— Интересно, как он узнал, что Мерри в беде?
— Мужчины славятся своей интуицией, сир. Клянусь, у вас самая острая интуиция в королевстве.
— Твое одеяние распахнулось, Робби. Я вижу твои волосатые ноги.
Глава 35
Мерри ощутила запах тухлых яиц и едва подавила рвотный позыв. Медленно открыла глаза и тут же об этом пожалела: комната медленно вращалась. Она зажмурилась.
Смрад тухлых яиц снова ударил в нос. И она услышала голос матери, деловитый, нетерпеливый, холодный, как плавучие льдины.
— Очнись, Марианна! Давно пора!
Мерри облизала пересохшие губы.
— Какой ужасный смрад…
— Скоро привыкнешь. Открой глаза и сядь. Ты очень долго спала. Я уже стала беспокоиться, что мое любимое сонное зелье оказалось для тебя слишком сильным.
Мерри села, преодолевая жестокое головокружение, и попыталась сглотнуть подкатившую к горлу желчь, но ничего не вышло. Она дернулась, и ее тут же вырвало в подставленный матерью тазик. Потом еще раз и еще…
Она не могла справиться с рвотными судорогами и дергалась в конвульсиях, пока в желудке ничего не осталось. Но позывы продолжались. Казалось, желудок вот-вот разорвется.
— Выпей это.
Мерри могла лишь трясти головой и снова тужиться над тазиком. И жадно ожидала, пока тело онемеет, потому что в животе все горело, а спазмы были такими сильными, что ей казалось: смерть близка.
Но мать схватила ее за косы, дернула и бесцеремонно влила жидкость в ее горло, а потом закрыла ладонью рот.
Она поперхнулась, но глотнула. Вкус оказался таким же мерзким, как и того зелья, которое она сварила для Миггинс. Она, видимо, умирает. Отравлена собственной матерью.
— Мадам, это все очень плохо, и Господь вас накажет, — прошептала она. — Не говоря уж о том, что мой нареченный с радостью вонзит меч вам в сердце.
Она глотнула снова и снова. Жидкость прожгла огненную дорожку в горле до самого живота. Огонь распространился по всем внутренностям, пока она не стала задыхаться. Ну вот, смерть пришла…
Мать выпустила ее и толкнула на подушку. Она ждала падения в бездонную пропасть, потому что больше ничего не могла сделать.
Но, к ее изумлению, буря в животе стала стихать. Огонь почти погас. Но она не пошевелилась, даже когда мать легонько ударила ее по лицу. Она ждала возвращения судорог и рвоты. Но ничего не случилось.
Мерри открыла глаза. Мать несла тазик к дверям.
— Гленис, пойди вылей это, — велела она. Мерри показалось, что она видит молодую женщину во всем белом, от туфелек до платка, который скрывал ее лицо. Мать снова заговорила, но Мерри не могла разобрать слов. И почему у девушки такой рассерженный голос?
Но дверь захлопнулась. Вернувшаяся мать посмотрела на Мерри, нахмурилась, подошла к окну и откинула прикрывавшую его лисью шкуру. В комнату ворвался прохладный ветерок. Оказалось, на дворе все еще ночь. Мерри с наслаждением пила чистый воздух. И хотя желудочные спазмы прекратились, она продолжала растирать живот ладонями.
Значит, она не умирает! И мать не хотела отравить ее! Дочь ей нужна живая. Чтобы продать…
Наконец здравый смысл вернулся к ней. Она все вспомнила. Когда ее похитили? Кажется, сразу после полуночи. Значит, ее привезли прямо в Майзерлинг, к матери. Но как это возможно? До Майзерлинга целый день пути, а сейчас еще ночь. Она была без сознания больше суток? Нет, вряд ли. Она в другом месте, и это означает, что никто не знает, где ее искать!
И еще то, что в соседней комнате ее, вероятно, ждет Джейсон Бреннан.
Куда бы ее ни привезли, защищаться придется самой.
Мерри медленно, неглубоко дышала, продолжая растирать живот. Все еще опасаясь возвращения спазмов и рвоты. Но все было спокойно.
— Спасибо, — поблагодарила она мать и, взглянув на голые ноги, поняла, что очень замерзла.
— Сколько времени я была без сознания?
— Шесть часов.
— Значит, я не в Майзерлинге.
Она не поняла, что говорит вслух, пока мать не ответила:
— Нет. Ты в моем личном убежище, где я могу учиться и оттачивать свое искусство без страха или чужого вмешательства.
— Где Бреннан? Этот грязный убийца сидит в соседней комнате вместе со священником?
— Полагаю, сейчас твой будущий муж из кожи лезет, чтобы найти серебро Артура, — рассмеялась мать.
— Если он найдет это серебро, зачем ему жениться на мне?
— Не будь дурой! Он отдаст мне серебро, а я отдам ему тебя и Валкорт. Он все время бормочет что-то насчет отца, лорда Ранульфа, но откуда тому знать, что происходит? Интересно, серебро действительно принадлежит ему? Не знаю, но полагаю, что так. Хотелось бы знать, где Джейсон раздобыл такое богатство? В любом случае, если я получу серебро, будет слишком поздно что-то предпринимать в отношении тебя.
— Джейсон не проберется в Уорем, — возразила Мерри. — Алерик на страже. Да и все остальные тоже. Он никак не сможет туда проникнуть. Не говоря уж о том, чтобы искать серебро.
Мать небрежно отмахнулась, разрезав воздух тонкой белой рукой.
— Уверена, что все жители Уорема с радостью примут жестянщика с нагруженными мулами.
«Жестянщика!» Во имя надтреснутого голоса святой Милдред, впустят, конечно. Да она и сама не задумываясь впустит жестянщика!
— Какая умная мысль!
— Спасибо.
— Даже если и так, что может сделать один человек? Уорем очень велик. Все это не имеет смысла, если только Джейсон не узнал, где находится тайник.
— Он утверждает, что знает. Понятия не имею, кто ему открыл. Он улыбается и отказывается назвать мне имя. Ах, каким ударом было, что Артур умер, прежде чем успел сказать Джейсону, где спрятал серебро. И тогда не было бы необходимости в Черном Демоне и той резне в Уореме.
— О чем ты? Все в Уореме знают, что лорд Артур был отравлен!
Мать только плечами пожала.
— Никто не знает, где скрыто серебро. Никто.
— Ты явно ошибаешься. Джейсон слишком боится меня, чтобы лгать в подобных вещах. Правда, мне действительно неизвестно, кто ему сказал…
— Джейсон трус, у него не хватит храбрости войти в Уорем. Жестянщиком будет сэр Халрик, но Алерик сразу узнает его и подержит в подвале до приезда Гаррона.
— Сомневаюсь, что Халрик все еще пребывает на этой земле. Он ни на что не способен. Я приказала Джейсону убить его.
Мерри жалела только о том, что не ей выпало убить сэра Халрика.
— Ты действительно веришь, что Джейсон на этот раз найдет серебро и каким-то образом сумеет вывези его из Уорема? — спросила она вслух.
— Поскольку он следует моему плану, это более чем вероятно. Я объяснила, как войти в Уорем. И поскольку он утверждает, что знает, как найти клад, я объяснила, как выбраться оттуда. А когда он принесет мне серебро, получит тебя с моего благословения.
