Меньше всего Миша думал о том, что они скажут Олесе. Его терзали другие мысли – что же все-таки случилось с Гюнтером? Как вытащить парня из передряги? Скорее бы уж это шоу заканчивалось. Важна каждая минута, а публика, похоже, завелась не на шутку. Девчонок со сцены быстро не отпустят.
Минут через тридцать конферансье, наконец-то, объявил перерыв. Миша потащил Павла за кулисы, протягивая охраннику удостоверение.
– Мы только об интервью с вашими звездочками договоримся. Это супервыступление, вашим девчонкам можно хоть в «Ледовом» выступать… Где нам найти администратора группы?
Он без умолку тараторил что-то, рассыпался в любезностях администратору, проталкивая Павла вперед по узкому коридору. Порецкий уже узнал, что Олеся переодевается в гримерной в конце коридора. Он так ловко заболтал удивленного администратора, что тот не решился остановить восхищенных репортеров. Они без стука вломились в гримерную к Олесе. Она сидела перед большим зеркалом, поправляя парик. Увидев в зеркало Павла, смутилась, как девочка-подросток.
Павел молчал. Миша толкал его в бок, но он, видимо, никак не мог собраться с силами, чтобы заговорить первым. Олеся встала, повернулась лицом к нежданным гостям и попросила Мишу:
– Мужчина, вы бы на минуту вышли, нам поговорить надо…
Когда за Порецким закрылась дверь, Олеся, опустив глаза, тихо сказала:
– Я, конечно, сволочь, и ты меня, скорее всего, не простишь. Но мне пришлось, я не хотела обижать те…
Договорить она не успела, потому что Павел крепко обнял ее и прижал к себе так сильно, как никто и никогда до этого не делал. Зачем слова, когда и так все ясно – этот мужчина ее простил. Он нашел ее, хотя это было практически невозможно сделать. Не ударил, не оскорбил, хотя имел на это все основания. Он обнял ее именно так нежно, как обнимают после долгой разлуки. «Как Одиссей Пенелопу», – подумала Олеся, крепко закрыв глаза от счастья.
Миша, как разъяренный зверь, ходил по узкому полутемному коридору клуба, то и дело натыкаясь на снующих туда-сюда официантов, мило улыбаясь охранникам. «Ну что они там так долго выясняют? Прибью сейчас этого Казанову», – нервничал Порецкий, то и дело поглядывая на часы. Когда терпение его кончилось, он ворвался в гримерную, но, увидев целующуюся парочку, тут же вылетел обратно.
«Однако, парень-то не промах, – подумал искушенный юрист, удивляясь решительности своего спутника. – Похоже, лед тронулся. Наверное, в данной ситуации, воссоединение влюбленных будет очень кстати. Олеся одумается и сделает все, чтобы помочь Пашке. А рыжий-то о-го-го, молодец!»
Миша стрельнул у проходящего паренька сигарету и от души затянулся, решив, что торопить события пока не к чему. Медленно, с истинным удовольствием покуривая сигарету, он неспешно прошел в зал. В кармане зазвонил телефон. Миша приложил трубку к уху, но, услышав голос говорившего, зашелся кашлем. Связь была отличной, спутать знакомый, с приятным акцентом голос Гюнтера Зоммера, он не мог.
– Гюнтер, ты жив?
– Пока да. Миша, сейчас от тебя зависит моя дальнейшая судьба. Слушай меня внимательно…
Когда Павел вышел из гримерной, так как Олесе нужно было снова идти на сцену, Порецкого он в коридоре не нашел. Пробежался глазами по залу – его нигде не было. Решил поискать его на улице и не ошибся. Миша скромно сидел на лавочке в глубокой задумчивости. Увидел цветущего Павла, он сказал:
– Мне только что позвонил Гюнтер.
– Как? Тот самый Гюнтер, который пропал? Значит, он нашелся и нам не надо его больше искать.
– Его надо срочно вытаскивать из очень серьезной передряги, и помочь в этом нам сможет Олеся. Кстати, где она?
– На сцене… Не слышишь разве, какие вопли в зале?
– Да, девчонка, действительно, классная, и шоу у них неплохое. Только как ее угораздило в такую компанию угодить? Ребята, которые наняли ее для знакомства с тобой, крепко связаны с криминалом. Причем, международного уровня. И нам придется попросить ее выйти с ними на связь.
– Зачем? Я не хочу, чтобы она опять с ними встречалась.
– А ей и не придется. Я сам с ними буду говорить и передам кое-что.
Миша осторожно открыл свой «самсонайт», нащупал завернутую в мягкую тряпку фреску, протянул ее Павлу.
– Завтра с этой семейной реликвией тебе придется проститься. Оказывается, именно эту штуковину Олеся должна была найти у тебя на даче, но не нашла… Теперь мы должны будем ее передать тем людям, которые ее наняли… Поверь, Паша, Олесе ничего не грозит, она просто даст нам их координаты. Я сам все сделаю. Только тянуть с этим нельзя. Гюнтер попал в такую паутину, из которой только мы с тобой и сможем его вытащить.
– И кто же паук?
– Пока не знаю, но сделаю все, чтобы выяснить, кто он.
Часть третья
Глава первая
Западный Китай,
