задумали эти бессовестные? Чего от меня хотят? Хотя, наверное, я уже ничему не удивлюсь. От этой психопатки можно ждать чего угодно.
– Знаешь, Вероника, в чем твоя ошибка? – Юсупова снова обернулась ко мне и, не дождавшись от меня ответа, продолжила: – В том, что ты суешь свой нос, куда не надо!
– Это вы о чем, я не совсем поняла?
– О твоей тяге подслушивать! – хмыкнула та презрительно.
– Извините, но у вас, кажется, галлюцинации! – усмехнулась я, строя из себя непонимающую.
– Ну конечно! Только вот беда в том, что я заметила тебя гораздо раньше, чем тот пацан с тобой столкнулся.
– Что ж, видимо, Бог возложил на меня обязанность раскрыть ваше настоящее лицо. Поэтому я и оказываюсь в нужное время в нужном месте. Или же вы считаете, это случайность? – с вызовом посмотрела ей в глаза.
– Случайности не случайны, немного терпения – и ты узнаешь об этом! – отрезала женщина и отвернулась.
– Он на месте, – тихо сообщил мужчина, наклонившись к Эльвире. Но я всё равно услышала. Наверное, у меня реально какая-то особая способность слышать то, что не следует. Или же, наоборот, следует?
– Остановись в каком-нибудь безлюдном месте, – велела Юсупова, и мимолетно посмотрела на меня. Будто бы ожидая, что её слова меня могут напугать. Как бы не так! Мое напряжение и так достигало такого предела, что я не могла воспринимать ситуацию адекватно. В голове просто не укладывалось, что женщина, мать может быть таким чудовищем. Это выше моего понимания! Мерзавка столько лет плела интриги и выходила сухой из воды. И если бы я сейчас случайно не подслушала их разговор, так и продолжалось бы дальше. Мне хотелось выть волком от этой жестокости. Как можно так поступать с собственным ребёнком? Неужели ей совсем не жалко Руслана? Но ничего, скоро он узнает правду, и тогда полетят головы.
Автомобиль затормозил где-то на окраине города. Я осмотрелась и на горизонте не увидела ни единой живой души. Действительно безлюдное место. Не убить же они меня здесь задумали?
– Выходи, – гаркнул мне мужик, и, заметив мою сконфуженность, добавил: – Или помочь?
– Спасибо, обойдусь, – съязвила я, а у самой от нарастающей тревоги задрожали поджилки. Нет, нет, Эльвира не настолько глупа, чтобы причинить мне вред. Скорее всего, будет угрожать и запугивать. Ну ничего, сделаю вид, что поняла. А потом устрою им апокалипсис.
– О чем пойдет речь? – атаковала я первой, когда выбралась из машины. И воинственно скрестила руки на груди.
– Я считала тебя умной девушкой, но, видно, ошибалась, – начала Эльвира Эдуардовна, изогнув тонкую бровь. – Ты не поняла ни с первого раза, ни со второго.
– Знаете, я и сейчас не понимаю, о чем речь.
– Поймёшь, – она усмехнулась. – Можно подумать, ты не догадалась, кто стоит за той аварией?
Я задумалась, растерянно бегая глазами. На мгновение зажмурилась, чувствуя, как скрипят от злости собственные зубы. Ведь действительно, услышав в первый раз про то, что папу подставили, я сразу подумала на Юсупову. А потом всё как-то закрутилось, уже было не до этих подозрений. Сука! Мерзкая, злобная сука! Из-за неё мой отец мог сгнить в тюрьме! Ненавижу, настолько, насколько это вообще возможно.
– Что значит – со второго раза? – вдруг осенило меня, и мои ладони вспотели от страха за близких.
– Ах, милая, ты и не знаешь? – залилась звонким смехом та, и я сжала кулаки.
– О чем?!
– Неужели родители не рассказали? – осуждающе качнула она головой.
– О чем? – воскликнула я, окончательно потеряв терпение.
– Сейчас увидишь. Валера, набери нашему другу…
Глава 48
Не сдержалась – и почувствовала, как крупная слеза скатилась по щеке. Мне просто не хватило силы воли, чтобы стойко вынести это зрелище. Смотрела на экран смартфона, прикусив до крови нижнюю губу, и не верила собственным глазам. От надворных построек на моей родной земле остались лишь обугленные щепки. Выгорело совершенно всё, даже стройматериалы, которые родители недавно закупили и с радостью демонстрировали мне по видеосвязи, превратились в пепел. Уцелел только наш дом, теперь одиноко стоящий на этом пепелище.
Мне было физически больно смотреть на этот ужас. Сердце разрывалось в груди на части. Хотелось заорать во весь голос, выпуская агонию наружу. Но я держалась… Держалась из последних сил. Вытерла тыльной стороной ладони мокрую щеку и зашипела дрожащим голосом:
– Ты, чертов ублюдок, только попробуй приблизиться к моим родителям! – я не видела мужчину, который звонил Эльвире по видеосвязи и показывал этот кошмар, однако слышала его мерзкий, скрипучий голос и на инстинктивном уровне ненавидела подонка. Ненавидела настолько, что представляла, как голыми руками буду сдирать с него кожу.
Динамик задребезжал от тошнотворного смеха, и я зарычала, скрипя зубами:
– Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним! Скоро, уродец, будешь гореть так же, как то, что ты сжег. Я тебе обещаю это! А вы, – я отшвырнула телефон и подняла пылающий взгляд на Юсупову, – вы ответите за всё!
– Послушай меня внимательно и хорошо запомни, я больше не буду повторять, – гаркнула женщина и жестом попросила своего мужлана убраться. – Каждый раз, когда ты вздумаешь идти против меня, будут плачевные последствия. Ты даже не можешь представить своим маленьким мозгом, на что я способна! Поэтому держи свой рот на замке, а лучше вообще забудь о том, что слышала. Иначе следующими будем хоронить твоих родителей.
– Зачем вы сожгли двор? За что? – выпалила я, стараясь не реагировать на ее угрозы. Я и так едва сдерживалась, чтобы не вцепиться ей в патлы.
– Ты разве не обвинила меня в убийстве мужа, милочка? – язвительно ухмыльнулась женщина.
– Вы сами это сказали! Я слышала собственными ушами! – взвыла я, нервно дернувшись. – Я не обвиняла вас, а лишь держала эти мысли в голове! Вы ненормальная! Ей-богу, ненормальная!
– Видишь, дорогуша, к чему привела твоя глупая привычка подслушивать. За всё приходиться платить. Даже за нехорошие мысли обо мне.
– А вы, – немного отдышавшись, выдавила я, – как будете платить за убийство мужа?
– Ха-ха, – она рассмеялась, закатив глаза. – Убийство? Громко сказано. Его бедное сердце всего лишь не выдержало правды.
– Значит, вы рассказали Игорю Семёновичу о том, что Рома неродной?
– Нет, конечно, для всех неродной Руслан, и так будет всегда!
– А в чем виноват Руслан? Неужели вам не жалко собственного сына? – не укладывалось у меня в голове.
– Признаю, я не мать года, – Эльвира с наигранным сожалением всплеснула руками. – Мне не удалось полюбить ребёнка, которого я не хотела.
– Что это значит?
– Раз уж мы тут с тобой разоткровенничались, расскажу, – женщина несколько секунд задумчиво смотрела на
