжиться. У меня жизнь на волоске висит!
Но устраивать сцену при лакее — плохая затея. Еще передаст королю, что я не в себе. Тот мигом Дар отберет.
Я решила высказать Аннабель все в покоях, когда мы останемся наедине. Вот только там меня ждал сюрприз. Не сказать чтобы приятный.
Я открыла дверь, вошла в гостиную и замерла от удивления. В покоях был посторонний. Незнакомый мужчина!
Одно радовало — для насильника и бандита он староват. Этакий профессор Дамблдор на пенсии — седой, сутулый и морщинистый.
— Вы кто такой? И что делаете в моих покоях? — возмутилась я.
— В наших покоях, — поправил Аршер.
Он стоял в тени, и я поначалу его не заметила. Как только успел прийти раньше меня? Еще и привел с собой кого-то.
— Познакомься с деканом факультета медиумов Академии Даров, — произнес Аршер, — господином Олдвином. Он обладает Даром медиума и любезно согласился помочь с твоей проблемой.
Я с сомнением покосилась на декана. Он сам того и гляди станет духом. Справится ли с изгнанием?
— Это за мной, — Аннабель схватилась за сердце. — Он меня развеет. Мне конец!
— Отставить панику, — буркнула я.
— Вы что-то сказали? — уточнил декан.
— Говорю, что безмерно рада знакомству, — произнесла я громче.
— А мне показалось, что вы общались с духом, — не поверил господин Олдвин. — Как интересно… У вас нет Дара медиума, но вы видите одного конкретного духа. Должно быть, между вами сильная связь.
— О да, связь убийцы и его жертвы, — кивнула я.
— Не переживайте, — успокоил Олдвин. — Я избавлю вас от этого жуткого преследования.
Я покосилась на Аннабель. Не такая она и жуткая. Разве что нервная и трусливая, но в целом я к ней привыкла и даже буду без нее скучать. Сначала меня бросила Исчадие, теперь от Аннабель хотят избавить. Этак я совсем без друзей останусь.
Но говорить об этом Аннабель я не торопилась. Пусть понервничает, ей полезно.
— Развеивание — это смерть для духа! Я не хочу умирать! — причитала она. — Спаси меня, умоляю…
— Даже не знаю, — протянула я еле слышно. — От тебя пользы никакой…
— Я помогу тебе разобраться с монстром принцессы, — выпалила призрак.
Вот! Может, когда хочет. Я быстро кивнула, пока она не передумала, закрепляя сделку. А затем открыла рот, заявить, что обряд экзорцизма откладывается. Но одновременно с моим ртом открылась дверь покоев, и вошла старая знакомая — медиум Алана.
— Моя ассистентка, лучшая ученица факультета — Алана, — представил ее Олдвин.
— Приятно познакомиться, — улыбнулась девушка.
Выглядела она лучше, чем в нашу последнюю встречу. Темно-синяя форма с золотой строчкой удивительно ей шла. А еще в девушке ощущалась уверенность, которой раньше не было.
— Сейчас я все подготовлю, и приступим к обряду, — заявил декан.
— Мне придется вас покинуть, — сказал Аршер. — Дела не ждут.
Когда он проходил мимо меня, я пробормотала:
— Мне нужен учитель магии, а не изгоняющий дьявола. Нельзя это отложить?
— Декан уже здесь, его время расписано наперед. Нам повезло, что он согласился приехать так быстро. Позже я вернусь, и мы займемся твоим Даром, — ответил Аршер.
